Из воспоминаний Дмитрия Клепко:
В 1988 году был специальный набор в погранвойска из Тульской области, причём, брали именно студентов: из трёх вузов – нашего политехнического, педагогического и новомосковского химико-технологического. Тогда как раз отменили отсрочку для студентов. Разумеется, в погранвойска традиционно был строгий отбор – и по здоровью, и по морально-психологическим качествам. Из нашей области набрали целый взвод в единственную такую на весь Советский Союз учебку на Дальний Восток. Границу там существенно укрепили после событий вокруг острова Даманский, была создана и база для подготовки личного состава – с последующим продолжением службы в мотоманевренных группах. После учебки нас распределили по разным погранокругам, но многие, в том числе и я, попали на советско-афганскую границу. Выбора не было. На плацу выстроили и объявили, кто куда будет направлен для дальнейшего прохождения службы. Я попал в Термезский погранотряд. Узбекистан.
Служил в Термезе, в десантно-штурмовой группе. Тогда об этом не говорилось вслух, но мы выполняли задачи по ту сторону реки. Для кого-то из ребят это был Пяндж, у нас – Амударья. Патрулировали территорию Афганистана глубиной до 100 км от границы, обеспечивали её безопасность, прикрывали погранзаставы. Главная задача – не допустить проникновения банд на нашу территорию. Тем, кто служил до нас, порой жарко приходилось. У нас же было относительно спокойно. Дело шло к выводу ограниченного контингента советских войск из Афганистана, к тому времени с моджахедами уже чаще договаривались, чем воевали. Они предпочитали не ввязываться в боестолкновения с нами, старались решать вопросы по-хорошему. Но это на нашем участке.
У нас почти весь Союз был представлен. Из Украины, Белоруссии парни служили, грузины, казахи, из Прибалтики был один – отличный парень. Где-то на национальных окраинах какие-то трения, может, и начинались, но у нас это никак не проявлялось. У пограничников немного другая система взаимоотношений. Все понимают: на любом выезде может произойти всё что угодно, какая-то боевая операция, например. И как служить, если такие сложные отношения, как прикрывать друг друга? О дедовщине мы не слыхивали. Да, дед, отслуживший больше года, может тебя чему-то научить, но чтобы, скажем, стирать за него носки – такого не было и в помине. Да и в учебке строго по уставу жили.
Генерал Громов, перейдя по мосту через Амударью объявил, что у него за спиной не осталось ни одного советского солдата. Это было примерно в 10 утра 15 февраля 1989 года. Но, на самом деле, мы отошли на нашу сторону только во второй половине дня, примерно в 5 часов вечера. Отдельные подразделения наших пограничных войск выполняли задачи на той стороне до апреля. Напряжение сохранялось до последнего, никто не знал, как пройдёт выход войск, как поведут себя душманы. Но всё прошло штатно. На какой-то период нас перебросили на усиление в Пянджский погранотряд, где тогда непростая ситуация сложилась. В августе 89-го нас демобилизовали. Служили мы тогда полтора года как студенты.
Источник информации: tula.aif.ru
В оформлении использованы фотографии с сайтов: tula.aif.ru, termez-desant.ucoz.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!