Специально для тех кто не любит читать по главам, или первый раз на моем канале. А также для тех кто хочет перечитать историю целиком.
В доме на Коморской улице жила семья: мама Снежана, папа Евгений, дочь Злата, бабушка Люба и дедушка Юра. Вечером Злата вернулась из школы и увидела, как бабушка готовит пирожки.
— Бабушка, ты снова на кухне! — воскликнула она.
— Да, дорогая, скоро будем ужинать, — ответила бабушка.
Злата направилась в свою комнату, но мама позвала её.
— Помоги, пожалуйста! Заколка закатилась под кровать.
Девочка наклонилась и, вытащив заколку, обнаружила старую записку.
— Мам, что это? — спросила она, показывая находку.
— Не знаю, — ответила Снежана, изучая непонятные цифры. — Интересно...
— Может, дедушка знает?
— Не отвлекай его от футбольного матча.
Злата вернулась к своим делам. Разбирая рюкзак, она услышала сообщение на телефоне от незнакомого номера:
— Привет, ты нашла записку.
— Кто ты? Как узнал об этом?
— Это не важно...
Сообщение исчезло. Злата задумалась: «Что это значит?» В этот момент пришло новое уведомление от неизвестного, и чат вновь появился в списке.
– Испугалась, да? – гласило сообщение.
– Как вы это сделали? Вы хакер, что ли? – ответила она, её пальцы быстро скользили по гладкому экрану, оставляя за собой легкие следы волнения.
В этот момент в комнату Златы вошла мама. Увидев дочь с телефоном, она нахмурилась, её лицо стало строгим, как будто на нем легла тень.
– Злата! Сколько можно сидеть в телефоне? Ты же знаешь правило: "сначала уроки, потом телефон", – произнесла Снежана, не сдвигаясь с места у двери, словно охранник, который следит за порядком. Но Злата, поглощенная общением с незнакомцем, не обратила на это внимания. Телефон, казалось, стал продолжением её руки, и она не собиралась его отпускать.
– Злата, я сейчас твой телефон выброшу в окно, – произнесла мама, подходя ближе. Её розовые тапочки бесшумно скользили по полу, а голос звучал всё более настойчиво, словно она пыталась пробиться через стену невнимания дочери.
– Мам, ты не имеешь права выкидывать мои вещи! – Злата подняла глаза от экрана, и в сердце у неё возникло неприятное ощущение. Она не любила, когда мама угрожала избавиться от её вещей. Инстинктивно девочка прижала к себе мишку, который всегда находился рядом на кровати, как символ безопасности. Мама, заметив этот жест, немного смягчилась.
– Ладно, – вздохнула она, подходя ближе, – просто я хочу, чтобы ты жила в реальном мире, а не в виртуальном, – произнесла женщина, наклонившись над кроватью, где сидела дочь, и потрепав её по голове с нежностью, которая иногда могла показаться навязчивой.
– Мама! – в её голосе зазвучала нотка возмущения, словно она пыталась отстоять свои границы. – Ты же знаешь, я ненавижу, когда ты так делаешь, – добавила она, отодвигаясь ближе к стене, как будто искала защиту от навязчивого внимания.
– Ну я же тебя люблю, ты была в школе целый день! – произнесла мама, присаживаясь на стул, который стоял в паре шагов от дочери. В её голосе звучала забота, и она внимательно разглядывала Злату. – Может, расскажешь, что случилось? Выглядишь нервной.
– Нет, нет, всё просто сногсшибательно! – ответила Злата, стараясь скрыть свои истинные чувства за легкомысленным тоном.
– Что-то не особо верится, – мама подняла бровь, как будто говорила: "Твоё 'сногсшибательно' меня не убедило". В её взгляде читалось недоверие, и Злата почувствовала, как нарастает напряжение между ними, словно в воздухе повисла невидимая нить, тянущая их к откровенности. Только она хотела задать дочери вопрос, как вдруг услышала, как свекровь Люба открыла дверь. С работы вернулся её муж Евгений, и в воздухе повисло ощущение перемен. Снежана встала и вышла из комнаты, оставив Злату наедине с телефоном. Девочка вновь погрузилась в экран, где её внимание привлекло новое сообщение.
– Двадцать пять, начинается опять, снова он сидит на кресле, – прочитала она, прищурив глаза. Сообщение было отправлено в 18:36.
Злата нахмурилась, недоумение и раздражение переполнили её. Она быстро набрала ответ:
– Что за ерунду вы написали! Это детский сад какой-то! 🙄😡😡 – отправила в 18:36, чувствуя, как её гнев нарастает. Ей казалось, что взрослые иногда ведут себя так, как будто не понимают, что происходит в реальном мире. Внутри неё закипали эмоции, и она не могла сдержать их.
– Это загадка, которую ты должна отгадать, иначе я не скажу, что за цифры в записке... – пришло новое сообщение в 18:37.
