Прежде, чем начать заочный спор с некоторыми «экспертами» «Места встречи» на НТВ по поводу права на существование в повседневной жизни мата и его непобедимости, приведу сначала результаты опроса телезрителей по этой теме.
Эти результаты станут отправной точкой в заочном споре.
Но сначала хочу упрекнуть авторов программы в отношении подбора участников обсуждения предложенной темы ток-шоу.
Пореже бы им приглашать в студию думских депутатов – в этот раз Милонова и Драпеко – которые либо несут занудную, оторванную от реальной жизни, муть, либо занимаются явным самопиаром (работают на будущие очередные выборы).
Да и к аргументам «эксперта» в юбке (она же «общественный деятель», которых, заметил, развелось немерено) претензии, поскольку она откровенно защищает мат, попутно сообщая о никчёмности борьбы с курением (поскольку сама смолит почём зря), и о собственном, по сути, положительном отношении к мату.
Почему обращаю внимание на это? Так, все аргументы защитников мата легко разбиваются примерами из прошлого опыта прежнего государства, примерами из прожитой нами жизни.
А у студийных противников мата и весомых аргументов не нашлось. В основном, бла-бла…
Итак, можно ли победить мат, заполонивший все сферы нашей жизни? Мат, который по признанию участников разговора, проник во все слои общества, начиная от детского сада и школы, и до самых «верхов».
Считаю, что можно. Точнее, можно было при прежнем советско-социалистическом строе. Но и при нынешнем похабном капитализме можно серьёзно почистить наш «публичный» язык. Про то, что творится в стенах своего жилья, речи нет.
Но, как показывают результаты опроса, телезрители, а значит рядовые граждане, не верят в это. Не удивительно, после всего, что они до сих пор видели от государства.
Лишь четверть ответивших на вопросы поддержали инициативу думдепов повысить штрафы за мат в общественных местах (везде, кроме собственного дома) в 10 раз - нынче штраф за мат – 1 тысяча с человека (физлица).
Большинство из ответивших противников мата не верит, что государство в лице и силами своих служб сможет обеспечить выполнение этого закона.
Такой вывод, похоже, делают, исходя из своего опыта относительно действий других законов, уже тысячами принятых ГД. Законы-то есть, проблема в их исполнении. На наш взгляд, решаемая, хотя бы за счёт материальной заинтересованности тех же полицейских во взимании 10-тысячного штрафа.
Самое сложное - бороться полиции (вариант - полиции нравов) с матом на улице. Поди, предъяви матерщиннику претензии, если нет доказательств, да и сил маловато при полицейском недокомплекте. При советской власти хотя бы дружинники помогали. Но какие дружинники при капитализме и обилии разного вида оружия на руках населения. Зато появились нагрудные видеокамеры с записью звука, которые могли бы помочь бороться с матом. Было бы желание или, как принято нынче говорить, политическая воля.
Наименьшая часть голосовавших – подозреваю, из числа приверженных либерастическим взглядам (не путать с подлинно либеральными) – до сих пор повторяют запущенный в конце 80-х бред о свободе слова и самовыражении. Оказывается, матерщинники, когда кроют матом, самовыражаются – было б чему выражаться.
И ещё четверть из опрошенных оказались пофигистами, которым безразлично, что творится с общественной моралью, у них другие «острые проблемы», на которые им, предполагаю, тоже пофиг.
А теперь о доводах противников повышения размера штрафа. Доводы сторонников мне, как телезрителю и гражданину, показались жалкими и неубедительными, очередное – бла-бла…
Та самая «общественный деятель» против повышения штрафа, поскольку мат, по её мнению, оказывается, используют, в основном, «маргинальные члены нашего общества», с которых неоткуда брать те самые 10 тысяч за мат, нет у них таких денег.
Отвечаю «деятельнице» и по совместительству адвокату: в прежние времена, в подобном случае можно было попасть на 15 суток и заниматься под присмотром милиции «общественно полезным трудом».
