Газета "Новое время" 13-го (25-го) августа 1893 г. № 6270, стр. 3
1893 год
В городе Бежецке на днях арестованы 2 крестьянки, продававшие ценный фрейлинский шлейф. Крестьянки, назвавшиеся Евдокией Михайловой и Евдокией Бомбиной, предлагали шлейф одному еврею, местному старьевщику, за дешевую цену. Еврей, при виде шитого золотом роскошного предмета из придворного обихода, оробел и, боясь ответственности за сношения с этими женщинами, заявил о них полиции. Сначала обе женщины уверяли, что шлейф они продают по поручению собственницы его, но затем Евдокия Михайлова созналась, что украла шлейф у фрейлины Высочайшего двора, у которой ранее жила в качестве прислуги. Сопровождавшая Михайлову Евдокия Бомбина, тетка Михайловой, вызвалась помочь ей в сбыте украденной вещи. Обе женщины препровождены из Петербурга и содержатся в настоящее время в доме предварительного заключения.
Небольшая справка.
В России должность фрейлины (от нем. Fräulein — незамужняя женщина, девушка) или статс-дамы, то есть женщины, находящейся при императорском дворе в России, появилась при Петре I. Так называли женщин, которые составляли ближайшее окружение императрицы. Расписание дамских чинов, появившихся при Екатерине I, отражено в «Табели о рангах», в котором изначально было пять женских должностей, из которых потом осталось четыре: фрейлина, статс-дама, гофмейстерина и обер-гофмейстерина. Должность фрейлины существовала в России до свержения монархии.
Согласно «Табелю» фрейлиной могла только незамужняя девушка, когда она выходила за муж, то была должна покинуть свою должность. Требования к исполнению обязанностей в окружении императрицы были строгие. Прежде всего, фрейлина должна иметь хорошее образование, владеть иностранными языками, иметь безупречное воспитание и манеры, а также безукоризненное знание сложного придворного этикета.
Принадлежность к знатному и богатому роду не являлось обязательным условием получения должности фрейлины. Единственное ограничение – претендентка должна быть по происхождению потомственной дворянкой. Очень часто фрейлинами становились лучшие выпускницы Смольного института благородных девиц или Екатерининского института из небогатых семейств, поэтому попасть во фрейлины для них был большой шанс удачно выйти замуж, и войти в правящую элиту Российской империи.
В обязанности фрейлинам вменялось постоянно находиться рядом с императрицей, выполнять все ее распоряжения, а также нести подневное и понедельное дежурство в императорских покоях согласно дворцовому расписанию.
Особое внимание уделялось одеянию фрейлин, которое было четко регламентировано. Фрейлина была обязан иметь несколько разных парадных платьев для разных целей – балов, посещения церковных служб, других дворцовых торжеств (рождение наследника, похороны членов императорской семьи и т.д.). Образец фасона придворных платьев был утверждён в указе Николая I от 27 февраля 1834 года. «Женщинам полагалось носить костюм русского стиля — бархатный лиф с длинной талией, широкое платье с распашными рукавами и белой юбкой, а также шлейф, который крепился к поясу. На бортах платья помещались такие же вышивные орнаменты, как на мужских мундирах». В общих чертах фасон платья сохранился до 1917 г., изменяясь лишь в деталях. В С.-Петербурге было несколько мастерских, изготавливавших женские парадные костюмы. Особой известностью пользовалась мастерская, основанная в Петербурге в середине XIX в. Ольгой Николаевной Бульбенковой и закрытая только в 1917 г. Именно в ней в основном и создавались парадные женские костюмы для императорской семьи и двора.
Особую ценность представлял съемный шлейф, как уже говорилось, расшитый золотым шитьем, по образцу мундиров высших чиновников Империи. Известно, что придворные шлейфы создавались в отдельной мастерской Н.П. Ламановой, напр. придворный парадный шлейф для княгини Зинаиды Николаевны Юсуповой. Золотошвейные работы выполнялись в петербургской мастерской И. Л. Васильева, а также в Новодевичьем и Ивановском монастырях в Москве, а иногда и золотошвеями из Торжка.
Таким образом, детали этого дела о краже становятся более понятными. Некой бежецкой крестьянке Евдокии Михайловой, подавшейся в столицу на заработки, вероятно «по протекции», посчастливилось устроится горничной в дом фрейлины Ея Императорского Величества императрицы Марии Федоровны (об этом говорит дата -1893 г.). Имени фрейлины, у которой она служила не указано, очевидно по цензурным соображениям. Скорее всего, она уже и ранее служила горничной в одном из дворянских домов С.-Петербурга, который принадлежал высшим слоям столичного общества, в течение нескольких лет и хорошо себя зарекомендовала. Получив соответствующие «рекомендательные письма» от бывших хозяев, а также разрешение от Охранного отделения, она получила это место. Иначе невозможно представить, как можно было ей устроится горничной у фрейлины, входившей в окружение императрицы.
Что произошло дальше, или «бес попутал» как говорится, или не сложились отношения с новой хозяйкой, история умалчивает…. По какой же причине бежецкая крестьянка решилась на такой бездумный поступок осталось неизвестным.
Дальше еще интереснее… После совершения кражи, и не найдя лучших способов сбыть краденное в столице (вероятно, после нескольких неудачных попыток), она решила «толкнуть» дорогой шлейф, сделанный в одной из придворных мастерских, в уездном Бежецке у еврея-старьевщика с помощью своей тетки Евдокии Бомбиной, причем за цену намного ниже реальной стоимости. Ну разумеется, старьевщик быстро смекнул в чем тут дело, и сразу сообщил полиции, чтобы самому не быть обвиненным в соучастии и скупке краденного. Тем более, если дело было как-то связано с фрейлиной самой императрицы. В такой ситуации есть чего серьезно опасаться…Стоит напомнить, что при Александре III несмотря на ужесточение мер в отношении «черты оседлости», евреи имели право проживать во «внутренних губерниях», это прежде всего касалось кантонистов (прошедших воинскую службу), ремесленников, фельдшеров фармацевтов и др. Поэтому к концу XIX в. в Бежецке сложилась небольшая еврейская община, по данным Еврейская энциклопедии Брокгауза и Ефрона, 1906 г. (ЕЭБЕ), в Бежецке в конце ХIХ в. среди 9450 жителей насчитывалось 83 человека еврейской национальности. Разумеется, что при таком раскладе старьевщик не захотел , как говаривал известный персонаж из фильма, «загреметь под фанфары», и чтобы не подвергнуться уголовной ответственности или высылке из города, сообщил полиции об этом деле…
Для бежецкой полиции продажа украденного «шлейфа фрейлины Ея Императорского Величества» было делом мягко говоря «неординарным» и даже шокирующем, поэтому они сразу поспешили передать его в столичную полицию – пусть там разбираются… Поспешили "сплавить" все побыстрее и от греха подальше....
Что случилось в дальнейшем с этими крестьянками неизвестно….. Но согласно действующему тогда «Уложению о наказаниях уголовных и исправительных», если «кража учинена слугами, работниками, подмастерьями или другими лицами, проживающими в доме, чье имущество украдено», им грозило лишение всех прав состояния и ссылка на поселение в отдаленнейших места Сибири» … А здесь еще и «политический подтекст» …