Он молча уставился на следы собственной крови на полу, а затем вздохнул и хотел подползти ближе, но успел сделать лишь пару шагов на руках, как вдруг автобус ускорился снова. От сильного ветра стекла в окнах задрожали.
Водитель не удержался и упал вперед, тихо выругавшись.
— Да куда он так несется-то?..
Половины его слов я не услышал из-за громкого треска стекла. Мы обернулись и заметили, как оно осколками залетало внутрь, втыкаясь в сиденья, а следом за этим трещины разошлись и по другим окнам, будто бы мы ушли на огромную глубину, и наш автобус сжимало давлением.
Я почувствовал, как из-за скорости меня начало тянуть назад.
Сквозь нарастающий гул я услышал крик водителя.
— Надо его как-то остановить! Мы же так разобьемся!
— Как?!
— Тормозами, как еще! Выбей стену чем-нибудь!
Я застыл на месте, не решаясь ему ответить. Он не знал, что мы уже пытались. Он не знал, что…
— Чего замер?! Ждешь, пока и мы тут сдохнем?!
Подтверждая его слова, по стенам стали появляться вмятины, которые постепенно росли в размере.
Пространство внутри стало уменьшаться.
Автобус просто сдавливало по бокам.
Сиденья наклонялись и падали, поручни сгибались и разламывались на части, осколки стекла сыпались со всех сторон. Пытаясь найти безопасное место, я выбежал вперед, к той стене, про которую говорил мне водитель.
Она тоже не смогла уцелеть, согнувшись посередине, и этот сгиб увеличивался до тех пор, пока не треснул. Я схватился за разлом обеими руками и со всей силы потянул одну из частей, пытаясь увеличить его до такого размера, чтобы можно было пролезть, но с мерзким хрустом бока автобуса сдавило еще сильнее, отчего кусок металла оторвался и отлетел в сторону, а я, так и держась за него руками, полетел следом.
На несколько секунд я перестал понимать, что происходило вокруг. В ушах звенело, перед глазами все плыло, а свет ламп, который все еще иногда вспыхивал, вырывал из тьмы те картины, видеть которые я не хотел.
Единственное относительно безопасное место превратилось для нас в капкан, из которого выхода уже не было.
Вот и наступил тот самый конец, которого я так долго ждал.
Но вдруг с очередной вспышкой я увидел перед собой лицо водителя. По щеке его струилась кровь — видимо, задело осколком.
Он что-то кричал мне, но из-за шума в голове я не мог разобрать слов.
Водитель махал свободной рукой, указывая туда, где я только что стоял, и тогда мой мозг выцепил из его криков одно-единственное слово.
«Смотри!»
Но отсюда ничего не было видно. Обломки, которыми придавило мое тело, казалось, становились тяжелее из-за сжимающегося пространства. Становилось трудно дышать, и я не то чтобы уже не мог самостоятельно выбраться — не мог даже рукой пошевелить, но водитель помог мне вылезти из-под обломков.
И тогда я увидел.
На месте пустой стены, за которой, как я уже успел убедиться, не было ничего, теперь оказалась другая, аккуратно обклеенная обоями, а в самом ее центре находилась деревянная дверь.
Я дернул за ручку, будто пытаясь выйти из квартиры, но дверь не открылась, и я в панике, оглядываясь назад на быстро подступающее к нам сжимающееся пространство и уже не пытаясь защититься от летящих во все стороны обломков и стекла, в безысходности смотрел на замочную скважину, продолжая пытаться открыть дверь, и не сразу заметил, как водитель, поискав в карманах, вытащил оттуда ключ от автобуса.
— Бери этот! Он подойдет!
И почему он был так уверен в этом?
Потому что это было правильно. Я тоже чувствовал это.
Будто ключ автобуса с самого начала был создан именно для этой двери и столько лет бессмысленно ждал своего часа.
Он легко повернулся в замке, и даже сквозь треск, гул и грохот умирающего мира я услышал этот тихий щелчок, вместе с которым дверь медленно открылась вовнутрь, исчезая в глубине темноты.
И в этот же момент пол начал уходить из-под моих ног. Я пошатнулся и упал вперед, в проход, цепляясь руками за все, до чего мог дотянуться.
Рядом с собой я услышал крики, но не сразу смог обернуться из-за без остановки сыпавшихся обломков металла, что крошились с потолка и впивались глубоко в кожу.
