Это можно было бы назвать «похищением Европы» ― США громко разводятся с Китаем, но Европа станет для них трофеем и полем битвы.
Все три игрока десятилетиями встраивались в глобальные цепочки, создавали сложные производства, продукцию которых экспортировали друг другу, а теперь эти цепочки все разом придется или порвать, или усложнить, «заметая следы», так же, как это пришлось сделать России. Все три рынка критически важны друг для друга, и дело вовсе не в китайском ширпотребе, а в продукции высоких переделов ― машинах и оборудовании. При этом Китай значимо зависит от ЕС и США разве что как раз в поставках определенного оборудования, а вот ЕС зависит и от Китая, и от США и по поставкам, и по сбыту. Трамп явно будет давить на Европу, чтобы она определилась, с кем же остается. И тут у США несколько ключевых рычагов: европейский импорт в США, поставки сырья в ЕС и фармацевтика ― последнюю, видимо, приберегли как более сильное оружие. Впрочем, фармрынки ЕС и США крепко связаны, так что неизвестно, кому тут придется хуже.
Товарный импорт в США резко вырос в 2022 году и теперь стабильно держится выше 700, а то и 800 млрд долларов в квартал. Для сравнения: предыдущий пик перед ковидом пришелся на 2019 год, и тогда в США за квартал ввозили товаров на 660 млрд долларов. Такой же скачок наблюдается, если смотреть на импорт в реальном выражении в долларах 2017 года.
Трампу торговый дефицит откровенно не нравится. И он видит стратегическую цель — вернуть Америке способность жить, опираясь практически полностью на внутреннее производство, а заодно и не в долг. До игр в глобализацию, в 1950‒1960-х годах, доля импорта в ВВП США составляла около 4%. К 1980-м она достигла 10%, а к текущему моменту — 14% ВВП. Пик пришелся на 2011 год — тогда импорт в ВВП США достиг 17%. Вернуться к 4% импорта в ВВП вряд ли возможно, но если Штатам удастся в ближайшие шесть лет откатить импорт к 10% своего ВВП, то есть сократить его примерно на треть, то внутри Штатов надо будет дополнительно производить продукции как минимум на 1‒1,2 трлн долларов в текущих ценах (исходя из общей величины импорта примерно в 4 трлн долларов в год сюда включены не только товары, но и услуги). Это может дать плюс 4‒4,5% к американскому ВВП за этот срок, или примерно 0,8% дополнительных темпов роста ВВП США в этот период. Это, если оно случится, перекроет часть потерь от развязанных Трампом же торговых войн и параллельного снижения темпов роста мировой экономики — а также полностью закроет торговый дефицит.
К тому же США сейчас фактически выступают как сырьевой придаток мира, перейдя в 2020-х годах к статусу нетто-экспортера нефти и нефтепродуктов, а также СПГ и играя довольно заметную роль на мировом аграрном рынке. Продажа сырья — это хорошо, но неприятно, если потом на его основе Китай и ЕС делают товары более высокого передела и продают тебе же обратно, оставляя у себя добавленную стоимость, — нам ли этого не знать.
Статья по теме: В тарифной войне нарисовалась жертва, и это не Китай
Другой вопрос, что битва идет вовсе не за шитье условных кроссовок и футболок, а за высокотехнологичные производства: США импортируют котлы, турбины, машины и оборудование (самые большие статьи импорта), и 26% импорта электрических машин и оборудования приходится на Китай. Быстро такое производство — да и производство компьютеров и смартфонов — не создашь, даже если у вас не Банк России, устраивающий крестовый поход со ставкой 21% наперевес, а более вменяемая ФРС. Это и есть ключевой водораздел между теми, кто считает, что у Трампа есть продуманный план, и теми, кто считает, что план нереален, а сам Трамп безумен или некомпетентен. Получится ли у США совершить импортозамещение?
Средняя зарплата в США — около 4000 долларов, в Германии — 3000, во Франции — 2500, в Китае — около 1000 (все цифры в месяц после налогов). В России, кстати, менее 600 долларов ― если бы не ставка, мы могли бы импортозамещаться семимильными шагами.
Цены на электроэнергию для промышленности — 0,2 евро (0,23 доллара) за киловатт-час в среднем по ЕС (чуть меньше во Франции, чуть выше в Германии), в США и Китае примерно 0,1 доллара за киловатт-час. По совокупности основных затрат у Европы и США практически нет шансов перед Китаем, поэтому им придется «валить» промышленность друг друга ― а победитель получит фору. Попытки закрыться от Китая со стороны ЕС тоже будут ― но в духе «шаг вперед — шаг назад»: Европе со всеми ее проблемами очень страшно оказаться без рынка сбыта — Китая, хотя, возможно, она могла бы спокойно жить и со своим внутренним рынком. Но для этого нужна воля. Она есть у Трампа. У Китая. В Европе ее пока нет.