«Немецкий шпион», «кровавый палач», «безумец, собиравшийся сжечь русский народ в горниле мировой революции» - таковы вульгарные стереотипы о Льве Давидовиче Троцком, забитые в головы людей средствами массовой информации. В этом отношении Троцкого от других деятелей Октябрьской революции отличает лишь то, что подобные эпитеты ему начали раздавать еще в советский период, а в эпоху «демократии» это только продолжилось.
Изучив немало литературы по теме распада (развала) СССР, я часто встречал суждения о том, что к краху привели в том числе (а часто и в первую очередь) объективные причины. Под таковыми понималось почти всегда наличие некоего кризиса советской общественной системы. Этот малопонятный кризис силились объяснить «либералы», доказывая, что Советский Союз был смертельно болен и больше не мог продолжать своего существования. В частности, этим занимался Е. Т. Гайдар в своей известной книге, причем ее выводы не отличаются убедительностью. Из подобных работ строки об этом пресловутом кризисе перекочевали на страницы школьных учебников, где продолжают пребывать и сегодня, несмотря на всю шумиху последнего времени.
Не только «либералы», но и «консерваторы» признавали наличие кризиса в СССР, например кризиса идеологического. Однако всякий ли кризис приводит к смерти? Очевидно, что нет. К тому же, чтобы ответить на вопрос о том, что такое кризис системы, надо прежде понять, что собой представляет сама система, в чем состоит ее сущность. Для такого понимания консервативный взгляд, который считает советскую систему социалистической или близкой к этому, мало что дает. Если исходить из того, что в СССР был социализм, и он в итоге зашел в тупик, то значит, идея социализма ущербна. А если и был вариант развития, то заключался он в проведении в СССР реформ наподобие китайских, то есть в приближении к рынку. Это в известной степени обессмысливает весь предыдущий социалистический опыт СССР и практически ничего не объясняет. Использование же «либеральной» модели для объяснения сути советского строя вообще бесполезно, поскольку она состоит почти сплошь из идеологических клише, имеющих мало общего с познанием.
В своих размышлениях об этом я пришел к заключению, что советские коммунисты были не материалистами, как они сами провозглашали, а величайшими идеалистами, которые пытались выстроить некую идеальную систему при помощи волевых усилий и соответствующего воспитания людей, что позволило бы «подтянуть» «неправильную» реальность к воображаемой идеальной конструкции. Но реальность постоянно брала свое и «сопротивлялась».
В этой связи меня заинтересовала позиция Ю. И Семенова, который полагал, что в СССР на самом деле не было социализма. Производительные силы советского общества «не дотянули» до того, чтобы обеспечить его возникновение и поэтому советский строй можно считать обществом особого типа – «политаризмом». Суть его состоит в том, что он был основан на специфическом виде частной собственности – на «общеклассовой собственности, выступавшей в форме государственной».
Еще более интересным мне показался подход выдающегося отечественного историка А. В. Островского, который считал, что в СССР был не социализм, а «государственный феодализм в деревне и государственный капитализм в городе». Основан такой взгляд на том, что основные принципы социализма в СССР не работали: не было распределения по труду, не было демократии, а государственная собственность по сути своей сохраняла характер частной.
Как мы видим, эти два подхода перекликаются между собой. И это совсем не случайно. Дело в том, что они во многом опираются на теоретические работы, созданные еще в середине 1930-х годов тем самым человеком, которому посвящен первый абзац, наследие которого завалено колоссальным количеством чепухи и клеветы. Да-да, речь идет о Льве Троцком. За карикатурным портретом параноика и монстра непросто разглядеть проницательного марксистского теоретика блестяще владеющего русским слогом. Но факты говорят сами за себя.
В свой работе «Преданная революция» один из главных творцов Великого Октября буквально по косточкам разбирает сложившийся в СССР 1930-х гг. социальный строй и делает прогнозы на счет будущего его развития, и прогнозы эти поразительно точны. Приведем в общих чертах воззрения Л. Троцкого.
Во-первых, следует сказать, что термин «государственный капитализм» он не считает подходящим для обозначения советского строя. Коренным отличием советской системы от госкапитализма является то, что она возникла как результат «экспроприации класса капиталистов», а не вследствие «государственного трестирования» проводимого самими капитанами капитала. Таким образом, главным завоеванием Октября был социалистический характер собственности, имеющий фундаментальное значение.
