Светлана была уверена, что следствие разберется и накажет виновных. А пока, недолго думая, она устроилась санитаркой в ту же больницу. Не престижно, конечно, но скрывать ей было нечего. Она действовала строго по протоколу. Вопрос в том, кто и зачем исказил назначения.
Следователь поначалу отнесся к её словам скептически. Тогда Светлана показала ему фотографии на телефоне.
— У меня привычка – фотографировать анализы и назначения, — объяснила она. – Люблю дома, в спокойной обстановке, все обдумать, взвесить альтернативные варианты лечения.
— А может, вы специально это сделали, а потом все подменили?
— Зачем? – Светлана недоуменно посмотрела на следователя.
— Мало ли, – пожал плечами тот. – Всяких случаев хватает. У вас, наверное, много таких фотографий?
— Не очень. Я удаляю их после выписки пациента. Вот, двадцать четыре – самые последние.
Следователь с интересом просмотрел фотографии.
— Можно я это скопирую?
— Конечно.
Светлана чувствовала, что с неё вот-вот снимут обвинение. Теперь главная задача следствия — найти того, кто подменил назначение лекарств, из-за чего пациент впал в кому.
Следователь попросил Светлану никому не рассказывать про фотографии.
— Если мы не найдем виновного, ситуация может повториться.
— Я буду молчать.
— И еще, — следователь понизил голос, — вам временно придется воздержаться от врачебной практики.
— Понимаю. А санитаркой пока можно? У нас с ними всегда напряженка.
— Вы удивительная женщина, — улыбнулся следователь. – Больница вас так подставила, а вы готовы здесь полы мыть.
— Дело не в больнице, – ответила Светлана. – Здесь работали моя бабушка и мать. Просто кто-то… я постараюсь его найти.
— Нет, нет! Ни в коем случае! Я же вас просил! — заволновался следователь.
— Вы не поняли, — успокоила его Светлана. – Я просто… понаблюдаю.
— Светлана, не вмешивайтесь! Иначе все наше расследование пойдет насмарку!
Вот так врач с двадцатилетним стажем уже месяц мыла полы. Молодые доктора бегали к ней за советом. Санитарки вдруг резко подтянулись, стали работать быстрее и вежливее.
В больнице царило волнение. Утром поступила девочка с непонятным диагнозом. Вернее, диагнозов было много, но все они отдельно не представляли опасности. А вот в совокупности… Девочку привезли в критическом состоянии, практически в коме. Врачи из разных отделений всю ночь боролись за её жизнь, и к утру ей стало лучше. Сейчас она спала под действием седативных препаратов.
Девочка лежала в отделении, где раньше работала Светлана. Она всегда с особым вниманием относилась к таким случаям и сейчас очень сожалела, что не может заняться лечением.
Светлана тихо вошла в палату. Девочка пошевелилась и открыла глаза.
— Где я?
— В больнице, милая. Все хорошо. Ты поправишься.
Глаза девочки наполнились слезами.
— Я не хочу поправляться! — прошептала она. — Скажите мачехе, что я… умерла. Что я очень больная и никогда не выпишусь.
— Разве можно такое желать? — спросила Светлана, испугавшись.
— Можно. Я не хочу домой… Там она… Лучше умереть.
— Тебя мачеха обижает? — Светлана присела на край кровати. — Может, ты преувеличиваешь? Расскажи все отцу.
— Я бы рассказала, но… папа тоже в больнице. Наверное, он умер… Я слышала, как она говорила по телефону, что ему сегодня что-то вколют, и она станет богатой вдовой. А потом… потом избавится от меня.
Светлана широко раскрыла глаза. «Что за бред? Или… не бред?»
— Как фамилия твоего папы? — спросила она. — Я попробую узнать, как у него дела.
— Павлов. Михаил Михайлович.
Светлана задумалась. Павлов Михаил Михайлович — тот самый пациент, который лежал в коме, и в чьем отравлении обвиняли её. Если девочка не врет, значит, мачеха пыталась убить и мужа, и падчерицу. Получается, кто-то из врачей ей помогал? Но кто?
«В ту ночь дежурили Олег Сергеевич, Инна Михайловна и Валерий Андреевич», — вспомнила Светлана. Но эти люди были её коллегами и друзьями, они поддерживали её во время следствия. В их причастность она не верила.
Девочка уснула. Светлана вышла из палаты. Ей навстречу шел Олег Сергеевич.
— Светлана Карповна! — обрадовался он. — Ты от Даши?
— Да, она спит. Пульс и дыхание в норме.
— Хорошо. А то я волнуюсь. Ты бы зашла потом, я тебе её историю болезни покажу. Там такая путаница…
— Хорошо, Олег Сергеевич, зайду обязательно. Только уберусь здесь.
— Свет, как твои дела? Что там со следствием?
— Ждите, говорят, — пожала плечами Светлана.
— Вечно они «ждите», — проворчал Олег. — Мы же все за тебя ручаемся!
— Спасибо, Олег. Я позже загляну.
«Олег не мог. Это точно», — подумала Светлана.
