О Растениях. Предназначение растений
Растения дающие пищу
Растения дают ощущение счастья тому человеку, с которым у них есть связь.
«— Твой мозг устал воспринимать меня, а мне ещё о многом хотелось бы рассказать. Мне так хотелось... Но тебе нужно отдохнуть. Давай ещё присядем ненадолго.
Мы сели на траву. Анастасия взяла меня за плечи и привлекла к себе. Моя голова затылком коснулась её груди, ощущая приятное тепло.
— Не бойся меня, расслабься, — тихо сказала она и легла на траву так, чтобы мне было удобнее отдыхать. Она запустила пальцы своей руки в мои волосы, словно расчёсывая их, пальцы второй её руки подушечками быстро касались то лба, то виска. Иногда она ногтями как бы слегка покалывала в разных местах головы. Всё это придало мне ощущение успокоенности и просветлённости. Потом, положив руки на мои плечи, Анастасия сказала:
— Прислушайся, пожалуйста, какие звуки сейчас окружают тебя.
Я прислушался, и мой слух уловил множество разных по тональности, ритму и продолжительности звуков.
Я стал вслух перечислять их: пение птиц на деревьях, стрекотание и пощёлкивание насекомых в траве, шелест деревьев, хлопанье и шум крыльев птиц. Перечислив всё слышимое, замолчал, продолжая вслушиваться, и мне это было приятно и очень интересно.
— Ты не всё назвал, — заметила Анастасия.
— Всё, — ответил я. — Ну может быть, пропустил что-нибудь не очень значительное или мной неслышимое, неважное, значит.
— Владимир, а разве ты не слышишь, как бьётся моё сердце? — спросила Анастасия.
Действительно, что же я не обратил внимания на этот звук? Звук биения её сердца.
— Да, — поспешно сообщил ей, — конечно же слышу, очень хорошо слышу, оно бьётся ровно и спокойно.
— Попробуй запомнить интервалы слышимых тобой звуков. Для этого ты выбери основные и запомни их.
Я выбрал стрекотание какого-то насекомого, воронье карканье, журчание и плеск воды в ручье.
— Теперь я ускорю биение своего сердца, и ты прислушайся, что произойдёт вокруг.
Биение сердца Анастасии стало учащаться, а вслед за ним участились и ритмы звуков, слышимых вокруг, повысилась их тональность.
— Поразительно! Это просто невероятно! — воскликнул я. — Они что же, Анастасия, так чутко реагируют на ритм, в котором бьётся твое сердце?
— Да. Они все, абсолютно все: и маленькая травинка, и большое дерево, и букашечки — откликаются на изменение ритма моего сердца. Деревья ускоряют свои внутренние процессы, больше начинают вырабатывать кислорода...
— Так реагируют все растения и животные, окружающие людей? — спросил я.
— Нет. В вашем мире они не понимают, на кого реагировать, и вы не стараетесь контактировать с ними, не понимаете предназначения этого контакта, не даёте им достаточной информации о себе.
Подобное может произойти с теми растениями и людьми, которые работают на своих маленьких садовых участках, если люди сделают всё так, как я тебе уже рассказывала: насытят семена информацией о себе, станут общаться с растениями более осознанно. Хочешь, покажу, какое ощущение будет испытывать человек, имеющий такой контакт?
— Конечно хочу. Но как ты это сделаешь?
— Сейчас я подстрою ритм биения своего сердца к твоему, и ты почувствуешь.
Она просунула свою руку мне под рубашку. Её теплая ладонь слегка прижалась к моей груди, её сердце, потихоньку подстраиваясь, стало биться в одном ритме с моим.
И произошло удивительнейшее: возникло необыкновенно приятное ощущение, словно рядом со мной находились любящие меня родственники и мама, в теле появились мягкость и здоровье, в душе — радость, свобода и словно новое понимание мироздания.
