Всем привет, c «Вами «Мяч над сеткой»! Из первой части интервью с капитаном «Протона» Вы уже узнали, как саратовская команда проходит переходный период и какой она может стать в следующем сезоне. Рассказала Екатерина Геращенкова и про новый подход к тренировочному процессу, который встретила в Саратове. Пришло время с помощью нападающей «Протона» познавать олейбольный мира дальше!
Как сказываются на площадке отношения между игроками? Какая головоломка возникает у Геращенковой в борьбе с блокирующими? Зачем Екатерина пошла разговаривать с президентом «Тулицы и чем ее привлекало предложение «Протона»? Все это уже здесь – во второй части нашей беседы.
Пришлось о себе напомнить: «Мне то пасни тоже»
-Раз уж зашла речь об этом амплуа. Отношения связующих с нападающими иногда пестрят драматичными сюжетми. Негатив между ними может повлиять на качество передач?
-Не только может, это и происходит иногда. Такие нюансы трудно разглядеть с трибуны, но нам то видно, если между игроками есть напряженность. Нападающему или не пасуют вообще, или так пасуют, что забить очень трудно. Это и у меня бывало. Но только давайте без названий команд и без фамилий.
-Как реагировали?
-Никак. Намеренно плохие передачи видны сразу, игра команды ведь нарушается. В этой ситуации тренер всегда уберет с площадки связующую. Так и получалось.
-А если игра естественным образом складывается так, что передачи достаются редко?
-Это «выключает» из игры, потом приходится заново в нее вкатываться. Такое вообще часто возникает, у меня и в «Протоне» случалось, когда за партию доставалось всего пять передач. У сербской связующей Аны Якшич игра строится от диагонали – пасует в основном ей. Мне пасовала только сложные доигровочные мячи. Такой мяч забьешь – потом долго простаиваешь. Поэтому приходилось иногда напоминать о себе, говорить ей: «меня то не забывай».
-Какие игровые качества Вы успели раскрыть под руководством Юрия Маричева?
-Глобально Юрий Николаевич мне ничего не менял. Сказал: «Что делаешь – то и продолжай». Изменения касались только технических приемов – как, например, блок или прием исполнить.
Головоломка у сетки, коварство маленьких блокирующих
-Вы говорили, что оказавшись в Суперлиге, сразу поняли, что невысокой нападающей надо уметь отыгрываться по рукам соперника. Сейчас удар по пальцам блокирующих – Ваш отличительный технический примем. Насколько его еще можно усовершенствовать?
-Главное – это своевременность удара. Получается то 50 на 50. Иногда мяч заденет пальцы блокирующих, иногда - нет. У нас в России это не так распространено, не учат специально отыгрываться по пальцам – ни в спортивной школе, ни во взрослой команде. Если сама научилась – то умеешь. Я знаю, что когда при подготовке к матчам разбирают меня, то заранее предупреждают, чтобы при таких ударах убирали руки. Иногда тренеры и оперативно подсказывают блокирующим.
-Есть пример?
-Да. В Санкт-Петербурге играли групповой этап Кубка Легенд с «Локомотивом». В концовке пятой партии я атакую – а Катя Пипунырова убирает руки, мяч летит в аут, мы матч проигрываем. До этого у «Локомотива» был тайм-аут – там тренер и подсказал Пипуныровой, чтобы убрала руки, если атаковать я буду. Случалось и наоборот.
-Это как?
-Я ведь заранее намерение соперника вижу – несколько раз успевала перестроиться на полноценный удар и забивала! В таких ситуациях надо всегда следить за блокирующими. Если им на установке сказали убирать руки, то они это делают заранее - еще когда мяч ко мне летит. Появляется момент, чтобы перестроиться. Кроме того, руки убрать может крайний нападающий, а вот центральный – нет, поэтому можно сыграть по пальцам через центр. С такими ударами всегда возникает головоломка – кто кого перехитрит. Это интересно.
-Если тему расширить – через каких блокирующих отыгрываться проще?
-Это индивидуально, в каждом эпизоде по-разному. Есть высокие блокирующие, через которых бывает легче отыграться, чем через маленьких. Например, Наталия Гончарова иногда руки сносит в «стык» - и через нее становится просто отыграться, от боковой части блока.
