Мяу вам, дорогие мои!
Это я, Обожайчик. Спешу и прям тараторю: никакого поджога не было. Да вы, наверное, и сами так думаете: где котики — и где умышленно-злостное уничтожение имущества. Хотя люди уверены в противоположном. Для них что кот, что проблема — и даже бедствие (ибо поджог оно самое и есть), близнецы-братья. Или два в одном. Или разные ипостаси какого-то официально не признанного, но явно недружественного божества (хорошо хоть догоняют, что божества). Видали, какой ассортимент?!
Ну, ладно. Обличил человечество. Хватит пока. Итак — дело, то есть декорации и спецэффекты. И, ясен пень, действующие лица. Симба и Ветка, давнишние мои друзья, и подконтрольный субъект человекоформата по кличке Ба. Ба, под действием двух раздражителей (шила в *опе и голода, изнуряющего кошачье естество), практикует методику добывания денег офисного формата в режиме 5/2.
То есть целых пять дней подряд шастает неизвестно где, возвращаясь лишь покормить моих друзей и отоспаться. Не, ну тут всё логично и прозрачно: пропитание котикам даром не выдают. И о себе она не забывает. Голод, знаете ли, одинаково гложет биообъекты, не делая различия между венцами творения и другими-прочими.
Ну так вот, как-то возвращается Ба с работы. А погода была обычная апрельская: на градуснике минус, на балконе — сугроб. Такие вот пошли апрели в центре Москвы… так вот, мороз сугробами, а дышать чем-то надобно? Ясен пень. Вот и приоткрывает Ба оконную щёлку, чтобы обогатить внутриквартирную атмосферу кислородом. А вернувшись домой — окошко сразу захлопывает наглухо. Ибо дует.
Так вот, пошебуршила Ба в двери железной закорючкой. Ступила на придверный коврик. Шмякнула на пол пакеты с продзакупками, и — взяла воздушные пробы. Ибо в воздухе витал непередаваемый и совершенно однозначный запах гари! Ба, заплетаясь в уличной обувке и чертыхаясь, рванула на кухню.
А там… чисто. В смысле, никаких источников возгорания. Метнулась в спальню — опять мимо. Устройство повышенной тревожности формата утюг безусловно отключено от сети. Да и, несмотря на слабые обонятельные способности, поняла Ба — воняет здесь как будто слабее, чем в прихожке.
Остановилась она, призадумалась. Даже почесала свою головушку, стимулируя кровообращение и аналитические функции. Каков был результат? Ясен пень, она разозлилась ещё больше, и уже гораздо более конкретно. То есть громко и грубо обвинила моих друзей в поджоге. Вы, сказала, гадюки шерстяные, где и какие провода поперегрызали?! Без последнего угла, сказала, на старости лет оставить меня хотите?!
Симба и Ветка (как вы давно уже догадались) лицезрели этот бенефис из глубокого Подкроватья. Ветка, легонько ткнув лапкой в бок Симбы, прошептала: типа, может, скажем ей, откуда струится фимиам. А Симба — кот учёный. Знает, что молчание — золото. А также целостность шкуры. Короче, быстро и чётко заткнул Ветке пасть. А Ба тем временем…
Облазила весь дом, осмотрела и обнюхала каждую розетку и выключатель. Происходило это на первой космической скорости. Ещё чуть-чуть ускорилась бы — и затлела бы одежда. Вот уж тогда оно самое и заполыхало! Однако и к счастью, никаких явных или еле тлеющих, а равно как и попрченных огнём объектов не нашлось. Ба вытерла со лба пот, вздохнула поглубже, и двинула в гостиную. Именно там и было приоткрыто окно. И именно то окно, в отличие от других-остальных, выходит на противоположную сторону дома.
Устало шагнула Ба к окну — закрыть и задёрнуть штору. Ну и глянуть, чего в родной локации делается, пока сила предзакатного света позволяет. Глянула. А там… недалеко от дома сияло как на пожаре. Собственно, он самый и был. Происшествие активно устранялось соответствующими службами, и уже не представляло ни для кого опасности. Но вид и запах были ужасные!
Ба, конечно, облегчённо вздохнула — её имущество не пострадало. Проклиная издержки мегаполиса, Ба решительно захлопнула окно. А потом плотно прикрыла дверь в гостиную. Ну, тут всё путём — кому же хочется дышать продуктами горения? Что же касается её настроения — порадоваться было нечему. Ибо Ба весь вечер ворчала и даже жаловалась на головную боль. В общем, чувствовалась её напряжённость и нерасположенность.
А вы, может, подумали, что она извинилась перед моими друзьями за наговор? Эх... и рядом того не было, дорогие мои!