Имя Зинаиды Александровны Опариной когда-то наводило ужас на самых закоренелых преступников. В уголовной среде её знали под кличками «Зинка Вышка» и «Зинаида Червонец» — прозвища, которые она заслужила за свою безжалостность к убийцам, насильникам и расхитителям. В её карьере — десятки смертных приговоров, каждое из которых выносилось с холодной уверенностью человека, который твёрдо знает: на скамье подсудимых — виновный.
Судья по призванию
Судьёй она мечтала стать с детства. Её не пугали ни законы, ни преступники, ни ответственность. После школы с блеском поступила в институт, где из 120 студентов она была единственной вчерашней школьницей. После учёбы — назначение в Сызрань. Без опыта работы, но сразу — старший судья. Уже тогда стало понятно: эта женщина будет вершить не просто правосудие, а судьбы.
В Сызрани её залы суда были забиты под завязку: по двадцать человек в конвое, лица преступников мелькали, как кадры плёнки. Судить приходилось за всё: от кражи помидоров до пьяных драк. Но всё изменилось с введением нового трудового закона в 1940 году: теперь опоздание на работу более чем на 20 минут каралось полугодом тюрьмы. И это было труднее всего — карать не за злой умысел, а за безысходность.
Из Сызрани — в сердце страны
В 1944 году её муж, Иван Васильевич, получил назначение в Москву. Вместе с ним переехала и Зинаида Александровна. Поначалу — жизнь в бараке в 20 километрах от столицы. Но вскоре она стала народным судьёй в Сокольниках, а Иван Васильевич — прокурором в Генеральной прокуратуре.
С этого момента началась новая глава. Теперь в зале суда перед ней были не мелкие хулиганы, а настоящие монстры: маньяки, насильники, серийные убийцы. Она разбирала дела матерей, убивавших своих детей ради карточек на еду, и людей, уничтожавших целые семьи. И каждый раз, когда улики были очевидны, Опарина была беспощадна.
Ни шагу назад
Опарину невозможно было подкупить или запугать. Она не вела политические дела — начальство знало: если улики неубедительны, судья может пойти против линии партии. В 1940 году ей даже пытались дать взятку — в виде тыквенных семечек. Она вспоминала: «Бабушка пришла взыскивать алименты с сына и осыпала меня семечками. Я закричала: “Бабушка! Что вы делаете?”».
«Мосгаз» и прочие кошмары
Одно из самых известных дел Опариной — громкий процесс против серийного убийцы, выдававшего себя за сотрудника «Мосгаза». Попадая в квартиры, он убивал жертв топором. Тогда город дрожал, а судья Опарина — решала. Другое дело касалось мужчины, уничтожившего целую семью и нескольких соседей. Здесь, по её словам, «высшая мера — единственно справедливое решение».
47 лет — на передовой правосудия
Почти полвека Зинаида Александровна стояла между законом и преступлением. Она знала, что любое дело — это человеческая жизнь, и к каждому подходила с беспримерной строгостью. Её боялись не потому, что она была жестока, а потому, что она была справедлива и несгибаема.
Умерла она в 1999 году, в возрасте 83 лет. Незадолго до смерти сказала:
— Я бы и сейчас рассмотрела любое из этих скандальных дел. Если бы только знала, что расследовано оно честно и профессионально. Но в этом я сомневаюсь.
Но, несмотря на десятки вынесенных приговоров и сотни сломанных преступных судеб, Опарина так и осталась загадкой. Она никогда не писала мемуаров, не давала громких интервью, не стремилась к славе. Просто каждый день приходила в зал суда — и вершила правосудие, от которого дрожали стены, а вместе с ними — и весь криминальный мир двух столиц.
Говорят, в некоторых кругах её имя до сих пор произносят шёпотом. И кто знает — может, если бы она жила сегодня, многим одиозным фигурам современности пришлось бы не позировать на экранах, а смотреть на мир через решётку.
Зинка Вышка ушла, но её приговоры отзываются эхом до сих пор.