У нас нынче развелось столько матерщинников, что они смогут - если у них нет денег на штраф - заменить почти всех мигрантов на уборке улиц.
По её мнению нельзя штрафовать и тех, кто изъясняясь матом, делает на этом рост аудитории в соцсетях, поскольку пользователей никто не заставляет приходить на сайты матерщинников.
Ну, по такому принципу можно оправдать всё. Например, распространение наркотиков, любых лгбтэшных или откровенно фашистских взглядов и материалов и прочего…
Никто ж не заставляет пользователей посещать в соцсетях подобные сайты. У них - свобода выбора.
Оказывается,– это мнение профессионального адвоката – не может организатор концерта отвечать деньгами (через штраф) за то, что несут артисты со сцены. Это, по её мнению, – абсурд.
Позвольте, но буквально за секунды до сказанного защитницей мата, ей в студии приводили доводы того, что штрафы на владельцев ресторанов и прочих мест за курение их посетителей сработали, курение уменьшилось. А ведь владельцы ресторанов тоже не должны отвечать, казалось бы, за блажь и прихоть своих посетителей. В отношении курения – не абсурд, а в отношении мата – абсурд?
К слову, адвокат-деятель, защищая владельцев концертных площадок, вспомнила пресловутого Шнура (Шнурова), который непредсказуемо для организатора вдруг «что-то скажет со сцены».
Согласен с тем, что предусмотреть всё, что отчубучит тот или иной охотник за хайпом и ростом своей скандальной популярности, невозможно.
Но, если организаторы концерта заранее в контракте с исполнителем укажут, что если приглашённый артист допустит со сцены что-то противозаконное – мат, например – то с него должен быть взыскан штраф в пользу организатора не в 150 тысяч (это сам артист заплатит государству), а в миллион или того более, чтобы этот договорный штраф покрыл расходы организатора, то вряд ли тот же Шнур хоть разок выругается со сцены.
Кстати, мне нравится песня и её исполнение Шнуром, а особенно певицей из его команды «Как же хорошо мы плохо жили…». Хотя и в ней распространённое матерное слово есть. Наверное, мог бы и обойтись без него, заменив чем-то другим. А если уж никак нельзя без него, не смог, то, пожалуйста, используй, но после исполнения заплати штраф за слабый поэтический талант. Всё по-честному.
А адвокатша всё своё гнёт: люди, идя на концерт Шнурова, знают куда и зачем они идут…
Довод не катит. Про наркош уже упоминал, тоже знают зачем идут.
А мат, по мнению заядлой курилки (сама призналась, что сигареты блоками покупает), допустИм в театрах, кино и прочем. Только на билетах надо писать, что ждёт зрителей в зале.
Ещё Иван Крылов рассказывал про таких увещевателей, бесконечно разглагольствующих вместо того, чтоб власть употребить...
Итак, аргументы первой защитницы мата: на улице невозможно штрафовать и некого, в основном, маргиналы ругаются. А в бывших «очагах культуры» пусть кроют – зрители сами решат, что им (немаргиналам) нужно.
А когда вплотную перешли к разговору о «культуре» (театр, кино и подобное), то тут угодили в непроходимую культурно-правовую чащобу. Поскольку, в кинопроизведениях, оказывается, мат уже почти десятилетие как запрещён, в фильмах его «запикивают». И люди звереют уже от этого «запикивания».
А попросту не выпускать свои «шедевры», в которых стоит сплошное «пищание», авторам на ум не приходило? А если государству им денег не давать на производство их сериального барахла? Не пробовали?
Что касается стендаперов и им подобных «юмористов», юмор которых порой держится на мате, то с ними особых проблем нет – заработал на мате, будь любезен, плати штраф за каждый выброс мерзости в публику.
Ещё один защитник мата в эфире, в публичном пространстве, делающий на нём деньги, заявил, что без мата, ну, никак не обойтись в создаваемых им «произведениях искусства».
