Есть у нас такой город — Санкт-Петербург. Красивый, культурный, северная столица. А ещё в этом городе есть футбольный клуб «Зенит». Команда с историей, традициями, титулами. Правда, в последнее время на поле они играют как будто нехотя — бутсы повесили не на гвоздь, но, кажется, на автопилот. Побеждать стали нечасто, а болельщики, глядя на игру, всё чаще вспоминают славные дни прошлого.
Но случилось чудо. Решили игроков простимулировать. Нет, не тренировками или новыми методиками. Денежкой. Настоящей, крупной, в евро. Пообещали каждому по 110 000 евро за победу над «Краснодаром». А если вдруг выиграют в три мяча — по 250 000 евро на брата. Это примерно 24 миллиона рублей за один матч. За 90 минут на поле.
И что вы думаете? Победили. В три мяча. Молодцы, чё.
Вот только есть одно «но». Клуб «Зенит» принадлежит не какому-нибудь миллиардеру с частного бизнеса, а государственной корпорации — «Газпром». Да, той самой, чьими доходами мы все гордимся и чьи тарифы оплачиваем. То есть, если говорить откровенно, платим за такие матчи мы с вами.
Каждый раз, когда вы включаете отопление, покупаете газ, платите по счётчику — знайте: где-то в Петербурге футболист «Зенита» получает премию в 24 миллиона рублей за то, что "решил вспомнить, как играть в футбол".
Футбол, конечно, дело национальное. Гордимся, болеем, радуемся. Но не кажется ли вам, что это уже какой-то футбол за наш счёт? И не слишком ли дорогой для народа, который привык считать копейки от зарплаты до зарплаты?
Вопрос не в том, заслужили ли игроки премию. Вопрос — а кто за неё платит?