В сиянии розовых лун и отблесках гаснущих звёзд Рождается ночь из вихря снежинок под всхлипы норд-ост. Легка и свежа, как апрельского ветра порывы. Надменна, но не бездушна, и готова к прорыву. Грусть на челе, и ухмылка у краешка губ. Ступает по городу, Будто давно здесь хозяйка. И даже без поводу Мосты ей стелются под ноги, а свет фонарей На иссиня-чёрном плаще узором янтарей. В глубоких очах отражаются воды Невы, Шпили соборов, лики медуз и народной молвы. Времени бег слышен в звуках шагов. Но это пустое — в аду только страх, а ещё палачи для рабов. Чаша весов всё больше склоняется в сторону смуты. Обличье иное, но старой власти сильны атрибуты. Тёмных эпох по венам живых звучит канонада, А мёртвым пора отплывать. И это награда. Небо в великом смятении от количества тел, Но этот исход не сегодня посеян и не предел. Ночь уже помнит не всех. Она не должна. С душой, но не святая и немного грешна. Вязью по коже письмена о не спящих, Остальные — лишь пена на кромке вр