Водитель находился совсем рядом со мной, но ему приходилось куда хуже: трещина внизу разошлась прямо под ним, и его затянуло вниз, но не до конца. Он из последних сил пытался выбраться, но его сжимало все сильнее, не давая ни упасть, ни выбраться назад. Я протянул ему руку, второй хватаясь за дверь, чтобы не упасть следом. Я боялся, что его сейчас просто разрежет напополам, но сил, чтобы вытащить его, мне не хватало.
Внезапно трещина стала шире, разойдясь по стенам, на которых, как оказалось, все это время тоже были обои. Со стен падали полки вместе со всеми стоявшими на них бутыльками и таблетками, переворачивались шкафы с книгами, расставленными в алфавитном порядке, кушетки, стулья, капельницы — все вылетало в образовавшуюся пустоту, на месте которой только что была часть автобуса. Сейчас же она, смятая до неузнаваемости, словно ненужный лист бумаги, тонула в земле где-то далеко.
Я все еще держал его. Из последних сил, но держал и наконец смог затащить его внутрь, захлопнув за нами дверь, которая закрылась с резким грохотом, а после настала оглушающая тишина, будто этот грохот отрезал нас от всего остального шума, от хаоса, что остался снаружи. Здесь же не было слышно ни звука, кроме тех, что издавали мы, тяжело дыша. И мне казалось, что слышал я не только дыхание, но и дрожь, и движения глаз, и кровь, стекающую по моим рукам. И мысли, и стук сердец всех людей, которые раньше были здесь, с нами. Но вот все звуки один за другим затихли, и стук сердец, бившихся в унисон, остановился.
Я осмотрел то место, где мы оказались. То место, которого не должно было существовать.
Здесь было темно. Настолько темно, что я не видел, где заканчивалась эта комната, но складывалось впечатление, что это коридор. В самом его конце мерцали десятки точек света, кружась вокруг, словно светлячки.
По сравнению с остальным разрушающимся миром это место было пропитано покоем и безопасностью, каких я не испытывал никогда в жизни.
Страх исчез, все сомнения и переживания, вся ненависть и страдания, вся усталость, чувства безысходности и отчаяния — все исчезло, все растворилось в темноте этого места. Все проблемы перестали иметь значение, важно было лишь одно.
Лишь то, что находилось впереди, в самом конце коридора.
Я встал и пошел, забыв о боли. Водитель, кажется, что-то кричал мне вслед, но я не слышал его.
Коридор казался бесконечно длинным, но с каждым моим шагом конец становился ближе на несколько метров.
И вот я уже стоял на входе в маленькую комнатку. За окном летал целый рой тех самых темных существ, что забрали того психа с собой. Их мерцающие глаза-огоньки светились отовсюду, но я старался в них не смотреть.
Весь рой гудел, и стекло, за которым они находились, вибрировало, отчего равномерно низкий гул распространялся по всему пространству.
Перед окном стояло два сиденья, и я подошел к ним ближе, начиная понимать, где оказался.
Но внезапно сам автобус вырвал меня из своих мыслей, снова набрав скорость. Я пошатнулся и схватился за правое сиденье, чтобы не упасть, и тогда заметил на нем маленький школьный рюкзачок, который до сих пор, словно в попытке защититься, сжимали две детские руки.
Две оторванные серые руки.
Я хотел отпрыгнуть от них, но автобус продолжал набирать скорость, отчего кружилась голова, и я, чтобы не упасть, продолжил держаться за сиденье.
Сознание постепенно возвращалось, но я никак не мог вспомнить, как и зачем я тут оказался.
Издалека я слышал чей-то голос. Очень тихо. Сначала мне даже показалось, что голос этот звучал в моей голове, но он становился все ближе и ближе. Вскоре сквозь гул за окном я начал различать обрывки слов.
И тогда я все вспомнил.
Бросившись ко второму сиденью, я увидел перед ним руль, который сам, без водителя, медленно крутился в разные стороны.
Но он был мне не нужен.
Сев на сиденье, я хотел нажать на тормоза, чтобы уже наконец закончить все это. Я не думал о том, что буду делать после остановки автобуса. Я вообще ни о чем не думал.
Но в этот момент что-то мне помешало.
Ничего не понимая, я наклонился и посмотрел вниз, в темноте пытаясь разглядеть то, что лежало на полу, не давая мне добраться до тормозов.
Но ничего не было видно, и я не раздумывая схватил предмет рукой и вытащил его. Вслед за этим второй предмет, стоявший рядом, потерял равновесие и упал мне на колено.
