Я родилась в СССР. В то время частой практикой было отдавать детей в круглосуточный детский сад на пятидневку. Но моя мама решила, что дедушка Павел и бабушка Лариса со стороны моего папы воспитают меня лучше садика и отдала им меня в полтора года и до 7-летнего возраста. Они заменили мне родителей.
Когда встал вопрос, в какую школу меня отдать, бабушка с дедушкой предлагали школу, которая в 100 метрах от их дома. Но мама решила, что я должна учить иностранные языки, и отдала меня в спец школу с углублённым изучением французского и английского языков. И соответственно забрала меня от дедушки с бабушкой. С 7-летнего возраста я приезжала к ним только на каникулах.
Мой дедушка Павел со стороны папы служил в КГБ. Этим объясняется тот факт, что мы никогда ни к кому не ходили в гости. В их кругу это не было принято. К дедушке приезжал раз в год в гости его фронтовой товарищ дядя Боря, пока не умер. Больше гостей у нас не было.
Летом дедушка, бабушка и я переезжали жить на дачу. И там тоже мы ни к кому не ходили, и сами никого к себе не приглашали. Меня не пускали гулять со сверстниками, которые то на пруд на велосипедах уезжали, то на поле. Я же постоянно находилась на участке, и с детьми не общалась. На соседнем участке жила девочка Лена чуть старше меня, но ей тоже было интереснее с ребятами, которые как стайка птичек, перемещались по всей территории нашего СНТ.
На один летний месяц в году, когда маме давали отпуск на работе, она увозила меня в деревню в рязанскую область, из которой был родом её папа, мой дедушка Василий. Туда же приезжала вся мамина родня. Туда же на всё лето отправляли Олю, мою двоюродную сестру. Оля была моим единственным другом. Мы как Том Сойер и Гекльберри Финн лазили по деревьям, по буреломам, прыгали с крыши, искали в зарослях крапивы кладки куриных яиц. Мы постоянно находили приключения на свою голову. В деревне за нами никто пристально не следил, там была свобода.
Бабушка воспитывала меня по режиму. Когда мама в мои 7 лет забрала меня к себе, она понятия не имела, как воспитывать детей. Да она и сама не режимный человек. А ещё я пошла в школу. Садик я не посещала, адаптация к школе была тяжёлая. Я года 3 болела не переставая. Сплошные ОРВИ, гриппы, бронхиты. Поскольку я редко посещала школу, мне было сложно подружиться с кем-то. Я и так была скромной и забитой. Ребята в классе передружились все, пока я болела. Только классу к 7 я поняла, что на самом деле ребята в классе не инопланетяне, а такие же подростки как я, а они привыкли ко мне. Поняли, что я не общалась с ними не потому что гордая и заносчивая, а потому что стеснялась.
С мамой у нас не было эмоциональной привязанности. Она не понимала, что со мной делать. Мы ссорились каждый день. Мама совершенно не тактильный человек. Ей не нужны обнимашки. С возрастом мы с мамой привыкли друг к другу. Но я считаю себя дедовой внучкой. Бабушку я тоже любила, но дедушка был центром моей Вселенной. Он умер, когда мне было 13 лет. О нём я напишу позже.