Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Карминовое Перо

В сиянии розовых лун

В сиянии розовых лун и отблесках гаснущих звёзд  Рождается ночь из вихря снежинок под всхлипы норд-ост.  Легка и свежа, как апрельского ветра порывы.  Надменна, но не бездушна, и готова к прорыву.  Грусть на челе, и ухмылка у краешка губ. Ступает по городу,  Будто давно здесь хозяйка. И даже без поводу Мосты ей стелются под ноги, а свет фонарей  На иссиня-чёрном плаще узором янтарей.  В глубоких очах отражаются воды Невы,  Шпили соборов, лики медуз и народной молвы.  Времени бег слышен в звуках шагов.  Но это пустое — в аду только страх, а ещё палачи для рабов.  Чаша весов всё больше склоняется в сторону смуты.  Обличье иное, но старой власти сильны атрибуты.  Тёмных эпох по венам живых звучит канонада, А мёртвым пора отплывать. И это награда.  Небо в великом смятении от количества тел,  Но этот исход не сегодня посеян и не предел. Ночь уже помнит не всех. Она не должна.  С душой, но не святая и немного грешна.  Вязью по коже письмена о не спящих,  Остальные — лишь пена на кромке вр

В сиянии розовых лун и отблесках гаснущих звёзд 

Рождается ночь из вихря снежинок под всхлипы норд-ост. 

Легка и свежа, как апрельского ветра порывы. 

Надменна, но не бездушна, и готова к прорыву. 

Грусть на челе, и ухмылка у краешка губ. Ступает по городу, 

Будто давно здесь хозяйка. И даже без поводу

Мосты ей стелются под ноги, а свет фонарей 

На иссиня-чёрном плаще узором янтарей. 

В глубоких очах отражаются воды Невы, 

Шпили соборов, лики медуз и народной молвы. 

Времени бег слышен в звуках шагов. 

Но это пустое — в аду только страх, а ещё палачи для рабов. 

Чаша весов всё больше склоняется в сторону смуты. 

Обличье иное, но старой власти сильны атрибуты. 

Тёмных эпох по венам живых звучит канонада,

А мёртвым пора отплывать. И это награда. 

Небо в великом смятении от количества тел, 

Но этот исход не сегодня посеян и не предел.

Ночь уже помнит не всех. Она не должна. 

С душой, но не святая и немного грешна. 

Вязью по коже письмена о не спящих, 

Остальные — лишь пена на кромке времён скорбящих. 

В снежном кружении и свете луны кажется тьма 

Наступает. Дышит под окнами, будто чума. 

Но это рождение. Крах всей борьбы через ужас,

Безысходность, страдание, как очищение, поднатужась.

---------

Вся самая актуальная информация у меня в Телеграм: t.me/elena_karmin