Злата в ответила: – Это не загадка, а издевательство! – и, не выдержав, бросила телефон на кровать. В этот момент в комнату зашёл папа, и телефон, как назло, угодил ему прямо в лоб.
– Я ожидал более, – произнёс он, потирая лоб, – теплой встречи...
– Прости, папа, – тихо произнесла Злата, опустив глаза. Ей было стыдно за свой всплеск эмоций, но злость всё ещё бурлила внутри.
– Ты очень похожа на маму, – засмеялся Евгений, – она мне тоже телефоном в лоб заехала прямо в день нашей свадьбы.
В этот момент из кухни послышался голос Любы: – Сынок, зови Златочку кушать и сам приходи.
Злата поморщилась. Она любила бабушкину еду, но сейчас ей совсем не хотелось есть.
– Папа, я не очень хочу идти, – сказала она, стараясь звучать как можно убедительнее.
– Дочь, ты же знаешь, что с моей мамой спорить бесполезно, она кого угодно заставит поесть, – ответил он, и только закончил, как послышались голоса из гостиной. Любовь зашла в гостиную, где в кресле сидел её муж Юрий. Она подошла к пульту от телевизора, который лежал на диване, и выключила телевизор, где шёл футбол.
– Люба, ты опять выключила на самом интересном месте! – воскликнул Юрий, недовольный.
– Конечно, но с тех пор как ты вышел на пенсию, ты только и делаешь, что смотришь футбол! Нет бы мне помочь с зимними запасами! – ответила она с лёгким раздражением.
– У нас невестка есть, – сказал он, поднимаясь с кресла.
– Это на что ты сейчас намекаешь? – Люба остановила его, подняв брови. – То, что она наша невестка, не значит, что должна теперь всюду мне помогать.
Юрий лишь дослушал её и пошёл дальше, а Люба, оставив пульт на диване, последовала за ним.
Евгений вышел из комнаты дочери, чтобы посмотреть, что вообще происходит. Злата снова осталась одна. Она встала с кровати, чтобы поднять телефон, который лежал на полу, и увидела новое сообщение, на этот раз от подруги.
– Слушай, может, сегодня ко мне на ночёвку? – пришло сообщение в 19:01.
Злата, чувствуя, как нарастает усталость от всего, что происходит вокруг, быстро ответила: – Ась, мне сейчас вообще не до этого. – отправила в 19:01.
– Что случилось? – пришло следующее сообщение в 19:02.
Злата вздохнула, её сердце забилось быстрее от того, что она не знала, как объяснить свою ситуацию. Ей хотелось просто сбежать от всех этих проблем, но в то же время она понимала, что не может оставить подругу в неведении.
– Я не хочу об этом говорить, – написала Злата, выключив телефон и положив его на стол. Она принялась разбирать рюкзак и села за уроки. Постоянный звук приходящих сообщений раздражал её, и она включила режим «Не беспокоить». Но спустя несколько минут совесть начала мучить Злату. Ася была настоящей подругой, и она знала, что та не оставит её в покое, даже живя на другом конце города. Настойчивость подруги всегда удивляла её. Вспомнив, как в детстве Ася пыталась доказать, что умеет летать, Злата улыбнулась, но быстро вернулась к своим мыслям. Злата снова взяла телефон, выключила режим «Не беспокоить». В списке сообщений она заметила не только сообщения от подруги, но и одно от незнакомца. «Раз уж у меня есть этот номер, запишу его как "Загадка", – подумала она, добавляя контакт. С любопытством открыла сообщение от "Загадки". Лучше бы она этого не делала. Нажав на ссылку, Злата попала на сайт, где Ася публиковала о ней гадости и секреты, выставляя на показ всю её личную жизнь. Шок и злость накрыли её, сердце сжалось от горечи предательства. «Может, это фейк?» – мелькнула мысль, когда слёзы начали капать на тетрадь. Она сжала телефон, пытаясь убедить себя: «Почему я должна верить этому незнакомцу, этому сайту?» В голове пронеслась мысль: «Позвоню Асе и всё узнаю!» С крошечной надеждой она думала, что это просто глупая шутка. Злата вытерла слёзы и, собравшись с силами, набрала номер Аси. Трубка быстро поднялась.
– И долго собиралась меня игнорить? – раздался знакомый голос. Обычно он звучал весело, но в этот раз в нём слышались едва заметные холодные нотки. Злата почувствовала, как её сердце сжалось.
– Прости, пожалуйста, – произнесла она, её голос дрожал от волнения и слёз.
– Мне плевать на "прости", – ответила Ася, и холод в её голосе стал ещё ощутимее. – Говори, что тебе надо. Я не собираюсь слышать твоё нытьё!