Она заглянула в палату Павлова. Пусто. Когда пациент долго лежит в реанимации, к нему привыкают. Медсестры на месте не было, на мониторе плясали беспорядочные графики. Светлана поставила ведро и подошла к пациенту.
— Михаил Михайлович, — тихо сказала она, — я думаю, вы меня слышите. Ваша дочь в опасности. Ваша жена хочет убить и вас, и её. Пожалуйста, вернитесь. Только вы можете помочь Даше.
Она смотрела на монитор. Вдруг давление подскочило, потом упало, потом снова поднялось.
Услышав шаги, Светлана быстро выключила аппарат и отошла. В палату вошла медсестра, покраснев.
— Ой, Светлана Карповна… я на минутку отошла…
— Лена, твоя минутка может стоить человеку жизни! — строго сказала Светлана. — Зови Олега Сергеевича! Здесь что-то происходит!
Медсестра бросила взгляд на монитор и выбежала.
Светлана снова наклонилась к пациенту:
— Михаил Михайлович, возвращайтесь. Даша ждет вас.
Когда прибежали врачи, она уже мыла пол. Бросив последний взгляд на пациента, Светлана вышла.
Она закрылась в подсобке и позвонила следователю.
— Простите, что так поздно… Мне нужно вам кое-что рассказать.
— А вот и связь! – сказал следователь, выслушав её. – Я чувствовал, что она есть! Я сделал вас главной подозреваемой, а вы оказались случайным звеном в этой цепочке. Теперь все ясно. Вы на работе? Мы скоро будем.
Светлана услышала шум в коридоре. Кто-то громко ругался. В их отделении шуметь было запрещено. Она вышла. Какая-то нарядная женщина пыталась прорваться в реанимацию. Две медсестры преграждали ей путь.
— Нельзя! Сейчас не приемные часы! А к Даше вообще нельзя!
— С дороги! — кричала женщина. – Вы знаете, кто я?! Я вам такие проблемы устрою! Зовите мне Варфоломеева!
У Светланы в голове щелкнуло. Варфоломеев! Заместитель главврача, гинеколог, который иногда замещал их заведующего. Как она сразу про него не вспомнила! Именно он дежурил в те дни. Он появился в больнице недавно и уже успел настроить против себя весь коллектив. Ходил на носочках, внезапно появлялся, выискивал оплошности.
— Что здесь происходит? — раздался голос Варфоломеева.
— Ты еще кто такая?! — женщина презрительно оглядела Светлану. – А, это ты та самая идиотка, которая моего мужа чуть не угробила?
— Не я, а ты, — спокойно ответила Светлана. – Ты решила двух зайцев одним выстрелом убить: и мужа, и его дочь.
— Что ты себе позволяешь?! — побледнела женщина. – Тебя теперь и санитаркой никуда не возьмут! А вот посадить… посадят!
— Меня вряд ли…
Женщина снова кинулась к медсестрам, но те стояли насмерть.
— Нельзя!
— Ох, зря вы так! — пригрозила женщина. — Все плакать будете!
Она развернулась и замерла. К ним подходили полицейские. Впереди — следователь.
— Я хочу написать заявление! — бросилась к нему женщина.
— Какое же, Виталина Егоровна?
— Ой, не называйте меня так! Я же просила! — закапризничала она. — Заявление на эту врачиху! Она моего мужа угробила! И еще меня оскорбляет!
— Ну да, не сдержалась, — сказала Светлана. – Но её же как-то остановить надо было!
— Гражданка Павлова, — обратился следователь к женщине, — у вас теперь будет много времени для заявлений.
— Что? — не поняла она. — Еще хуже? Миша, теперь Дашенька… Она же мне как родная!
— Знаю, – кивнул следователь. — Позвольте вашу сумочку.
Он бесцеремонно вывернул содержимое сумочки на подоконник. Среди косметики и прочей мелочи лежал шприц, наполненный лекарством.
— Вам придется проехать с нами, — следователь взял Виталину под руку. Она обмякла и замолчала. – Варфоломеева тоже задержите.
— Ну, сколько веревочке ни виться… — выдохнула Светлана.
— Светлана Карповна! Мы всегда знали, что вы не виноваты! — закричали медсестры.
***
На следующее дежурство Светлана вышла уже врачом. Она вошла в палату к Даше.
— Привет! Как ты?
— Ой, это вы! — обрадовалась Даша. — А я думала, сон… Это вы нас спасли?
— Ну что ты, Дашенька, — улыбнулась Светлана. – Все равно бы все выяснилось. Я просто… немного ускорила события.
— Мы теперь будем звать вас нашим ангелом, — раздался мужской голос.
Светлана вздрогнула. Она не ожидала услышать его здесь. Только сейчас она вспомнила, что главврач разрешил положить отца и дочь в одну палату. «Какой приятный папа у Даши», — подумала Светлана.
— Меня так еще не называли, — улыбнулась она. — Ну, если хотите… А теперь давайте я вас осмотрю.
Пока они лечились, между ними возникла настоящая привязанность. А через полгода Даша вела под венец свою маму Свету и своего спасенного папу.