Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Эзотерика

Нельзя обвинять родителей

90% разговоров начинаются с упоминания проблем с родителями. Люди, несомненно, стартуют с разговора о семейной жизни, работе или здоровье. Однако они всегда приходят к единому заключению: "Родители не дали мне достаточно. У них есть долг передо мной." Это утверждение становится основным барьером в повседневной деятельности. Сложно установить гармоничные отношения между старшими и младшими, когда младший настаивает на своих требованиях и считает, что уже полученного недостаточно. Рассматривать мать как личность — это осматривать ее жизнь с ясным взглядом. Ее судьбу. Это не для того, чтобы питать жалость (ведь жалость умаляет). Но для того, чтобы постигнуть самое важное. Она отдала мне все, что у нее было в силах. У нее не было больше. И даже если она сильно желала предоставить мне больше, у нее просто не было такой возможности. Можно ли ведь отдать то, чего у нас нет? Может ли мать не предоставить ребенку все, что у нее есть? Если мы вспомним о своих отношениях с детьми, то мы делаем дл

90% разговоров начинаются с упоминания проблем с родителями. Люди, несомненно, стартуют с разговора о семейной жизни, работе или здоровье. Однако они всегда приходят к единому заключению: "Родители не дали мне достаточно. У них есть долг передо мной." Это утверждение становится основным барьером в повседневной деятельности. Сложно установить гармоничные отношения между старшими и младшими, когда младший настаивает на своих требованиях и считает, что уже полученного недостаточно.

Рассматривать мать как личность — это осматривать ее жизнь с ясным взглядом. Ее судьбу. Это не для того, чтобы питать жалость (ведь жалость умаляет). Но для того, чтобы постигнуть самое важное. Она отдала мне все, что у нее было в силах. У нее не было больше. И даже если она сильно желала предоставить мне больше, у нее просто не было такой возможности. Можно ли ведь отдать то, чего у нас нет? Может ли мать не предоставить ребенку все, что у нее есть? Если мы вспомним о своих отношениях с детьми, то мы делаем для них максимум возможного. Того, что в наших силах. И даже если мы очень стремимся делать больше, по каким-то причинам мы не можем, несмотря на силу наших желаний.

Точно так же и наши мамы и папы. Они выросли в послевоенное или военное время, переживали различные катаклизмы. Их с детства учили жизни в яслях. Их часто отправляли в интернаты или даже против их воли забирали из неполных семей. Им приходилось обрывать связи с корнями, если эти корни считались "неправильными" с точки зрения власти. Их родители верили в коммунизм, а не в Бога. И они учились выполнять планы пятилеток. При этом они сами получали очень мало настоящей, бескорыстной и искренней любви.

Когда они стали родителями, они стремились поступать иначе. Говорить о любви своим детям, даже если сами этого не получали. Дарить им основу, если сами ее не имели. Обнимать их, даже если их самих не обнимали... Они сделали прорыв, но в пределах своих возможностей. И когда мы смотрим на них, упуская из виду их историю, мы недооцениваем их подвиг. Мы недооцениваем дар жизни, который через них пришел к нам. Мы недооцениваем все, что получили. И мы требуем, требуем, требуем... И разрушаем свои отношения.

Наши родители предоставили нам столько, насколько могли. У них не было больше. И наша задача — принять, что этого достаточно. Только после такого осознания могут произойти изменения в наших отношениях с ними. Только тогда, когда мы увидим в них людей.