Злата сглотнула ком в горле, чувствуя, как напряжение нарастает. – Я... Я хотела спросить, тут случайно наткнулась на сайт, где рассказывают про меня гадости, мои секреты. Это не ты делаешь? – спросила она, надеясь на отрицательный ответ. В ответ раздался смех, но это был не просто смех — это была насмешка. Злата от такой реакции опешила, не веря своим ушам. – Ты насмехаешься надо мной? – выпалила она, гнев и обида накатывались волной. – Подруги так себя не ведут!
– А кто сказал, что я подруга? – холодно ответила Ася, её смех продолжался. – Я никогда ей не была! Было так смешно наблюдать, как ты думаешь, что я твоя подруга! А моим подписчикам очень нравится читать про тебя и твои секреты.
Слова Аси пронзили Злату как нож. Она почувствовала, как её мир рушится, и нарастающая обида смешивалась с растерянностью. «Как могла она так поступить?» – мелькнула мысль. Внутри всё заколебалось, и она поняла, что доверие, которое она когда-то испытывала, превратилось в пепел.
– Да как ты смеешь?! Предательница! – Злата почти кричала, её голос дрожал от злости, смешанной с истерикой. – Ты всё это время играла с моими чувствами... Ответь! Зачем?! – голос сорвался, в нём уже звучали истерические нотки. На другом конце провода раздался насмешливый смешок. Ася, не торопясь, ответила:
– Помню, как в садике ты всегда играла одна. Жалкая такая... – её голос был холоден, почти равнодушен. – Я решила подружиться с тобой, просто ради интереса. Хотела посмотреть, как далеко это зайдёт. Ты оказалась такой наивной, даже не поняла, что я тебя всего лишь использую. А теперь нашла мой сайт, который я создала два года назад, когда нам было по девять. Ну что, как тебе мои маленькие откровения? – её тон был издевательским.
Злата не хотела слушать дальше. С её лица стекала слеза, она резко положила трубку и застыла, уставившись в одну точку. Её дыхание было рваным, а руки дрожали. В голове шумело, мысли путались. Она чувствовала, как всё внутри неё разрывается на части. В этот момент в комнату вошёл Евгений, чтобы позвать дочь за стол. Но, увидев её состояние, он замер. Злата, не сказав ни слова, резко вскочила, выбежала из комнаты, схватила куртку и любимые кроссовки в прихожей. Она хлопнула дверью, оставив отца в полном замешательстве. Евгений поспешил за ней, но дверь захлопнулась прямо перед его носом. Он остановился, растерянно смотря на закрытую дверь.
– Дорогой, я слышала, как хлопнула дверь. Всё в порядке? – Снежана появилась рядом, её лицо выражало беспокойство. Она внимательно смотрела на мужа, ожидая объяснений.
– Ну, если не считать того, что наша дочь куда-то убежала, – он нахмурился, – в целом всё прекрасно.
– Убежала? Может, в магазин? – предположила она, поправляя прядь волос.
– Если бы... – Евгений тяжело вздохнул. – Думаю, это из-за Аси. Она что-то сказала или сделала.
– Нет, нет, Ася хорошая девочка, – уверенно произнесла Снежана, её голос звучал так, будто она пыталась убедить не только мужа, но и себя. Евгений посмотрел на неё с удивлением:
– Жанн, ты серьёзно? – он покачал головой. – Ты не замечала? Эта девочка всегда казалась мне странной. Что-то в ней было... неправильное. – Он задумчиво нахмурился, словно пытаясь вспомнить что-то важное.
– О, ты опять пытаешься найти то, чего нет, – мягко рассмеялась Снежана, её голос звучал тепло, с лёгкой ноткой поддразнивания. Она любила эту черту мужа — его склонность к наблюдательности, которая иногда перерастала в подозрительность.
– Я просто говорю то, что вижу, – ответил Евгений, слегка пожав плечами и приобняв жену. Его взгляд был серьёзным, но в нём мелькала тень беспокойства. – Когда Злата только начала приводить Асю домой, я сразу заметил её фальшивые улыбки. И ещё много странных моментов, которые ты, возможно, не замечала.
Снежана нахмурилась, но её голос оставался уверенным:
– Нашей дочери не четыре года, Женя, ей двенадцать! Она бы заметила, если Ася дружит с ней ради какой-то выгоды. Злата умная девочка. Ты просто слишком подозрителен. – Она поправила прядь волос, пытаясь успокоить мужа, но в её голосе всё же сквозила лёгкая тревога. Тем временем Злата уже была в пятидесяти метрах от дома. Она шла быстрым шагом, не оглядываясь, её дыхание было тяжёлым, а мысли — хаотичными.
– Как же так? – прошептала она, пнув ногой одиноко лежащий на асфальте камень. Он отлетел в сторону, ударившись о бордюр, но её это не успокоило. Она чувствовала, как внутри всё кипит — злость, обида, горечь предательства смешивались в одну невыносимую смесь. Злата остановилась на мгновение, оглядываясь вокруг. Улица была тихой, освещённой тусклым светом фонарей. Холодный ветер трепал её волосы, заставляя натянуть куртку плотнее. Она чувствовала себя потерянной, словно всё вокруг внезапно стало чужим и непривычным.
