Двадцатая глава «Дневника» Саманты Маркл «Семья быстрого приготовления» выступает неким «водоразделом», границей между детством и юностью Саманты и ее сознательной взрослой жизнью, которую она уже не описывает так подробно — лишь обозначает какие-то ключевые моменты быстрыми штрихами. Она вернулась в Калифорнию с ребенком и поселилась у Криса — но его квартирка была очень маленькой, и вскоре они «переехали в хорошую квартиру на западе Лос-Анджелеса, находящуюся на втором этаже дома», а под ними, на первом этаже, жил брат Криса, который собирался стать адвокатом и как раз готовился к экзамену, поэтому всегда был очень занят. Саманта и Крис быстро зарегистрировали брак, не устраивая свадьбу, «потому что все члены семьи работали по разным графикам, и для всех нас это было бы просто хаосом». Первый год их семейной жизни оказался прекрасным: Крис «уже не был таким вспыльчивым», старался проявлять романтичность, им было весело вместе, и Саманта «действительно поверила, что этот брак может оказаться хорошим». Вскоре у них родился и второй ребенок — сын Кристофер.
«Наш брак, казалось, складывался идеально, как в сказке. Я начала думать о старой поговорке: все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Крис преуспевал: он работал помощником шеф-повара в пятизвездочном ресторане в Сенчури Сити, и это было здорово, потому что я тоже научилась очень хорошо готовить и прекрасно разбираться в еде и вине. Казалось, что он искренне старался прилежно работать на благо семьи. Мне было так приятно быть мамой, что я никогда не сомневалась в себе и не задумывалась о своей болезни: я была здорова и счастлива. Дети — лучшая часть нашей жизни.
Большую часть времени я оставалась дома с детьми, но несколько раз в неделю ходила на работу — я была секретарем в юридической фирме. В эти дни моя свекровь приходила к нам домой присмотреть за детьми — или дети оставались у нее дома, пока я не забирала их после работы. Казалось, абсолютно все члены семьи прилагали усилия к объединению. Я водила детей к папе и Мег, и пару раз мы даже ходили в гости к Дории».
Навестить Саманту с детьми приехали обе ее бабушки. Первой была бабушка Лавлесс — когда она впервые увидела дочь Саманты, та «увидела в ее глазах раскаяние» и поняла, что теперь ей стыдно за совет избавиться от беременности. Саманта легко простила ее, потому что в конечном итоге все сложилось хорошо и теперь было «очень трогательно видеть всех счастливыми». Следом приехала бабушка Маркл в компании своего друга Тони. Все вместе они отправились навестить Дорию — она, вместе с Меган, тоже была частью их большой семьи. Эшли была еще слишком маленькой, чтобы они с Меган могли играть вместе, но Саманте все равно «нравилось смотреть, как Мег общается со своей племянницей». Саманта чувствовала, что ощущение единства было очень важно для всех присутствующих: «Эти моменты создали
прекрасные воспоминания, которые мы все будем носить с собой до конца наших жизней».
Тем не менее, хотя Саманта и «старалась делать все правильно как мама и как жена», что-то в ее браке с Крисом пошло не так — и она сама не сразу поняла это: «Я не хотела волновать никого из своей семьи — и не могла сказать им, что в моем браке что-то пошло наперекосяк». Раньше она всегда считала, что, увидев любую несправедливость, не сможет смолчать, — однако теперь, когда сама попала в сложную ситуацию, не спешила высказываться: дети были еще очень маленькими, она боялась не справиться с ними одна, если дело дойдет до развода, и «чувствовала, что разумнее будет выглядеть счастливой домохозяйкой, держать свои чувства в секрете и просто подождать и посмотреть, не улучшится ли ситуация».
Ждать пришлось не особенно долго: Крис начал возвращаться домой все позже и позже. Ресторан, где он работал, закрывался в 11 вечера — а он возвращался домой под утро. Он «проводил выходные, якобы катаясь на яхте с друзьями», в то время как Саманта сидела дома с детьми. Она, конечно, подозревала, что у него появилась другая женщина.
«Однажды ночью я заснула на диване, ожидая, когда он вернется домой. Примерно после полуночи я проснулась и все поняла. Я приклеила к входной двери записку: «Дети спят, пожалуйста, входи тихо. Твой ужин остыл на плите. Я хочу развестись».
...Мы с Крисом развелись, сославшись на непреодолимые разногласия. Пока мы пытались взять себя в руки и решить, что мы собираемся делать, готовясь к разводу, было крайне важно избавить детей от стресса».