Тошка Семёнов свою маму даже не помнил. Вот ни капельки. И фотографии не видел. Отец о матери ничего рассказывать не хотел, а бабушка Таня только ругалась и называла её такими словами, что когда Тошка в садике гордо сказал:
- А моя мама - .....!
То воспитательница его наказала и ещё нажаловалась отцу. Ему ещё и от отца попало.
Нет, вот чтоб уж совсем - совсем не помнил, так сказать было нельзя. Он помнил как спал рядом с кем-то тёплым, вкусно пахнущим, помнил щекотные поцелуи в животик. И, пожалуй, все. Поэтому всегда придумывал себе разных мам, но все они были добрыми и красивыми.
Рядом всегда был папа. Иногда приходила бабушка Таня. Но это была папина бабушка, а Тошке она была прабабушка. Она его не очень любила. На руки брала редко. Зато часто больно шлепала по попе или голове, приговаривала:
- Весь в мать уродился, отродье чёртово. Такой же твердолобый. Хоть кол на голове теши все одно своё делать будет.
Пока был совсем маленьким она усаживала его в манеж и он там сидел пока не приходил отец. Но тогда папа уходил редко и не на долго.
Потом он подрос и научился выбираться из манежа. "И с ним не стало сладу", - по словам бабушки.
Ему хотелось бегать, прыгать на широкой кровати или играть машинками, но бабушке это не нравилось. Она хотела в тишине спокойно смотреть телевизор или дремать на кровати.
Когда он начинал "выпрягаться" хватала его за руку и усаживала на диван где он должен был просто сидеть ничего не делая. Ему становилось скучно, он начинал плакать или сползал с дивана, бабушка тут же начинала сердиться на него, ставила в угол и там он стоял или сидел до того времени пока не вернётся отец. Иногда засыпал прямо на полу.
Только к приходу отца бабушка выводила его из угла, умывала и усаживала на диван, доставала игрушки:
- Сиди и не вякай.
Вскоре им дали место в садике и отец устроился на работу.
Первое, что запомнил хорошо, это когда его первый раз отец привёл в садик. Ему там сначала очень понравилось. Много ребятишек и целая куча новых игрушек. Не нравилось, что отец приводил его и уходил. А он оставался в садике до вечера.
Ну, ладно, пусть бы до вечера, если бы они только играли и гуляли. Но там их заставляли есть кашу которую Тошка терпеть не мог. И ещё укладывали спать когда он спать совсем не хотел.
Тошка почти без слез оставался если с утра работала Екатерина Михайловна. Она была хорошая, добрая. Всегда его жалела и не дёргала без всякой причины, не наказывала за шумную игру или сломанную игрушку.
А Вот Маргарита Александровна наоборот постоянно усаживала его на стульчик или скамейку в раздевалке где он сидел совершенно один. И ещё вечером, когда за ним приходил отец, постоянно ябедничала на Тошку. Сердито выговаривала отцу, что ей вполне понятно в кого такой сын. Ведь папа тоже у него совсем безответственный. Не может забрать ребёнка пораньше. Папа выслушивал её, кивал головой и принимался торопливо одевать Тошку.
Он тоже хотел скорее уйти из садика. Ведь, и правда, к тому времени Тошка оставался уже совсем один в группе и долго ждали с воспитательницей когда за ним придёт отец.
Потом, уже вечером, когда Тошка лежал в постели, отец ему выговаривал:
- Тошка, ты же уже большой. Тебе пять лет. Ещё немножко и в школу пойдёшь. Ну почему ты ведёшь себя так плохо?
- Не хочу туда ходить.
- Почему? Все дети, у кого работают родители, ходят в садик.
- А у кого не работают?
- Ну это я не знаю. Наверное, не ходят.
- А ты не работай.
- А как мы будем жить? Нам денежки никто не принесёт, надо самим зарабатывать. Без денег мы не сможем покупать еду и одежду. И игрушки покупать не сможем. Вот я и хожу на работу, мне за это платят деньги. А твоя работа это садик.
- Ну, ладно, - соглашался Тошка, - ходи, только забирай меня пораньше.
- Ну это я тебе обещать не могу. Никто меня с работы раньше времени не отпустит.
- Я не хочу в садик потому, что всех рано забирают мамы. А папы приходят лишь за Серёгой и за мной. Только за Серёгой мама с папой приходят по очереди и все равно рано. А ты самый последний.
- Я же на двух работах работаю. Неужели потерпеть не можешь. Мне не разорваться.
- А где наша мама?
- Ушла твоя мама.
- А куда?
- Знать бы куда. Потерялась.
- Её надо найти.
- Не надо её искать. Спи. У меня ещё дел много.
Отец целовал его и уходил на кухню или в ванную заниматься делами.
А Тошка оставался один, лежал с закрытыми глазами и мечтал: вот, однажды, пойдёт он куда-нибудь далеко - далеко и случайно, вдруг, встретит свою маму. Она его сразу узнает, подбежит к нему, станет его обнимать и целовать. Будет плакать от радости и говорить, что наконец-то нашла его и уже никогда, никогда больше теряться не будет. А будет жить с ним и папой, стряпать вкусные пироги как соседка тётя Ира, одевать утром Тошку перед садиком, а вечером забирать раньше всех остальных детей. Ему будут все завидовать. А дразнить и задирать больше не будут. И обзывать сиротой тоже. Так и засыпал.
Утром опять все повторялось сначала. Отец торопился сам и торопил его:
- Тоша, шевелись, мы опаздываем. Опять надел сапоги не на ту ногу. Переобувайся быстро. Да торопись ты в конце концов!
Бегом бежали до садика, а там, как на зло, с утра работала Маргарита Александровна. Настроение Тошки испортилось сразу и он начал канючить:
- Не хочу в садик. Забери меня пораньше.
- Перестань! - Сдвинул брови отец. - Заберу как освобожусь. Не ной как девчонка.
Тошке стало обидно. Ему и так плохо, а отец его ещё при всех девчонкой обзывает. Тошка только успел снять куртку и шапку. Сапоги снять не успел. Отец быстро затолкал его одежду в шкаф и, махнув рукой, скрылся за дверью:
- Пока.
Тошка не стал заходить в группу. Просто сел на скамейку в раздевалке и задумался.
Нянечка тётя Валя спросила:
- А ты чего здесь сидишь? Заболел?
- Думаю.
- И о чем же ты думаешь?
- Надо маму искать.
- Горюшко ты моё. Знать бы где. Ну, иди в группу, сейчас зарядка будет, потом завтрак.
И она ушла за завтраком. А Маргарита Александровна строила детей на зарядку.
Тошка достал свою куртку, шапку. Оделся и вышел из группы. Он не пошёл к воротам, а направился за летнюю веранду. Там давно была сломана доска в заборе и вполне можно было выйти с площадки. Вот он и вышел. И направился к автобусной остановке.
На остановке было много народу и на него никто не обращал внимания. Когда подошёл автобус и все стали заходить в салон Тошка тоже попытался забраться. Ему помог молодой парень. Он просто поставил его сразу на верхнюю ступеньку. А потом уже толстая тётка с возмущением заставила молодую девчонку встать и посадила его на сидение. Вскоре он передвинулся к окну, а рядом с ним сел старый дед. Дед привязался к нему с расспросами:
- И куда это вы едете, молодой человек?
- По делам. - Ответил Тошка приставучему деду.
Так всегда отвечал ему отец, когда просил посидеть одного дома всего часик.
- И много у тебя дел?
- Много, - вздохнул Тошка.
Продолжение тут.