– Привет... – сказал голос сзади Златы. Она обернулась резко, сердце ёкнуло. Перед ней стоял силуэт — человек в джинсах и куртке со светоотражающими элементами. Лица она не разглядела — силуэт исчез так же быстро, как появился. «Это мне показалось? Или я схожу с ума?» – пронеслось в её голове. Нервный смешок вырвался сам собой, но он не успокоил. Её пальцы дрожали, а ноги словно приросли к асфальту. На другом конце города, в частном секторе, стоял дом из кирпича, облицованный белым камнем. Газон во дворе был идеален, будто его подстригали вручную. Забор ничем не выделялся, а на калитке висел старомодный почтовый ящик, который в темноте едва можно было разглядеть. Мимо дома шла женщина с двухлетним сыном. Они возвращались домой, который находился неподалёку. Поздняя прогулка была для неё привычной — без неё мальчик не засыпал.
– Мамочка, почему у этого дома всегда закрыты шторы? – спросил Радион, остановившись и глядя на окна. Его серые глаза блестели от любопытства.
– Не знаю, Радиоша, – ответила она, присев, чтобы поправить съехавшую шапку с машинками. – Пойдём домой, уже поздно, – добавила, взяв его за руку. Но мальчик нахмурился, сел прямо на холодную брусчатку и надул щёки.
– Н-ет, я ещё не на-гу-ля-лся, – капризно протянул он, дёргая свою ярко-жёлтую куртку. Женщина вздохнула, улыбнувшись:
– Понимаю, ты любишь гулять... Но маме завтра на работу, я не могу опоздать.
Она подняла сына на руки. Мальчик сопротивлялся, но вскоре притих, уткнувшись носом в её плечо. Женщина шла медленно, её взгляд снова скользнул по загадочному дому. «Что там происходит?» – мелькнула мысль. Этот дом давно беспокоил соседей. Видно, что там кто-то живёт — газон ухожен, окна чистые, но хозяев никто никогда не видел. Только закрытые шторы, которые не менялись годами. Она вздохнула, ускорив шаг. Радион начинал засыпать у неё на руках, а холодный воздух пробирался под пальто. Окна в доме были закрыты плотными шторами, а поверх них стояли металлические решётки. Ручки на окнах были скручены, чтобы никто не мог открыть их изнутри. Все двери в одноэтажном доме были массивными, с усиленными замками, будто хозяева опасались побега. В одной из комнат, больше похожей на холодную бетонную коробку, стояли две фигуры. В комнате почти ничего не было: старая кровать с облезшим матрасом времён СССР, облупившийся стол и один стул. Голые стены из серого бетона будто давили на находящихся внутри.
– Ты сделала, что я тебе сказал? – спросил мужчина. Его голос был строгим, холодным, не терпящим возражений. Он был высоким, с резкими чертами лица и осанкой человека, привыкшего к власти.
– Да... – еле слышно ответила Ася, уткнувшись в подушку. Её плечи мелко подрагивали, а из горла вырывались сдавленные всхлипы. Она не могла сдержать слёз. Безысходность сдавила грудь, словно кто-то поставил на неё тяжёлый камень. Мужчина и женщина, её родители, переглянулись и ухмыльнулись. Дарья, мать, молча подошла к кровати и выдернула из рук дочери телефон.
– Чтобы не вздумала сболтнуть лишнего, – бросила она, убирая телефон в карман. Ася даже не пыталась сопротивляться. Она знала, что это бесполезно.
– Хватит ныть, – бросил Георгий, её отец. Он повернулся к двери и вышел, не оборачиваясь. Дарья последовала за ним. Дверь за ними захлопнулась с глухим металлическим звуком. Это была не обычная дверь, а настоящая дверь от сейфа, которую они установили специально, чтобы дочь не могла уйти без их разрешения. Снаружи послышался звук поворачивающегося замка. Ася осталась одна. Она сжалась в комок на кровати, обхватив себя руками, и тихо завыла, как раненое животное. Георгий и Дарья стояли за дверью, удовлетворённо переглядываясь. Они всегда любили командовать. С самого детства Ася была для них не дочерью, а объектом контроля. Когда она родилась.
За пределами бетонной комнаты, Георгий с Дарьей сидели на кухне. Их разговор был о привычном — о «сериале», который они создавали уже много лет. Всё началось, когда Асе было четыре года. Тогда она рассказала, что у неё появилась подруга Злата. Родители, вместо того чтобы порадоваться, решили превратить жизнь дочери в игру, где они могли управлять сюжетом как режиссёры. Главным героем была их собственная дочь.
– Дорогая, как тебе идея с запиской, неизвестным номером, сайтом и ссорой девочек? – Георгий, сидя на стуле с золотистым каркасом и бархатной красной обивкой, положил ногу на ногу, его голос звучал самодовольно.