Но на одном лишь характере собственности, как говорится, далеко не уедешь. Важны еще формы и способы присвоения. В этом отношении Троцкий указывает на то, что в советском государстве сложился особый привилегированный слой – бюрократия. Этот слой – еще не буржуазия, поскольку бюрократия может лишь присваивать плоды управляемой ей госсобственности и то «в порядке злоупотребления», не имея возможности передать даже такую ограниченную привилегию по наследству. Но при этом вся бюрократическая масса насквозь пропитана мелкобуржуазными устремлениями и удерживается от скатывания к оголтелому накоплению лишь силой пролетарского государства. Далее Троцкий подмечает, что само социалистическое (пролетарское) советское государство поддерживается ни кем иным, как бюрократией, которая видит в этом государстве прежде всего орудие для борьбы с пролетариатом, так как последний может лишить ее тех привилегий, которые она обрела, присваивая себе результаты труда рабочих и крестьян.
Таким образом, бюрократия явно превратилась в контрреволюционную силу. Дальнейшее продвижение ее к социализму стало возможным лишь в той мере, в какой ее будет подталкивать к социализму пролетариат. Ее собственным интересам такое движение уже не отвечало. Теперь в ее интересах была консервация существующих порядков и приближение своего социального статуса к статусу буржуазного класса. Заставить бюрократию продолжать двигаться по пути к социализму можно было только в условиях демократии и политической борьбы, которую наглухо ликвидировало государство, возглавляемое И. В. Сталиным. То есть наступил термидор – период реакции, поворачивания революции вспять. За ним последовало и появление бонапартистского правителя – Сталина - балансирующего между противостоящими друг другу классами – пролетариев и бюрократов (протобуржуазии).
Здесь как нельзя лучше видна решающая роль мировой революции. Если в развитых странах победит пролетариат, то это придаст советским рабочим импульс огромной силы, и в СССР с неизбежностью произойдет еще одна революция, в ходе которой власть бюрократии (предбуржуазии) будет сметена. С другой стороны, если этого не случится, то советская система обречена. Бюрократия неминуемо переродиться в буржуазию и осуществит контрреволюцию. Как мы теперь знаем, именно это и произошло во второй половине 1980-х годов.
Именно так следует понимать объективный фактор распада Советского Союза. Именно в этом смысле и только в нем Советский Союз был обречен. То есть крушение советской системы никак не доказывает порочность идеи социализма, несмотря на то, что «либералы» всех мастей всячески стремятся настаивать именно на этом. Социализма просто не было. По объективным причинам Советский Союз не смог до него добраться.
Казалось бы, факт выявления и научного обоснования фундаментальной объективной причины распада СССР должен был обрадовать «либералов» и они давно должны были поднять Л. Троцкого на щите. Но ничего подобного, как мы знаем, не произошло. «Либералы» лишь добавляли Троцкому тех несуразных титулов, обладателем которых он стал еще в советский период. Не составляет никакого труда ответить на вопрос, почему так произошло. Все дело в том, что Троцкий был марксистом, а не последователем Фридмана, и хотя его учение и говорит об объективности распада СССР, при определенных условиях, выявленная им объективность лишь подчеркивает регрессивный и мародерский характер так называемой «перестройки», которая по своей сути была контрреволюцией обуржуазившейся советской бюрократии и сросшегося с ней криминала.
Есть расхожее мнение, что люди ряда профессий (а также убеждений) при любой власти останутся на плаву. Множество живых примеров это подтверждают. А вот те, кто стремится говорить правду, наоборот, почти всегда в опале. Очень похоже, что учение Троцкого как раз из этого сорта. Его замалчивали при жизни Советского Союза, но и после его развала о нем не любят распространяться.
P. S.В заключении обратим внимание читателя на один любопытный факт. И. В. Сталин, которого «либералы» нещадно бичуют как невиданного в истории душителя свобод, тоталитарного монстра и т. д. и т. п., с точки зрения Троцкого (которая представляется неизмеримо более обоснованной) является никем иным, как первоотцом этих самых «либералов», разбогатевших на ограблении своей страны. Ведь именно Сталин выступил первым вождем бюрократии, победившей пролетариев и переродившейся в итоге в «либералов».
Последние, видимо не могут простить «вождю народов» постоянные публичные выволочки, которым он периодически подвергал их духовных и биологических предков. Троцкий же видел в этом лишь средство укрепления системы бюрократического господства.
Если статья понравилась – не поскупитесь на лайк : )