Они были невероятно похожи друг на друга – в одной одежде совсем не различить. И всегда молчали. В прессе так и окрестили сестер – The Silent Twins – молчаливые близнецы, писали про них, что девочки имеют уникальную ментальную связь, у них невероятный интеллект, потому и не разговаривают, а в плане присутствия им вполне хватает друг друга. Правда, была у них одна страшная тайна... Так в чем же дело?
Технически девочки умели разговаривать. Но эта ментальная связь настолько сильно их объединила, что они общались лишь друг с другом, выдумав свой язык, понятный только им. 29 лет Джун и Дженнифер были неразлучны. Они не могли обойтись друг без друга даже минуту, но в то же время каждая ненавидела сестру.
Джун и Дженнифер любили друг друга, одновременно будучи злейшим врагом своему «отражению». В общем, там было все сложно - на фоне этого странные сестры-близнецы попали в психушку и оттуда вышла всего одна.
Джун и Дженнифер Гиббонс родились в Йемене в апреле 1963 года с разницей в 10 минут. Нет, они не были сиамскими – просто обычные однояйцевые близняшки, копии друг друга.
Их семья - темнокожие карибские иммигранты Обри и Глория Гиббонс, уже несколько лет проживали в военном городке на юге Аравийского полуострова, где Обри служил в качестве техника самолетов в Королевских ВВС Великобритании. Глория же не работала, была домохозяйкой, так как помимо близняшек-девочек, в семье росли еще трое детей.
Причем старшие тоже были близнецами, но разнояйцевыми – мальчик Давид и девочка Грета. Средней тоже была девочка по имени Рози. Такая вот большая семья, необычная уже тем, что мама два раза рожала близнецов.
Когда родились Джун и Дженнифер, родителям предложили дом в городке Хаверфордуэст, Уэльс. Довольные и счастливые все переехали туда, надеясь на спокойную и счастливую жизнь. Но судьба складывалась не так как им хотелось… И в первую очередь из-за самых младших близнецов.
Когда девочкам было года полтора, родители стали замечать, что они не пользуются даже минимальным набором слов, которые должны произносить дети их возраста. Только что-то мычат. Обри и Глория стали беспокоиться, думая, что девочки – немые, и повезли их к врачам.
Те действительно нашли у малышек дефекты, которые могли бы повлиять на речь, но даже в совокупности их было явно мало, чтобы полностью лишить обеих девочек возможности разговаривать.
К тому же врачи сказали, что девочки без труда понимают английскую речь и адекватно реагируют на просьбы. Но сами не говорят… Что делать? Медики посоветовали родителям подождать – годам к 3-м должны заговорить.
В общем, стали ждать. К 3 годам Джун и Дженнифер действительно заговорили. Но совсем не так, как нормальные дети. Технически эта речь напоминала чириканье птиц. Человеческих слов от девочек так и не дождались. К тому же они «чирикали» так быстро, что посторонний человек совершенно не понимал, на каком языке они разговаривали. Точно не на английском. Хотя близнецы прекрасно понимали друг друга.
Много лет спустя психиатр, который работал с Джун и Дженнифер Гиббонс, записал их речь на диктофон, когда они общались друг с другом и думали, что их не слышат.
Врач стал прокручивать запись, умедляя ее, и вдруг понял – это английский. Но очень ускоренный, потому и совершенно неразличимый для слуха рядового человека. Психиатр сделал в своих тетрадках запись, что близнецы обладают очень высоким уровнем интеллекта.
Но это было уже много лет спустя, когда близняшки были уже взрослыми девушками. А до тех пор, пока Джун и Дженнифер учились в школе, их часто обижали одноклассники. Помимо того, что девочки отказывались с кем-либо общаться, кроме друг друга, они были еще и единственные темнокожие дети в школе, да и в общине, куда ходили их родители. Потому были изгоями.
Этот птичий язык, на котором общались девочки, делал ситуацию еще хуже. Их не понимали остальные дети, думая, что близнецы издеваются над ними, и вообще было сложно понять, как с такими разговаривать. Несмотря на это Джун и Дженнифер учились хорошо, разве что ответы у доски вызывали сложности.
Но со временем учителя стали давать им письменные задания, и даже отпускали пораньше с занятий, чтобы девочки ушли домой до выхода остальных детей, тем самым избегая издевательства. Постепенно все это привело к тому, что близняшки всегда молчали, изредка шепотом переговариваясь друг с другом или с сестрой Рози, которая тоже училась в той же школе.
Конечно, родителей все это сильно беспокоило. Они видели причину в ненормальной речи младших дочерей. У Рози же в школе все было неплохо – ее никто не обижал, даже несмотря на темную кожу. А у Джун и Дженнифер с каждым годом ситуация с одноклассниками становилась все напряженней. И когда девочкам было 14 лет, врачи решили попытаться заставить их общаться с окружающими. Близняшек отправили в разные школы-интернаты, чтобы сломить их замкнутость, и вот что из этого вышло.
Листайте галерею – там интересные кадры из фильма «Молчаливые близнецы», снятого как раз по мотивам истории Джун и Дженнифер Гиббонс.
Оказавшись вдали друг от друга, девочки впали в кататонический ступор. Они не двигались, мышечный тонус был сильно повышен. Это произошло практических синхронно. Обеспокоенные родители, узнав, что Джун и Дженнифер лежат словно в коме, решили, что их надо вернуть домой. Когда их привезли, девочки сразу оправились, но засели в одной комнате и отказывались оттуда выходить… целых два года.