– Жор, ты просто гениальный режиссёр! – восхищённо промурлыкала Дарья, опираясь на столешницу из тёмного дерева и попивая кофе из фарфоровой кружки с надписью «Лучшая мама».
– Я польщён, – он театрально склонил голову, затем откинулся к спинке стула, задумавшись. – Знаешь, пора добавить нового героя.
– Кого? – Дарья прищурилась, её интерес был неподдельным.
– Родиона, – ответил Георгий, потирая руки, словно предвкушая новый поворот сюжета. Дарья поставила кружку на стол, её лицо напряглось.
– Это же чужой ребёнок! – возмутилась она, случайно задев кружку рукой. Фарфор разлетелся на куски, а кофе растёкся по полу.
– И что? Злата тоже нам чужая, – спокойно заметил Георгий, наблюдая за тем, как Дарья, ворча, взяла тряпку, чтобы вытереть пролитое кофе.
– Ну, вообще-то да, – нехотя согласилась она, наклонившись с тряпкой в руке. Только начав вытирать, она порезала палец об один из осколков.
– Мозгов не хватило сначала убрать осколки? – с раздражением бросил Георгий. Затем, увидев кровь, добавил: – Подожди, сейчас аптечку принесу.
Он встал и направился в гостиную, где в шкафу лежала аптечка. Дарья закатила глаза и выпрямилась, проводив его взглядом. Её лицо выражало смесь раздражения и усталости, но она ничего не сказала.
На улице Коморской Злата прогулялась всего минут двадцать, после чего решила вернуться домой. Подойдя к подъездной двери, она уже протянула руку, чтобы набрать номер квартиры 9, когда вдруг услышала неуверенные, скрипучие шаги. Она бы узнала эти звуки с закрытыми глазами.
– Отойди! – резко произнёс он, подойдя ближе и небрежно толкнув Злату. В одной руке он держал бутылку, а от него несло перегаром. Злата, слегка качнувшись, смотрела на него с недоумением. Это был её учитель русского языка. В школе он всегда выглядел прилично, но сейчас... Злата почувствовала, как её охватывает тревога. Она быстро зашла в квартиру, сняла куртку и кроссовки, а затем направилась в свою комнату. В голове у неё всё ещё крутились события этого вечера, и она не могла избавиться от ощущения, что пережила слишком много. Уставшая, она просто легла спать, надеясь, что новый день принесёт больше спокойствия. На следующее утро в частном секторе, пока муж отвозил Родиона в сад, Лонкиза решила наведаться к загадочному дому. Ночь прошла для неё неспокойно: мысли о том, что же происходит за его стенами, не давали покоя. Она подошла к калитке и, едва коснувшись её, та с жутким скрипом открылась. Собравшись с духом, Лонкиза направилась к двери. Её сердце колотилось, а руки слегка дрожали от волнения. Она постучала, стараясь сделать это как можно увереннее, хотя внутри неё бушевала смесь страха и любопытства. Тишина окутала её, и она замерла, прислушиваясь к звукам изнутри. В голове крутились вопросы: что же она найдёт за этой дверью? И будет ли её визит уместен? Не дождавшись ответа, Лонкиза снова постучала, на этот раз громче, и почувствовала, как волнение нарастает. Но никто не ответил. Она постояла у двери две минуты, прислушиваясь к тишине, а затем, не дождавшись ответа, разочарованно ушла. Когда Лонкиза приехала в офис, она направилась в крыло, где работали только бухгалтеры. Зайдя в свой кабинет, она погрузилась в бумаги и подсчёты, стараясь отвлечься от мыслей о странном доме. Вдруг дверь её кабинета открылась.
– Лони, привет, можно? – воскликнула женщина в белой блузке и красном платье, такого же цвета пиджаке и чёрных туфлях.
Лонкиза подняла глаза от бумаг и посмотрела на знакомое лицо.
– Свет, что за вопрос? – спросила она, пытаясь скрыть усталость.
– Ой, да ладно! – отмахнулась Светлана, подошла к небольшому кожаному диванчику и села. – Ты лучше скажи, почему выглядишь как сонная муха? – её внимательный взгляд остановился на Лонкизе, которая едва держала глаза открытыми.
– Ну, понимаешь, тот дом... – зевнула Лонкиза, только начала говорить, как заметила, что Светлана настроена скептически.
– Нет, нет, – перебила она, – этот бред можешь своему сыну рассказывать! – возмущение зазвучало в её голосе, а золотые глаза сверкнули. Светлана любила свои линзы, они выделяли её среди коллег, придавая образу особую выразительность. Лонкиза лишь вздохнула, понимая, что подруга не разделяет её беспокойства. Но в глубине души она всё ещё ощущала, что что-то не так, и это чувство не покидало её.
