10 января 1943 года, район Сталинграда. Ровно в 8 часов 30 минут заговорили тысячи орудий, минометов и "катюш". Воздух наполнился грохотом выстрелов, которым, как эхо, вторили звуки разрывов в расположении противника. Земля дрожала под ногами так, что наблюдать за полем боя в бинокль было совершенно невозможно: все плясало перед объективом. 15 минут длился огневой налет, и этого было достаточно. Враг не выдержал.
Как только утих грохот орудий и минометов, к войскам Красной армии потянулись вереницы немецких и румынских солдат, шедших сдаваться в плен. Все они заявляли, что их "взяла артиллерия". Первый допрошенный пленный, еще не оправившийся от потрясения, сказал, что "во время огневого налета целые батальоны опускались на колени и молились Богу, прося о спасении от огня русской артиллерии"...
Особенно дикий страх у противника вызывала реактивная артиллерия Красной армии. Выживший офицер вермахта Ганс Вельц в мемуарах писал, что что немецкие офицеры, "как люди тактически и технически образованные, были едины в высокой оценке русских минометов и многоствольных реактивных установок". Некоторые даже спрашивали: "Почему, собственно, мы не скопировали у русских многоствольные реактивные установки? Мы ведь на себе испытали, какие потери они наносят. Разве не следует в ходе войны учиться у противника?"
Ответ простой: не смогли. Хотя ради справедливости следует сказать, что шестиствольные реактивные минометы появились в вермахте еще в начале Великой Отечественной войны. Но уступали по своим тактико-техническим характеристикам нашим знаменитым "катюшам" .
Изначально, созданные в 1930-х годах в Германии реактивные системы залпового огня (РСЗО) предназначались для стрельбы снарядами, снаряженными боевыми отравляющими веществами и снарядами с дымообразующим составом для постановки дымовых завес. Это отразилось в названии первой германской серийной 150-мм РСЗО - Nebelwerfer или "дымовой миномет типа D". Буквальный перевод названия "Nebelwerfer" с немецкого - "Туманомет".
Испытания шестиствольного 150-мм миномета начались в 1937 году. Установка состояла из пакета шести трубчатых направляющих, смонтированных на переделанном лафете 37-мм противотанкового орудия. Шесть стволов длиной 1,3 метра объединялись в блок с помощью передней и задней обойм. Лафет снабжался подъемным механизмом с максимальным углом возвышения 45 градусов и поворотным механизмом, обеспечивавшем угол горизонтального обстрела до 24 градусов.
В боевом положении колеса вывешивались, лафет опирался на сошки раздвижных станин и откидной передний упор.Боевая масса в снаряженном положении достигла 770 килограмм, в походном положении этот показатель равнялся 515 килограмм. На небольшие расстояния установка могла перекатываться силами расчета.
Для стрельбы использовались 150-мм турбореактивные мины (ракеты). Боевая часть располагалась в хвостовой части, а в передней — реактивный двигатель.
Первоначально в качестве реактивного топлива использовали спрессованный под высокой температурой черный порох, с 1940 года трубчатые шашки, изготовленные из бездымного диглеколевого пороха. Как правило, использовалось семь пороховых шашек.
Максимальная дальность полета ракеты составляла 6 700-6 800 метров. Nebelwerfer обладал очень неплохой для РСЗО того времени точностью.
Первые части, на вооружении которых состояли шестиствольные минометы, были сформированы в начале 1940 года. Впервые чудо- оружие немцы применили во время французской кампании. На Восточном фронте "туманометы" с первых часов войны использовались для обстрела Брестской крепости, выпустили свыше 2 880 реактивных фугасных мин.
Из-за характерного звука летящих снарядов Nebelwerfer 41 получил у советских солдат прозвище "ишак". Другое разговорное название - "Ванюша".
Большим недостатком немецкого 150-мм шестиствольного миномета был характерный, хорошо заметный дымный след при стрельбе, служащий отличным ориентиром для артиллерии противника. Учитывая невысокую мобильность Nebelwerfer 41, этот недостаток часто становился катастрофичным.
Для повышения разрушительного действия реактивных снарядов, в 1941 году на вооружение была принята шестиствольная установка 28/32 cm Nebelwerfer 41. На колесном лафете, с нераздвижной рамной станиной, крепилась двухъярусная ствольная ферма. Направляющие вмещали в себя как 280-мм фугасные, так и 320-мм зажигательные ракеты. Масса неснаряженной установки достигала всего 500 килограмм, что позволяло расчету свободно перекатывать ее на поле боя своими силами.
Однако дальность стрельбы миномета уменьшилась примерно в три раза и составляла 1 950-2 200 метров при максимальной скорости 149-153 м/с. Такая дальность позволяла вести стрельбу только по целям на линии боевого соприкосновения и в ближайшем тылу неприятеля. 280-мм фугасная ракета снаряжалась 45,4 килограммами взрывчатки. При прямом попадании боеприпаса в кирпичное здание, оно полностью разрушалось.
Боевая часть 320-мм зажигательной ракеты наполнялась 50 литрами зажигательной смеси (сырая нефть).
280-мм и 320-мм реактивные снаряды могли применяться и без пусковых установок. Для этого было необходимо выкопать стартовую позицию. Мины в ящиках по 1-4 штуки располагались на выровненных наклонных участках почвы поверх деревянного настила.
Ракеты первых выпусков при старте часто не выходили из укупорок и выстреливались вместе с ними. Поскольку деревянные ящики сильно повышали аэродинамическое сопротивление, дальность ведения огня значительно уменьшалась и возникала опасность поражения своих частей.
Рамы, расположенные на стационарных позициях, вскоре были заменены "тяжелыми метательными приборами". . Укупорки-направляющие (по четыре штуки) устанавливались на легкий рамный металлический или деревянный станок, раскладывающийся наподобие лестницы-стремянки. Рама могла располагаться под различными углами.
Залп производился в течение 6 секунд, скорость перезарядки около 2,5 минуты. Прицельные приспособления были весьма примитивными и включали в себя только обычный угломер. Постоянные расчеты для обслуживания этих простых установок не выделялись: огонь мог вести любой пехотинец.
Первое массовое использование пусковых установок 28/32 см Nebelwerfer 41 имело место на Восточном фронте во время немецкого летнего наступления в 1942 году. Особенно активно они применялись при осаде Севастополя.
Существовал также самоходный вариант 28/32 см Nebelwerfer 41. По бортам гусеничного БТР монтировали крепления для подвешивания всех трех же деревянных пусковых рам-контейнеров (по три с каждого борта, на командирских — по два).
Укупорки с крупнокалиберными ракетами устанавливались и на другие шасси. Так, в 1943 году несколько десятков двухместных бронированных тягачей "Рено", захваченных немцами в качестве трофеев в 1940 году, были переоборудованы в самоходные РСЗО.
В кормовой части машины монтировались направляющие для контейнеров с реактивными минами, а перед лобовым листом, на вынесенной вперед штанге, крепился примитивный прицел для грубой наводки оружия. Пуск ракет можно было осуществлять изнутри тягача. Экипаж — два человека. Скорость тягача упала до 22 км/ч, но в целом машина оказалась вполне надежной и неприхотливой.
Также пусковые рамы с 280/320-мм ракетами монтировались на трофейные французские танки "Хотчкис".
Советская сторона тоже не стояла на месте. В начале 1942 года в блокадном Ленинграде был налажен выпуск реактивных мин, по своей конструкции повторявших германские 28 см и 32 см. Боевые части фугасных, как нельзя лучше подходивших для условий окопной войны Ленинградского фронта снарядов, снаряжались суррогатным взрывчатым веществом на основе аммиачной селитры. Зажигательные мины снаряжались отходами нефтепереработки, воспламенителем горючей смеси служил небольшой заряд взрывчатки, помещенный в стакан белого фосфора.
Надо сказать, во время Второй Мировой Германия имела значительное качественное превосходство в области химического оружия. Немецкие химики открыли самый смертоносный вид отравляющих веществ, и они были поставлены на вооружение вермахта - нервно-паралитические яды. Первоначально было синтезировано вещество, ставшее впоследствии известное как "Табун" . Позже создали и производили в промышленных масштабах еще более ядовитые: "Зарин" и "Зоман".
К счастью для союзных армий, применение против них отравляющих веществ не состоялось. Германия, обреченная на поражение в войне обычными средствами, не пыталась переломить ход войны с помощью химического оружия.
Однако "туманометы" использовали ... для поджога лесов.
Летом 1944 года части 124-го стрелкового корпуса вели бои в Ленинградской области. Попавшие в плен танкисты танковой дивизии "Нортланд" на допросах рассказали, что " в боевом комплекте тяжелых метательных аппаратов имеются новые 320 мм мины, снаряженные нефтью, мины предназначены для поджога леса".
Это были последние отчаянные попытки остановить советское наступление...