Гамма окружающих звуков ласкала и сообщала известную им истину, ещё не понимаемую до конца, лишь интуитивно ощущаемую. Все радостные и благостные чувства, когда-либо испытанные мною в жизни, словно слились в единое и прекрасное ощущение. Может быть, именно такое ощущение называется счастьем.
Но как только Анастасия стала менять ритм биения своего сердца, прекрасное ощущение стало уходить от меня. Я попросил:
— Ещё! Пожалуйста, ещё, Анастасия.
— Я не могу долго так делать, у меня ведь свой ритм.
— Ну ещё хоть немножко, — просил я.
И Анастасия снова ненадолго вернула мне ощущение счастья, потом всё ушло, оставив во мне всё же частичку приятного и светлого ощущения в виде воспоминания о нём.», - кн. 1, гл. Прикосновение к Раю.
Создают пространство Любви.
Растения способны чувствовать, мыслить, желать.
«— Значит, Владимир, тебе известно, что растения реагируют на проявления чувств человеческих. И, как задумано Великим Творцом, стремятся сделать всё для жизнеобеспечения человека: одни принести плоды, другие своими красивыми цветами стремятся вызвать в человеке положительные эмоции, третьи воздух для дыхания сбалансировать.
Но есть ещё одно, не менее важное их предназначение. Те растения, с которыми конкретный человек входит в непосредственный контакт, формируют для него Пространство Истинной Любви. Той Любви, без которой жизнь на Земле невозможна.
Многие дачники стремятся к своим участкам, потому что там для них сформировано это Пространство. И маленькая сибирская вишенка, которую ты посадил, за которой сам ухаживал, тоже стремилась сделать то, что делают, выполняя своё предназначение, все растения.
Растения могут сформировать для человека значимое Пространство Любви, если их много. Если они разные и человек общается с ними, прикасается к ним с Любовью. Все вместе они могут создать для человека значимое Пространство Любви, благодатно влияющее на Душу и исцеляющее плоть.
Понимаешь, Владимир, — все вместе, когда их много. Но ты ухаживал только за одним растением. И тогда маленькая сибирская вишенка стала стремиться одна сделать то, что могут сделать только несколько разных растений вместе.
Её стремления были вызваны твоим необычным отношением к ней. Ты интуитивно понимал — среди твоего окружения только одно это маленькое деревце ничего не просит от тебя, не лицемерит, стремится только отдать, потому и приходил ты уставший после бурного дня к вишенке, стоял и смотрел на неё, и она старалась.
До появления первого рассветного лучика солнышка её листочки старались уловить его отражение в просветляющемся небе. А когда заходило солнышко, она пыталась воспользоваться светом яркой звезды. И у неё чуть-чуть получилось.
Её корешки, обогнув обжигающие удобрения, сумели брать нужное от Земли. И струился по жилкам вишенки сок Земли чуть быстрее обычного. Однажды, придя, ты увидел на тонких веточках маленькие цветы.
На других саженцах не было цветов, а она расцвела. Ты обрадовался. У тебя поднялось настроение, и тогда... Вспомни, что ты сделал, Владимир, увидев её цветы.
— Я действительно обрадовался. Почему-то настроение поднялось. И я погладил руками её веточки.
— Ты ласково гладил её веточки. И сказал: «Надо же, красавица моя, расцвела!»
Деревья, Владимир, приносят плоды. Но ещё они формируют Пространство Любви. Вишенка очень хотела, чтобы и у тебя оно было.
Но где ещё вишенке взять было силы, чтобы вернуть человеку полученное от него. Она уже дала всё, что было в её силах, но получила ещё необычное, ласковое к себе отношение... И тогда она захотела сделать большее! Одна!
Ты уехал в свою длительную экспедицию. Когда вернулся, шёл по огороду к вишенке. Шёл и ел купленные на рынке вишни. Когда подошёл к ней, увидел — на твоей вишенке тоже висят три красные ягодки.
