МИХАИЛ НОЖКИН
(Народный артист России, поэт, писатель, композитор, публицист...).
Моя первая гастрольная поездка в качестве профессионального артиста состоялась 6-го марта 1959 года. С группой молодых артистов Московского театра эстрады я поехал в небольшой подмосковный городок Подлипки, нынешний Королёв.
Погода была отвратительная, автобус старый, насквозь пропахший бензином, а вместо обещанного Дворца культуры нас ожидал невзрачный деревенский клуб грязно-жёлтого цвета.
Сцена была крохотной, микрофон никудышный, а зрительный зал напоминал длинный сарай с деревянными лавками. К тому же за кулисами была всего одна комната, метров 15, в которой разместилось около 30 человек обоего пола — вся наша группа. Негде было ни умыться, ни попить. Туалета тоже не было.
В общем, праздничное настроение улетучилось окончательно. К тому же торжественная часть затянулась, более, чем на час. Мы ворчали, возмущались, но терпели. Нам сказали, что концерт очень ответственный, на секретном оборонном заводе!
Наконец праздничные речи закончились, и мы дорвались до сцены. Молодость взяла своё. Мы, как говорится, завелись. Эмоции хлестали через край. Ещё бы! Первый выездной концерт! Зрители нас встретили очень хорошо. И этим в значительной мере компенсировали наше душевное состояние. Концерт прошёл с большим успехом.
Мы быстро переоделись, и с одной мыслью — скорее домой, в Москву, успеть бы на метро — рванули к автобусу. И тут выяснилось, что наш автобус сломался, а резервный, который вызвали два часа назад, почему-то не приехал.! В этот миг мы готовы были разнести этот клуб до основания!..
И тут за кулисы вошла группа товарищей, 5-6 солидных мужчин, во главе с коренастым, плотным человеком среднего возраста, в чёрном костюме, со строгим взглядом и мягкой улыбкой.
Его представили как главного инженера предприятия. И всё. Ни имени, ни фамилии. Он поблагодарил нас за концерт и хотел спросить:
— Ну как вы…
Но договорить мы ему не дали, мы обрушили на него все свое недовольство!..
Он слушал, молчал, краснел, хмурил брови, багровел и вдруг взорвался на своих помощников:
— Это как понимать?! Вы бросили наших гостей, не покормили, не напоили, даже обогреватель не включили! Вы позорите наше КБ! Сейчас же накормить ребят!..
Ему попытались возразить: мол, буфет уже закрыт…
— Принести из дома! — рявкнул он на подчинённых, и добавил: — А транспорт взять заводской — автобус, легковушки. И всех развести по домам! Я остаюсь здесь, с ребятами, поужинаю вместе с ними!
Он прошёл в раздевалку, сел за стол, извинился перед нами и стал расспрашивать нас — что нового в искусстве, в кино, на эстраде, какие художественные выставки, какие новые спектакли в театрах, почему мы пошли в артисты…
Через пять минут на столе появилась первая тарелка: бутерброды с колбасой и бутылки с минералкой. Через десять минут уже были домашние пирожки, какие-то салаты, а потом внесли кипящий самовар! Наша беседа продолжалась около часа, а еду и питьё всё несли и несли! Несколько раз в дверь заглядывали какие-то люди, но он махал на них рукой. Наконец, поднялся, ещё раз извинился, поблагодарил за концерт, сказал, что должен уходить, срочная работа. Каждому пожал руку и быстро вышел.
Мы тоже собрались. Нам насовали всякой еды, пирожков, апельсинов — на дорожку! Потом рассадили кого в автобус, кого по машинам, и, действительно, каждого довезли до дома.
Мы долго потом вспоминали свой первый выездной концерт и этого удивительного человека, которого даже не знали, как зовут.
С тех пор я не раз выступал в Подлипках, и именно в этом невзрачном клубе, где собиралась вся космическая элита, особенно перед Днём космонавтики. Именно здесь я познакомился с Юрием Гагариным, Германом Титовым, со многими известными корифеями нашей космической отрасли.
И вот в один из таких праздничных дней, сразу после концерта, Ю. Гагарин и Г. Титов отвели меня в сторонку и с загадочным видом сообщили: "Сейчас мы тебя познакомим с нашим главным конструктором, он дал "добро". Но только никому ни слова..."
Они завели меня в небольшую комнату, в которой у накрытого стола стояли человек десять солидных мужчин в штатском, но с орденами. Один из них показался мне знакомым. К нему меня и подвели. Хотели представить, но он сказал: «А мы с вами давно знакомы. Помните ваш первый выездной концерт, когда вас чуть не оставили ночевать в нашем клубе?»
И тут я вспомнил того грозного начальника, который проявил к молодым артистам столько внимания и душевного добра.
В этот раз я и познакомился с Генеральным конструктором Сергеем Павловичем Королёвым! С тех пор мы с ним неоднократно встречались на различных мероприятиях. И всегда он с улыбкой протягивал мне руку и говорил что-нибудь доброе…
Но больше всего мне запомнилась встреча с Сергеем Павловичем в том же невзрачном клубе, накануне Дня космонавтики, после полёта Алексея Леонова.
На маленькой сцене, за простым дощатым столом, покрытым какой-то тусклой материей, напоминающей кусок кулисы, на разномастных стульях сидели действительно Великие люди нашей страны, цвет и гордость нашей космонавтики! Они по очереди подходили к более, чем скромной, маленькой трибуне с хрипловатым микрофоном и произносили пламенные, торжественные, радостные речи.
И, действительно, радоваться было чему!
Только что А. Леонов первым вышел в открытый космос! Успешно отработали луноходы, готовился полёт человека на Луну!..
Наконец, к микрофону подошёл С.П. Королёв. Я стоял справа от трибуны за кулисой на расстоянии вытянутой руки от Сергея Павловича! Ей-Богу! Я попросил охрану, и мне разрешили там примоститься. Я весь превратился в слух. Что ещё можно добавить к уже сказанному до него великими людьми?..
Королёв поздравил всех с очередной нашей победой в космосе, поблагодарил за огромный труд всех и каждого, кто работает в космической отрасли, подтвердил наше первенство в основных стратегических направлениях.
- Но успокаиваться на достигнутом мы не имеем права, - сказал Сергей Палыч. - Как бы ни было трудно, нам надо прибавлять по всем направлениям! В космос всё активнее вмешивается большая политика. Да, американцы отстают. Но они уже спохватились и бросились за нами в погоню! Они отпустили на это сотни миллиардов долларов, они подключили к своим работам весь западноевропейский интеллектуальный потенциал. И они уже наступают нам на пятки! - Королёв грохнул кулаком по трибуне. - И если мы сейчас же не удесятерим свои усилия, они нас догонят и перегонят!..
Так что давайте поздравим друг друга с нашей очередной победой в космосе, отметим это как следует. И за работу!
За большую, трудную и очень нужную Родине работу!
И как говорили наши солдаты на фронте — «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами!..»
Вот таким я и запомнил великого сына России Сергея Павловича Королёва...
На всю жизнь!..
P.S. Михаил Ножкин, вчера, тоже дал мне "добро" на публикацию этого материала. Как, впрочем, и на все другие, ибо я всегда с ним советуюсь. Традиция у нас с ним такая - уже много-много лет...