И тогда только я увидел, что держу в руках оторванную ногу водителя, стоявшую вместе со второй на педалях.
Я сразу же отдернул руку, от ужаса и отвращения отпнув обе ноги подальше от себя, и уже собирался нажать на тормоз, поглядывая вниз с опаской, боясь найти там что-то еще, как вдруг отчетливо услышал стук по стеклу, будто стучали пальцем, и обернулся на звук, забыв о том, что делать этого было нельзя.
За окном, прямо перед моим лицом, висели два белых глаза и, едва встретившись с ними взглядом, я стал слышать его голос, который, оказавшись внутри моей головы, занял в ней все место, не позволяя думать ни о чем другом.
— Они здесь. Они повсюду! Они смотрят на нас… Они здесь. Они повсюду! Они смотрят на нас… Они здесь. Они повсюду! Они смотрят на нас…
Снова послышался стук по стеклу, становясь громче и агрессивнее, но стекло не поддавалось.
И наконец, когда псих понял, что внутрь автобуса ему не пробраться, он отвел взгляд и растворился в темноте, а вместе с ним пропал и его голос, и остальные огни, которые были единственным источником света в этой комнате с белыми обоями.
Я остался в абсолютной темноте, но это меня не волновало. Я сидел на сиденье, сжав руль обеими руками, и, найдя ногой педаль тормоза, с силой вдавил ее в пол.
Автобус затормозил слишком резко, и я внезапно почувствовал, что мое тело как в замедленной съемке отрывается от сиденья. Автобус поднялся в воздух и, перевернувшись, полетел на землю.
Мои руки оторвались от руля, который я старался сжимать из последних сил, и меня откинуло головой в лобовое стекло.
Я не слышал ничего из того, что происходило вокруг. Я даже ничего не успел почувствовать.
«Вот я и умер. После такого долгого пути я все же умер».
Такие мысли крутились в моей голове в то время, когда вокруг постепенно становилось все светлее.
И наконец я очнулся.
Очнулся в той самой комнате с белыми обоями.
Я плохо помню, что происходило дальше — все-таки я действительно повредил голову в той аварии. Но вот события того сна, что приснился мне во время комы, я помню так, будто это произошло по-настоящему.
С тех пор прошло много лет, и странный сон начал забываться в повседневных делах и проблемах.
Но как-то однажды я встретил на улице человека на инвалидной коляске, который по необъяснимым причинам показался мне знакомым. Пока я с удивлением рассматривал его, мужчина заметил мой взгляд и подъехал ко мне сам.
— Ну что, как самочувствие? — спросил он так, будто знал меня всю жизнь, и хитро улыбнулся. — Значит, успел ты все-таки его оставить.
— Кого оставить? — не понял я.
— Да автобус, — ответил он и улыбнулся шире.
Я знал, о чем он говорит, но до последнего не мог это поверить.
После той встречи… после нашей встречи в реальном мире мы виделись еще много раз и все обсуждали тот сон…
Сон, который приснился нам обоим.
Возможно, он снился и остальным, но спросить их об этом я уже не могу — после той аварии выжили только мы двое…
Сейчас мне совсем не хотелось об этом думать, но время было поздним, а по ночам такие мысли сами лезут к тебе в голову, к тому же стоял я на остановке, вглядываясь в темноту, хоть и без особого результата — несмотря на то, что фонари светили ярко, стена дождя не позволяла разглядеть ничего дальше тридцати метров.
На остановке я был совершенно один, и в моих наушниках играла музыка.
Несмотря на грозу, бушующую вокруг, внутри себя я ощущал лишь покой. Абсолютный покой, какого я не испытывал уже много лет.
Ждал я долго — автобус опаздывал. Но я не особо волновался по этому поводу. Не приедет — пройдусь пешком.
Но наконец возле перекрестка блеснули два желтых огонька, и полупустой автобус не спеша подъехал к остановке, открывая двери.
Несколько человек сонно взглянули на меня, а я сел поудобнее и приготовился к длинной поездке.
Сначала я смотрел в окно, но вскоре глаза стали закрываться.
И единственное, о чем я думал перед тем, как уснуть, — это то, что автобус этот в моей жизни был не последним.
Конец.
А если тебе понравилась эта история, почему бы не зайти на мой канал на ютубе, где я делаю озвучку своих страшных историй? Присоединяйся, жду тебя — https://www.youtube.com/c/Вендиго-страшилки