– Ты не понимаешь! Он действительно странный, я никогда не видела хозяев, – объяснила Лонкиза, теребя свои брюки, как будто это могло помочь ей успокоиться. В этот момент её телефон завибрировал, и на экране появилось сообщение от неизвестного номера. Лонкиза быстро взяла его в руки и открыла чат. Светлана, заинтересованная, подошла ближе и заглянула через плечо.
– "Здравствуйте, вы не хотите сказать сыну веселую жизнь?" – прочитала она вслух, и в воздухе повисло напряжение. Коллеги переглянулись, их взгляды полны недоумения и тревоги.
– Это твой знакомый? – спросила Светлана, её голос звучал настороженно. Но прежде чем Лонкиза успела ответить, дверь кабинета открылась, и в комнату вошла Броня. Она была в зелёном платье, которое подчеркивало её фигуру, на каблуках, а на шее сверкало красивое колье, привлекая внимание.
– Привет, Броня! – одновременно поздоровались Лонкиза и Светлана, с лёгкой улыбкой на лицах.
– Девочки! Я же просила, меня так не называть! – с раздражением фыркнула Рузанна, её голос был полон легкой обиды.
– Ну, ты сама приклеила к себе это прозвище, – с улыбкой ответила Лонкиза, её глаза блестели от шутливого настроения.
– Ага, не надо было, весь женский коллектив защищать, – усмехнулась по-доброму Светлана, её тон был игривым, и в воздухе повисла атмосфера дружеской подколки. Рузанна вздохнула, понимая, что спорить с этими двумя бесполезно. Она просто покачала головой, её губы чуть приподнялись в уголках, признавая, что они правы. В этот момент телефон Лонкизы снова издал звук вибрации, прерывая их разговор. Она взглянула на экран, и её сердце забилось быстрее. Сообщение пришло от того же неизвестного номера. Лонкиза нахмурилась, и её лицо стало серьёзным.
– Что там? – спросила Светлана, заметив перемену в настроении подруги. Лонкиза, не отрывая взгляда от экрана, тихо произнесла: – Я не знаю, но это начинает меня пугать.
В этом сообщении было написано: "Ну, что вы медлите?"
– Может, это воспитательница твоего сына? – не задумываясь, бросила Рузанна, её голос звучал с налётом иронии.
– Броня, ты серьезно? Это же глупо! – отрезала Светлана, не ожидая такого нелепого предложения. Лонкиза, в свою очередь, задумалась: «Это точно связано с этим домом!» – пролетела мысль в голове. Она посмотрела в окно, где небо было затянуто серыми облаками, и вздохнула. Затем, собравшись с силами, она снова взглянула на экран телефона и, не раздумывая, набрала номер. Но на её ухо снова послышался лишь холодный роботизированный голос:
– Этого номера не существует.
Словно в ответ на её растерянность, в груди нарастало чувство тревоги. Она убрала телефон от уха и положила трубку, чувствуя, как внутри всё сжимается.
– Как это? – недоумевала Лонкиза, глядя на экран, словно там могла скрываться разгадка. Её коллеги мгновенно отвлеклись от спора, их внимание переключилось на неё.
– Ты в каменном веке живёшь? – упрекнула Рузанна, её голос был полон насмешки. – Сейчас 21 век! Кто угодно может заниматься этим! – возмущённо взмахнула руками, её колье заиграло на свету, как будто подчеркивая её эмоции.
Лонкиза почувствовала, как в ней накаляется напряжение. Она не могла понять, что происходит, и это её пугало. Вокруг неё коллеги обсуждали её ситуацию, но в её голове всё звенело от вопросов. Она снова взглянула в окно, где ветер завывал, как будто предвещая что-то плохое.
– Я просто хочу понять, что происходит, – тихо произнесла она, её голос был полон усталости и растерянности. Светлана, заметив её состояние, подошла ближе.
– Лони, может, стоит просто забыть об этом? – предложила она, пытаясь успокоить подругу. – Иногда лучше не углубляться в странности. Но Лонкиза знала, что это не так просто. Её интуиция подсказывала, что за этим сообщением скрывается нечто большее, чем просто шутка. Она была готова разобраться, даже если это означало столкнуться с тем, что она не могла объяснить. Тем временем Ася в тёмно-синем платье вошла в школьное здание, её глаза были заплаканными. Она искала Злату и, наконец, увидела её на подоконнике, погружённую в свои мысли и глядящую в окно.
– Злат... – тихо произнесла она, подходя ближе, – я понимаю, что вчера наговорила тебе много нехороших слов, – голос её дрожал, как осиновый лист.
Злата, не отворачиваясь от окна, бросила в ответ:
– Нехороших слов? Ты предала меня!
– Меня заставили! – Ася попыталась оправдаться, но в её голосе слышалась растерянность.
– Ага, так и поверю, предательница! – Злата обернулась, и в её глазах читалось разочарование.