-А с маленькими?
-Обратный пример – Вероника Распутная. Ее тренеры при подготовке к матчам всегда отмечали, еще когда она в «Спарте» играла. Говорили, что Вероника хоть и маленькая, но у нее очень хорошая техника блока. Каждый раз, когда через нее атакуешь, может если не закрыть удар, то смягчить. На мой взгляд, у Распутной блок один из самых тяжелых в лиге.
Маленькие блокирующие коварны еще и тем, что всегда максимально вкладываются прыжок, поэтому руки у них напряжены, это на блок тоже влияет.
Помощь мужа на площадке
-До нынешнего сезона «Тулица» оставалась Вашей единственной командой в Суперлиге. Из-за этого переход в «Протон» стал особенно волнительным?
-Из-за этого - нет. Я знала, куда и к кому иду. Мне хотелось попасть в команду именно к Юрию Николаевичу. Все знают, какой он тренер, всем известны его достижения, поэтому волнения добавляла ответственность – чтоб не ударить в грязь лицом. Хотелось показать себя с лучшей стороны.
После перехода в «Протон» мне очень помогла поддержка мужа. Он теперь постоянно рядом на площадке, все видит и может подсказать. Раньше Саше это было сложно сделать, а теперь наша волейбольная коммуникация улучшилась. Это сильно поддерживает, когда рядом близкий человек. Ты всегда знаешь, что повернешься – и на тебя не накричат, а подскажут. Супруг может и на тренировке, и на игре подойти помочь.
-В «Тулице» мужьям игроков в тренерском штабе работать было нельзя?
-Нельзя. Хотя все знают, что в тренерском штабе «Тулицы» работают родственники руководителей. Но почему-то тандем «тренер-игрок» там был запрещен.
-Когда Вы узнали об интересе Юрия Маричева к Вам?
-Еще в позапрошлом сезоне, после того, как подписала новый контракт с «Тулицей». Тогда мне и рассказали, что Юрий Николаевич хотел меня пригласить. Узнай я об этом раньше – может и на год раньше в «Протон» перешла.
Что происходит после смены тренера
-В «Тулице» сейчас четвертый главный тренер за три года, в «Протоне» Маричев с небольшим перерывом работает уже восьмой год. Эта стабильность повлияла на ваше решение в пользу Саратова?
-Конечно. Ведь «Протон» ассоциируется в первую очередь с Маричевым. Если зовет в свою команду, то ты знаешь, что это именно его инициатива, и работать будешь именно с ним. А в «Тулице»…Почти каждый год меняется тренер, это тяжело.
-Что после смены тренера самое сложное?
-Переключиться на новые требования. Каждый тренер видит волейбол и твою роль в команде по-своему, приходится быстро перестраиваться. Ты нарабатываешь полсезона одно, потом тебе говорят: «Этого делать больше не надо, теперь делай по-другому». Но по щелчку пальца переключиться невозможно. Кроме того, еще и личный контакт приходится создавать заново. Ты только-только наладил контакт с одним тренером, как нужно уже налаживать с другим. Возможно, в том числе, и поэтому, я почувствовала, что в «Тулице» уперлась в потолок.
-Когда почувствовали?
-Давно, еще в позапрошлом сезоне. Поэтому когда узнала, что мной интересовался Маричев, то пошла к президенту клуба Николаю Николаеичу Терехову с разговором на будущее.
-Что сказали?
-Чувствую, что в моей игре наступила стагнация, хочу попробовать себя в другой команде, проверить свои возможности. В «Тулице» я выросла и застоялась, мне уже самой стало интересно: «А способна ли я в волейболе на что-то большее или это и есть мой максимальный уровень».
-Как Терехов отреагировал?
-Сначала позитивно. Ответил, что все понимает. Но возможно, он подумал, что я только поговорить пришла, своими переживаниями поделиться, без конкретных намерений. Поэтому когда наступило время договариваться о переходе в «Протон», возникли некоторые сложности. Но давайте без подробностей.
Если Вам интервью понравилось – Вы лайкнули. А если еще не подписаны, но уже увлеклись волейболом, то сейчас же и подписались!