Днём всё как обычно: ты смеёшься, капризничаешь, исследуешь мир и требуешь внимания. Ты взрослая для своих месяцев — у тебя уже есть характер, желание и своё мнение. Иногда ты не даёшь мне передохнуть даже минуту. Я устаю, раздражаюсь, сомневаюсь — хорошая ли я мама, всё ли делаю правильно?
А потом наступает вечер. Ты, наконец, засыпаешь. Твоё дыхание становится ровным, губки слегка приоткрыты, реснички касаются щёк, а ручка всё ещё держит мой палец. И вот тогда… я вспоминаю. С каждой минутой всё сильнее.
Как сильно я тебя люблю.
Я смотрю на тебя и понимаю, что весь шум дня — ничего. Все слёзы, крошки на полу, разбросанные игрушки и грязные пелёнки — это просто фон. А главное — ты. Моя дочка. Моё сердце, вынутое из груди и положенное рядом в кроватку.
Когда ты спишь, в доме становится тише, но в душе — громче. Я думаю о том, как быстро ты растёшь. Как ещё недавно ты только смотрела на меня, ища глазами в толпе, а теперь уверенно идёшь ко мне на своих неуверенных ножках. Как из маленького комочка ты становишься настоящей маленькой личностью. И это происходит слишком быстро. Иногда мне страшно, что я не всё запомню. Не всё успею.
По ночам я словно снова вижу тебя впервые. Я вспоминаю, как ты впервые улыбнулась, как ты уткнулась мне в шею, как ты уснула на груди, доверяя мне весь свой мир. Тогда, в темноте, без суеты и дел, я чувствую эту любовь особенно остро. Почти физически.
Я люблю тебя не за то, что ты послушная или удобная, не за то, что ты радуешь меня своими «успехами». Я люблю тебя просто так. Просто за то, что ты есть. За твой запах, твои ладошки, твой смех, твой характер. За то, что ты — моя.
И пусть завтра всё снова закрутится — каши, игрушки, капризы и коляска. Пусть я снова устану, и, может быть, даже вспылю. Но в глубине души я всё равно буду любить тебя так, как люблю сейчас — когда ты спишь.
И всегда.