– Ты видела моих родителей? Знаешь, где я живу? – спросила Ася, её голос стал чуть более уверенным.
– Нет, я не знаю твоих родителей и где ты живёшь, – ответила Злата, её слова звучали холодно.
– Как думаешь, почему я никогда никому не говорила, где живу, и мои родители никогда не появлялись? – Ася сжала кулаки, в её голосе звучала боль и обида. Злата замерла, её сердце сжалось от осознания, что за словами подруги скрывается нечто большее. В воздухе повисло напряжение, и обе девочки поняли, что разговор только начинается.
– Потому что они не хотят? – спросила Злата, недоумевая.
– Нет, они психи! Они превратили мою жизнь в сериал! – воскликнула Ася, её голос наполнился яростью и отчаянием.
– Ты шутишь? – Злата не могла поверить в то, что слышит.
– Нет, – Ася резко покачала головой. – Отец вчера заставил меня говорить с тобой в таком тоне. Он придумал этот неизвестный номер, который тебе писал. А два года назад он создал этот сайт с моего аккаунта и заставлял писать твои секреты и гадости о тебе...
Злата замерла, осознавая, что за словами подруги скрывается ужасная правда. Её глаза расширились от шока, и она не знала, что сказать. В голове у неё крутились мысли: как такое возможно? Как можно так поступить с собственным ребёнком?
– Ты... ты серьезно? – наконец произнесла она, её голос дрожал от страха и недоумения.
– Да, – с трудом выговорила Ася, её сердце колотилось от волнения. – Я не могу больше это терпеть. Я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня.
— Хорошо, я тебе верю... — начала Злата, но в этот момент в коридоре появился Евгений, который по идее должен быть на работе. Подходя к девочкам, он мягко положил руку на плечо Аси, вызвав тем самым у неё мгновенную реакцию — она чуть поджалась, как будто ожидая удара.
— Вы идёте со мной, — сказал Евгений, его голос был ровным и уверенным. Злата наклонила голову, стараясь понять, какого рода послание скрывалось в этом внезапном интересе к её роли в школе.
— Пап, у нас уроки, — возразила она, спрыгнув с подоконника и став рядом с Асей. В этот момент внутренний конфликт её эмоций усилился: с одной стороны, тревога о собственных учёных обязанностях, с другой — желание узнать больше о том, что на самом деле происходит с Асей.
— Ты вчера домашние задания не сделала. Сразу после прогулки легла спать, — напомнил Евгений, его строгое выражение лица не оставляло шансов на возражение. Он забрался в ламинированные часы, чтобы посмотреть на время. — С пропуском школы я решу, — добавил он, похоже помня о том, что улучшения в учёбе должны идти на пользу. Они вышли из школы, и Злата чувствовала, как грусть и гнев смешиваются в её груди. Её уши уловили шелест листьев на ветру и щебетание птиц. Однако внутренние разногласия как будто вызывали постоянное эхо её мыслей: «Почему я должна страдать из-за того, что кто-то другой играет со мной в свои игры?»
— Пап, зачем нам 39 автобус? — спросила она, но женщина, стоящая в нескольких сантиметрах от неё, начала орать в телефон с такой силой и агрессией, что голос Златы просто утонул в её криках. Она была так поглощена очередной драмой своей жизни, что не заметила молодое поколение, которое и хоть на миг пыталось сосредоточиться на своих проблемах. Евгений, углублённый в свои дела, продолжал смотреть расписание автобусов в телефоне, не догадываясь о происходящем. Злата обменялась озабоченными взглядами с Асей, и в их глазах читалось общее беспокойство. Они обе знали, что скрывается за этой бурной внешностью — это был лишь маленький всплеск хаоса, скрывавший более глубокие переживания. Евгений взглянул на экран телефона и увидел, что согласно расписанию, автобус будет только через час. Взгляд его скользнул на кафе через дорогу. Он решил, что будет неплохо провести время с девочками там, чтобы скоротать ожидание и поговорить о том, что их беспокоит. Перейдя по пешеходному переходу, они вошли в кафе. Атмосфера здесь была тёплой и уютной: белые стены контрастировали с красным деревом столов и стульев, покрытых блестящим лаком, а из динамиков тихо доносилась приятная музыка. Однако, как только Злата посмотрела в глубину заведения, её сердце обмерло. За одним из столиков сидели Георгий и Дарья. Внезапно подруга напряглась, словно статуя, и уставилась куда-то в сторону.
— Всё хорошо? — прошептала Злата на ухо Асе, заметив изменения в её поведении. Она могла почувствовать, как та сжималась в себе, пряча эмоции под тяжёлой бронёй.
— Прошу, давайте уйдём! — тихо взмолилась Ася, стараясь так губами, чтобы её родители не заметили её истерические нотки. Лицо её было бледно, а голос — полон страха.