Это послужило неким катализатором, когда жизнь сестер стала синхронной. Родители и сестры отмечали, что Джун двигается абсолютно точно также, как Дженнифер. Это происходило не всегда, кончено, но ни с того ни с сего они повторяли действия друг друга в абсолютной точности. Например, одна из них поднимает руку, в ту же долю секунды так поступает и другая, повернет голову – поворачивает и вторая сестра. Окружающие, видя это, даже пугались, настолько неестественно все выглядело.
Так Джун и Дженнифер провели два года, но потом постепенно стали выходить из комнаты. Кстати, пока они там сидели, то стали устраивать кукольные представления, для которых сами писали пьесы. Были и рассказы, напоминающие «мыльные оперы» - некоторые девушки записывали, некоторые начитывали на магнитофонную пленку, а потом отдавали сестренке Рози.
Потом им взбрело в голову, что они очень хорошо и талантливо пишут романы. И каждые полгода сестры стали выпускать по одному «произведению», публикуя их за свой счет. Девушки пытались распространять свои романы, высылая их по почте, но никого такое творчество не заинтересовало. Кстати, сестры жили в Англии, а вот действие их романов происходило, почему-то в США, и герои часто были странными, и имели преступное поведение.
Неудачи с писательством опять сломили близнецов. Они не смогли реализовать свою мечту и постепенно превращались в злых, порой совершенно обезбашенных хулиганок. Девушки стали дружить (с одной стороны- большой прогресс, но…) с сыновьями военных той базы, где работал отец. Но выбирали плохих парней, с которыми нападали на прохожих, грабили, били людей. Потом, решив не размениваться по мелочам, стали грабить магазины…
Однажды сестры устроили поджег. Это стало кульминацией в их преступной карьере. Девушек и их пособников задержала полиция. После расследования странные сестры-близнецы «отъехали» в психушку, где пробыли 14 лет! Это была особая клиника повышенной безопасности Бродмур, где держали ну очень неуравновешенных психов.
В своем дневнике Джун «высказалась» по поводу несправедливости приговора. Она считала, что причина тому – ее неразговорчивость, мол, несовершеннолетние преступники за такие же проступки получают всего 2 года тюрьмы, а они – 12 лет ада, потому что не говорили. В клинике девушек «лечили» огромными дозами психотропов, из-за чего они временно даже разучились писать и читать.
Дженнифер стало хуже – у нее развивалась поздняя дискинезия. Это неврологическое нарушение, симптомами которого бывают непроизвольные, повторяющиеся движения. А Джун иногда синхронно все это повторяла, тоже страдая из-за сестры. Сестрам казалось, что они уже никогда не выйдут из стен психбольницы.
Эта история двух темнокожих близняшек не раз всплывала в СМИ. Однажды к ним приехала известная английская журналистка Марджори Уоллес. Женщина провела ряд интервью с Джун и Дженнифер, став единственным представителем прессы, которому лично удалось пообщаться со странными девушками. В одном разговоре Дженнифер как-то сказала, что давно уже договорилась со своей сестрой: если кто-то из них умрет, то вторая начнет говорить и будет жить нормально, как все.
Правда, про это Джун и Дженнифер вспомнили лишь в больнице. Они поняли, что тут не может быть и речи о нормальной жизни ни для кого из них. И они решили, что одна «освободит» вторую, чтобы та смогла жить дальше. Дженнифер страдала неврологическим расстройством, потому было решено, что именно она «уйдет». Тем временем, видя, что близнецы стали вести себя более или менее адекватно и даже общаются с прессой, врачи перевели сестер Гиббонс из Бродмура в другую клинику.
Перевод случился в марте 1993 года – девушек перевезли в более открытую клинику Касвелла в Бридженде. На следующий день после прибытия Дженнифер никак не просыпалась – ее не могли разбудить. И сразу же отправили в больницу.
Вскоре молчаливая сестра скончалась. Причиной стал острый миокардит. В крови 30-летней женщины не нашли ни большой дозы лекарств, ни наркотиков или яда. Эта смерть «по договоренности» по сей день остается непонятной.
Когда стали проводить дознание – Джун заговорила. Она рассказала, что сестра стала вести себя странно еще накануне переезда – наверное, за день до него. Дженнифер призналась, что умирает. Речь ее была прерывистой, ей хотелось спать. Когда ехали в Касуэлл, Дженнифер дремала на коленях у сестры.
Услышав о смерти Дженнифер, к Джун приехала журналиста Уоллес, и в очередном их разговоре близняшка будто и не переживала о смерти самого близкого ей человека. Уоллес отметила, что та была в «странном настроении» и сказала следующее:
«Наконец-то я свободна, освобождена, и, наконец, Дженнифер отказалась от своей жизни для меня».
Это и была страшная тайна молчаливых близнецов: каждая хотела смерти другой. В последующие годы Джун всего два раза давала интервью. И больше ничего подобного она уже не говорила. Зато обвиняла в смерти своей сестры медиков из психушки – это они пичкали их обеих лекарствами. А на вопрос о том, почему же они целых 29 лет молчали, Джун сказала, что это был договор дуг с другом:
«Мы пообещали, что не будем ни с кем разговаривать».
Вот такая одна жизнь на двоих, которая не принесла счастья ни той ни другой: странные сестры-близнецы, по сути, пропустили все, что могли. А Джун? Она так и не построила счастье: замуж не вышла, и все эти годы жила с родителями.
Когда они умерли, Джун осталась в семейном доме в Уэльсе. Ей помогают брат и сестры. Но женщине до сих пор очень сложно дается общение с другими людьми – речь у нее по-прежнему очень быстрая и не все ее способны понять.
Джун жива. Ей в апреле исполнилось 62 года. Но, видимо, нормальной жизни, как они договорились с сестрой, у нее никогда не будет.
Кстати, решил рассказывать про странных людей на своем канале в телеграмм. Кому интересно - добавляйтесь. Обещаю делиться всем самым интересным и практически без цензуры: