Понедельник Страстной седмицы. Сегодня мы вспоминаем «Проклятие смоковницы».
Господь много учил притчами, у евангелиста Матфея встречается даже на первый взгляд излишнее уточнение: «отверзши уста Свои, учил их, говоря» (Мф. 5:2), но апостол не переусердствовал — притчи бывают разными и не все из них доносил Христос говоря, некоторые еще и показывал — как в вышеописанном примере.
Проклятая смоковница словно продолжает судьбу неплодного дерева из другой притчи:
«… некто имел в винограднике своем посаженную смоковницу, и пришел искать плода на ней, и не нашел; и сказал виноградарю: вот, я третий год прихожу искать плода на этой смоковнице и не нахожу; сруби ее: на что она и землю занимает? Но он сказал ему в ответ: господин! оставь ее и на этот год, пока я окопаю ее и обложу навозом, - не принесет ли плода; если же нет, то в следующий год срубишь ее.» (ЛК 13:6-9).
Преподобный Исидор Пелусиот дает следующую экзегезу на этот евангельский текст: «Евангельская смоковница есть человечество; Домовладыка — Бог и Отец; Виноградарь — Сын Божий, пришедший возделать и очистить виноград наш.» (Письмо 312. Евлогию.)
Проникаясь смыслом этих строк, становится понятно, что велико долготерпение Божие, но стоит помнить, что можно не успеть принести плода.
Смотрите как интересно переживает этот сюжет Борис Пастернак в стихотворении «Чудо» из романа «Доктор Живаго», продолжая мысль о внезапности ответа перед Богом.
"Он шел из Вифании в Ерусалим,
Заранее грустью предчувствий томим.
Колючий кустарник на круче был выжжен,
Над хижиной ближней не двигался дым,
Был воздух горяч и камыш неподвижен,
И Мертвого моря покой недвижим.
И в горечи, спорившей с горечью моря,
Он шел с небольшою толпой облаков
По пыльной дороге на чье-то подворье,
Шел в город на сборище учеников.
И так углубился Он в мысли Свои,
Что поле в унынье запахло полынью.
Все стихло. Один Он стоял посредине,
А местность лежала пластом в забытьи.
Все перемешалось: теплынь и пустыня,
И ящерицы, и ключи, и ручьи.
Смоковница высилась невдалеке,
Совсем без плодов, только ветки да листья.
И Он ей сказал: «Для какой ты корысти?
Какая Мне радость в твоем столбняке?
Я жажду и алчу, а ты — пустоцвет,
И встреча с тобой безотрадней гранита.
О, как ты обидна и недаровита!
Останься такой до скончания лет».
По дереву дрожь осужденья прошла,
Как молнии искра по громоотводу.
Смоковницу испепелило до тла.
Найдись в это время минута свободы
У листьев, ветвей, и корней, и ствола,
Успели б вмешаться законы природы.
Но чудо есть чудо, и чудо есть Бог.
Когда мы в смятеньи, тогда средь разброда
Оно настигает мгновенно, врасплох."