— Почему? По-моему, это очень милое кафе, — попыталась отшутиться Злата, как ни в чем не бывало. Она оглядела место: чистота, свет, улыбки официантов — всё это вызывало у неё только позитивные эмоции.
— Если мои родители увидят меня здесь, они поймут, что "сериал" пошёл не по плану. А что они будут делать со мной потом... Тебе с твоим папой лучше не знать, — напряжённо произнесла Ася, её голос дрожал, хотя она старалась говорить уверенно. Никто не успел расплакаться или возразить, как вдруг Георгий с Дарьей заметили свою дочь. Их взгляды моментально застыли на Асе, и, несмотря на все попытки скрыть своё присутствие, им всё же пришлось признать это. Георгий подошёл первым, грубо схватив Асю за руку, так, что та едва не упала. Злата с ужасом наблюдала. В глазах её отразилась паника, когда она увидела, как отец Аси сжал её руку так сильно, что слышался хруст. Страх сжался в груди Златы, она почувствовала потребность вмешаться.
— Вам не кажется, что с девочкой нужно быть осторожнее? — произнёс Евгений, недовольный. В его голосе звучала настойчивость, полная защитной интонации.
— Можно мы с женой будем сами решать, как воспитать свою дочь? — прорычал Георгий, сжимая руку Аси еще сильнее. В глазах его сверкала агрессия, а волна ярости накрыла и Злату, она покусала губу, побоявшись, что выскажется слишком резко.
— Закрой рот! — резко проговорила Дарья, приближаясь к дочери. В её голосе звучала угроза. — Не смей нас с отцом позорить!
Ася стиснула зубы, чтобы не выдать своих чувств, но слёзы всё равно выступили на глазах. Злата чувствовала, как у неё надрывало душу от безысходности и беспомощности. Она знала, что ситуация выходит из-под контроля, но не знала, как помочь. Внутри неё боролись разные эмоции: желание вмешаться и защищать подругу, страх перед взрослым миром и его жестокостью.
— Папа... — слабо вскинула руку Ася, как будто надеялась на спасение. Но её слова остались без ответа, и лишь молчаливый взгляд Златы полон отчаяния скользнул между ними.
– Ей больно! Вы не понимаете?! — воскликнула Злата, но, сделав шаг вперёд, её остановил отец, поворачиваясь к дочери.
– Дочь, я разберусь, не переживай, — пообещал Евгений. Его голос звучал уверенно, но к нему примешивалась тревога, когда он снова взглянул на Георгия. — Знаешь, как вы будете воспитывать свою дочь, буду решать не я, а полиция, которую я сейчас вызову.
Гладкие черты лица Георгия затвердели, словно он слушал человека, которому не важно его мнение.
– Они не поверят в ваши жалобы. Мы нормальная семья, — проворчал он, пытаясь придать своему тону уверенности, но в его глазах уже затаился страх.
Евгений пронзил его взглядом: — А ничего, что вы, похоже, сломали ребёнку руку?
— А пусть, не уходит из школы с кем попало! — холодно бросила Дарья, её голос звучал как ледяной ветер, проникающий под кожу. Злата почувствовала, как внутри неё закипает гнев. Как же можно так отнестись к собственному ребёнку? Несознавая, она сделала ещё шаг вперёд. Но холодный тон матери Аси заставил её замереть.
– Если вы так говорите, то почему не замечаете, что бедный ребёнок вас боится? — произнёс Евгений, доставая телефон. Он заметил, как у Георгия и Дарьи забегали глаза, и это дало ему уверенность. Они осознали, что их "сериал" не просто пошёл не по плану — он потерял смысл.
— Нет, нет! Прошу, только не полицию! — запаниковала Дарья. В её голосе послышалась настоящая тревога. Как бы ни шутил Евгений, она не могла позволить, чтобы вмешались органы. Георгий, чувствуя давление ситуации, отпустил руку Асю.
– Тогда вы сами идёте в психиатрическую клинику на лечение, — холодно произнёс Евгений, отрывая взгляд от телефона.
— Но мы не можем оставить её одну! У неё больше никого нет, кроме нас, иначе её заберут в детский дом! — Георгий был явно не доволен ни одним из предложенных вариантов, его взгляд метался от дочери к Евгению. Евгений, понимая, что у них мало выбора, продолжил: — Не волнуйтесь, мы с женой оформим временную опеку, если вы подадите заявление в опеку. В противном случае придётся добиваться этого в суде! — Его голос стал твёрдым и весающим, как будто в нём плескалось понимание могущества данной минуты. Он якобы возвел собственную границу между хорошими намерениями и жестокой необходимостью. Ася, стоя в стороне, вся дрожала. Её мир рушился, словно песчаная крепость под шквалом, и в эти мгновения ей стало понятно, как много значат слова, которые она сейчас не могла произнести. Руки её выглядели так, будто она все ещё держалась за одну из них, даже если это противоречило правде....
А вот что произошло дальше, это уже другая история....
Конец!