Его поддержал режиссёр, назвавший мат «острой приправой» без которой не обойтись в искусстве.
Бедные автор сценария Юрий Нагибин, режиссёр Алексей Салтыков и актёр Михаил Ульянов, которые в фильме «Председатель» (получил Ленинскую премию) создали такой эпизод использования мата, в котором вороны от испуга снялись с деревьев и который стал классикой.
Безмолвное изображение мата, названного одним из стариков «музыкой, которой он полвека не слыхивал», впечатляет зрителей так, что никакой другой «острой приправы» не нужно.
Не помню, чтобы в советских фильмах о войне, о буднях уголовного мира, о беспризорниках и зеках было хоть одно матерное слово, а пронимало до костей.
А теперь лепят дешёвую халтуру, завлекают в театры голыми задницами и грудями, развращают вкус и мораль зрителей, и называют это искусством, культурой (даже министерство есть по этим делам)…
Без мата, видите ли, оне не могут. Не можете, так, не беритесь. Или бабло не пахнет?..
Дошло до того, что даже профессиональному журналисту, обозревателю радио Sputnik невдомёк, почему мат – это плохо. Если даже таких вещей не понимаешь, то профессионально непригоден.
Думдеп подвёл итог, как водится, цитатой из президента, который якобы заявил, что мат это тяжёлое наследие.
Ничего не нашёл у Путина о «тяжёлом наследии». Зато нашёл его слова о том,
«что мат — это часть русского языка, сквернословие — грех, однако нет людей без грехов. И, повышая общую культуру, нужно, безусловно, повышать и культуру языка, культуру речи».
Что-то не помню, чтобы раньше руководители советского государства признавали мат частью русского языка. Вот культуру повышали, это было.
Но трудно повышать культуру, если люди «культуры» не видят ничего страшного в мате.
А вопрос о засилье мата однажды подняла заслуженная артистка РФ Екатерина Гусева, попросившая президента защитить язык от мата. «Мат — это сквернословие, а скверно — это мерзость, гадость, пакость, все богопротивное. Мат — это и есть анти-молитва», — заявила Гусева.
Актриса Гусева это понимает, а многие люди, близкие к руководству культурой, искусством, оказывается, нет.
К слову. В прежние времена даже в уголовном мире мат не был нормой.
Так, например, послать блатного зека, а тем более «бродягу» или «жулика» на три буквы было сродни самоубийству. По тюремным понятиям оскорбленный арестант имел полное право на защиту своей чести. А цена её — «здравость», здоровье, а то и жизнь обидчика. Но если оскорбленный спускал ситуацию «на тормозах» или сводил её к шутке, то уже он рисковал потерять не только уважение к себе, но и право голоса в преступном мире.
Именно поэтому в советских тюрьмах и лагерях, где арестантские традиции чтились вплоть до середины 90-х, за речью строго следили и даже в пылу горячки зазря словами не бросались. Новоприбывшим арестантам «смотрящие» доходчиво объясняли, что к произнесенному невзначай матерку бывалые «акулы» могут так крепко прицепиться, что жертва своего языка будет вынуждена «шестерить» на них до конца своего срока заключения.
В заключение программы, как и в самом её начале, вспомнили некоего «рэпера Пашу техника».
В студии, как я понял, никто толком не знал до недавнего времени, кто это такой.
Зато 5 тысяч его поклонников пришли на похороны человека, проведшего 5 лет в заключении из-за наркотиков, и умершего недавно то ли от передозировки, то ли от болезни.
Поневоле согласишься с теми, кто в своём ответе на вопросы программы сомневается в исполнении закона. Если уж с наркоманами всё так плохо...
Подумалось, а придёт ли такое число молодёжи на похороны современного космонавта, выдающегося учёного, художника, писателя, артиста?..
Подписка, лайки, комментарии читателей – приветствуются.