Я распахнул входную дверь с таким усилием, что она могла слететь с петель. Сердце колотилось в груди, дыхание сбивалось, ноги гнали вперёд, не спрашивая разрешения у разума.
Внутри всё кипело, но вместе с тем была пугающая ясность — я что-то предчувствовал. И всё же то, что я увидел, было сильнее любых подозрений.
Гостиная нашего дома — некогда уютное, родное пространство — сейчас выглядела, как место преступления. Торшер наклонён, абажур почти свалился, по светлому ковру тянется багровое пятно от разлитого вина.
Столик сдвинут, подушка валяется на полу. Атмосфера была наэлектризована настолько, что казалось — вот-вот пробьёт молния. А в центре всего этого — Виктория.
Моя жена. Женщина, с которой я когда-то чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле.
Сейчас она стояла передо мной, как будто попав в эпицентр скандала: волосы растрёпаны, лицо бледное, блузка наполовину расстёгнута. В её глазах — испуг и паника.
Вокруг неё, словно по сценарию дурного спектакля, трое мужчин. И все — с пылающими глазами, каждый в своей эмоции.
— Вика, объясни, чёрт возьми! — прорычал высокий брюнет в кожаной куртке, шагнув к ней. — Ты мне что обещала? Что уйдёшь от него? Или от меня?!
— А она мне говорила, что вы уже не вместе! — добавил второй, коренастый, с резкими движениями. — Что ты — просто бывший, не более!
Он сжал её за руку, но, заметив мою реакцию, быстро отдёрнул. Третий — седовласый, в деловом костюме, держался особняком.
Он не сказал ни слова, но его взгляд, тяжёлый и осуждающий, пронзал Вику насквозь. Он не устраивал сцен, но именно он внушал больше всего страха — своим молчанием.
Я сделал шаг в комнату и резко захлопнул за собой дверь. В комнате сразу стало тише, как будто сам воздух замер.
— Объяснит кто-нибудь, что здесь, чёрт побери, происходит?! — мой голос дрогнул, но не от страха — от ярости, которую больше невозможно было сдерживать.
Трое мужчин обернулись. Вика — будто окаменела. Только губы дрожали. Брюнет шагнул вперёд, с вызовом:
— Ты кто такой вообще?! Это личный разговор, не твоё дело!
Я встретился с ним взглядом и сказал медленно, отчётливо:
— Я — муж Виктории. И мы находимся в моём доме. Так что у тебя, дружок, две секунды, чтобы убавить тон. Коренастый, стоявший рядом, вздрогнул:
— Муж?! Но она же… Она сказала, что вы разводитесь…
Я повернулся к Виктории, теперь уже полностью ощущая, как под ногами уходит почва.
— Ты и это им говорила? — голос мой стал глухим. — Что мы разводимся? Что всё кончено?
Вика попыталась что-то сказать, губы беззвучно шевельнулись, но ни одного слова не прозвучало. Глаза метались между нами — загнанная, запутавшаяся, разоблачённая. И тогда молчание нарушил седой. Он шагнул ближе и заговорил спокойно, без эмоций, но с силой, от которой мороз пошёл по коже:
— Значит, вы — её нынешний муж. Что ж, теперь всё ясно. Только знайте: вы у неё далеко не первый. И, боюсь, не последний.
Слова упали, как камни в воду. Ни один из мужчин больше не пошевелился. Виктория медленно осела на подлокотник кресла, опустив голову. Я не смог сразу заговорить. Просто смотрел на неё — и не узнавал.
Где была та Вика, которую я любил? Которой доверял? Которой отдавал лучшие годы? Ответа не было. Я пошёл к двери. С каждым шагом боль уступала место отстранённости. Я уже не кричал. Только сказал:
— Когда они уйдут, собери свои вещи. Завтра меня здесь не будет. Но и тебя — тоже.
Я не хлопнул дверью. Я закрыл её медленно. Почти бережно. Как будто этим прощался не только с домом — но с целой жизнью. На улице было тихо. Серый вечер гас в окне. И внутри меня тоже наступала тишина.
Ужасная, звенящая тишина. Та, что остаётся, когда рушится всё, что ты считал настоящим. Я шёл по улице, не чувствуя ног. В голове была только одна мысль: Месть! Продолжение здесь: https://dzen.ru/a/Z_e99gZ6Sx05ZVhR
Большое спасибо, уважаемые читатели, за внимание к статье! Подписка, комментарии и лайки весьма приветствуются.