Ты стоял перед ней уставший, ел купленные на рынке вишни и выплёвывал косточки. Потом сорвал одну ягодку со своей вишенки, попробовал её. Она была чуть кислее рыночных, и две оставшиеся ты не тронул.
— Я наелся других вишен. А её ягодка действительно была кислее.
— О, если бы ты знал, Владимир, сколько в тех маленьких ягодках содержалось полезного для тебя. Сколько энергии и Любви. Из недр Земли и вселенских просторов собрала она для тебя всё полезное и вложила в эти три ягодки. Она даже одну свою веточку засушила, чтобы сумели вызреть эти три ягодки. Одну ты попробовал, две оставшиеся не тронул.
— Так я же не знал. Но всё равно, мне было приятно, что она смогла принести плоды.
— Да, тебе было приятно. И тогда... Ты помнишь, что ты сделал в тот раз?
— Я? Ну, я снова погладил веточки вишенки.
— И не только погладил. Ты ещё наклонился и поцеловал листочек, лежащей на твоей ладони веточки.
— Да, поцеловал. Потому что настроение было хорошее.
— И с вишенкой произошло невероятное. Что ещё могла она сделать для тебя, если ты не взял с такой любовью выращенные плоды. Что?
Затрепетала она от поцелуя человека, и взлетели в светлое пространство Вселенной присущие только человеку, но произведённые маленькой сибирской вишенкой мысль и чувства — отдать человеку полученное от него.
Подарить человеку свой поцелуй Любви, обогреть его светлыми чувствами Любви. Вопреки законам всем мысль металась по Вселенной и не находила воплощения.
Осознание невозможности воплощения — это смерть. Светлые Силы возвращали вишенке произведённую ею мысль, чтобы она могла уничтожить её в себе и не погибнуть. Но она не забирала!
Пылкое желание маленькой сибирской вишенки оставалось неизменным, необыкновенно чистым и трепетным. Светлые Силы не знали, что делать. Великий Творец не менял установленные законы гармонии. Но вишенка не погибла.
Потому не погибла, что её мысль и стремления, чувства были необычно чисты, а по законам мирозданья чистую Любовь ничто уничтожить не может. И витала она над тобой, и металась, стремясь найти воплощение. Одна во Вселенной стремилась создать для тебя Пространство Любви.
Я пришла на ваш теплоход, чтобы хоть как-то попробовать помочь и воплотить желаемое вишенкой. Ещё не зная, кому адресовано оно.
— Значит, твоё отношение ко мне из-за желания помочь вишенке?
— Моё отношение к тебе, Владимир, — это только моё отношение. Трудно сказать, кто кому помогает, вишенка мне или я вишенке? Всё во Вселенной взаимосвязано.
Воспринимать действительность нужно только собой. Но сейчас, позволь, я воплощу в реальность желаемое вишенкой. Можно, я поцелую тебя за неё?
— Конечно можно. Раз так надо. Я и ягоды её, когда вернусь, все съем.
Анастасия закрыла глаза. Руки свои прижала к груди и тихо прошептала:
— Вишенка, ты почувствуй. Я знаю, ты сможешь почувствовать. Я сейчас сделаю то, что хотела ты. Это будет твой поцелуй, вишенка.
Потом Анастасия быстро положила руки на мои плечи, не открывая глаз, приблизилась, прикоснулась губами к щеке и замерла.
Странный поцелуй, простое прикосновение губ. Но он отличался от всех известных мне ранее. Он вызвал неведомое ранее, необыкновенно приятное ощущение. Наверное, не техника движения губ, языка или тела важна при этом. Наверное, главное то, что внутри человека сокрыто и проявляется при поцелуе.
Но что же скрывается внутри у этой таёжной отшельницы? Откуда у неё столько знаний, необычных способностей и чувств? Или, может быть, всё, что она говорит, лишь плод её воображения?
Но откуда тогда берутся необыкновенно благостные, чарующие и согревающие всё внутри меня ощущения.», кн. 2, гл. Вишенка.
О Растениях. Растения помощники ч 2.