Аня сидела на подоконнике своей комнаты, уронив взгляд в старый фотоальбом. На пожёлтевших снимках улыбались две девочки – она и её лучшая подруга Рита. Ещё в школе они считались «не разлей вода»: все походы, посиделки, тайны – всё делали вместе. Аня вздохнула, вспомнив, как в юности грезили о том, что «нашу дружбу никто не разрушит.» Но теперь, лет через десять, Аня чувствовала: «Эта дружба меня утомляет. Она всё больше тянет силы, при этом не даёт ничего взамен.»
В последние месяцы Рита постоянно звонила Ане – но всегда с одной целью: выплакаться, выговориться о своих бедах. То парень её обидел, то на работе конфликт с начальником, то с родителями ссора. Аня сочувствовала, часами выслушивала, давала советы. Рита, поплакав, в конце всегда говорила: «Ну спасибо, ты всегда спасёшь!» – а затем исчезала. И каждый раз Аня замечала: «Когда мне плохо, когда я нуждаюсь в друге, Рита куда-то пропадает, занята или не отвечает.»
Например, пару недель назад у Ани умерла бабушка, к которой она была очень привязана. Аня позвонила Рите, чтобы поделиться горем. Но Рита ответила вяло: «Ой, я не могу сейчас говорить, у меня тут вечеринка на подходе… Держись, давай потом!» и бросила трубку. «Потом» она не позвонила. Аня осознала: «Моя лучшая подруга даже не узнала, как я, не предложила помощи. А ведь я всегда была ей доступна, когда она плакала из-за парня!»
Аня решила посоветоваться со своим коллегой и другом, Максом. Во время обеденного перерыва в офисе она тихо рассказала о Рите:
— Понимаешь, каждый раз она звонит – только о своих проблемах. И я слушаю, советую, поддерживаю. А как у меня трагедия, она даже не перезвонила.
Макс выпил глоток кофе:
— Сочувствую. Вы же давно подруги?
— С детства, — кивнула Аня. — Поэтому я как будто обязана помогать. Но последние годы вижу, что она никогда не бывает рядом, когда нужна она мне.
— А тебе не кажется, что это «токсичная» привязанность? – прямо спросил Макс. – Она пользуется твоей эмпатией, а взамен — пустота?
Аня вздохнула:
— Возможно… Но сложно признать, ведь это «лучшая подруга»…
Макс покачал головой:
— Подумай: дружба — это обоюдная поддержка. Если она только берёт, а не даёт, зачем?
Тем же вечером телефон Ани зазвонил. На экране высветилось: «Рита.» Аня словно замерла: «Наверняка опять её проблемы.» Внутри колебалась: «Может, не отвечать? Я вымотана, у меня самой тяжёлое время…» Но привычка взяла верх, она ответила:
— Привет, Рит. Что случилось?
— Ой, да кошмар, – зашлась та. – С парнем опять скандал, он меня не понимает, я плачу… могу к тебе прийти?
Аня ощутила прилив жалости, хотела уже сказать «приходи,» но вспомнила о себе: «Она каждый раз приходит с плачем, а у меня самой нервы на пределе. Мне самой нужна поддержка. А даст ли она её?» И вдруг Аня сказала:
— Знаешь, извини, я не могу сегодня. У меня тяжёлый период, да и дела есть.
Рита удивилась:
— Ты не можешь? Но ты же моя подруга! Мне плохо!
— Мне тоже плохо, – тихо ответила Аня. – И я не готова сейчас тебя слушать.
— Ого! – Рита явно была шокирована, – Ладно, тогда… сама разберусь. – и отключилась с явной обидой.
Сразу после звонка Аня почувствовала укол совести: «Неужели я предала подругу? Всегда же помогала!» Но вспомнила: «А ведь когда мне было плохо, она отвернулась.» С каждой минутой всё больше понимала, что не должна угождать в ущерб себе.
Позже, в соцсетях, увидела у Риты короткий пост: «Когда лучшие друзья отворачиваются в нужный момент…» без имён, но очевидно о ней. Аня горько улыбнулась: «Вот, я виновата, видите ли, что не могу вечно быть жилеткой.»
Утром Аня получила смс от Риты: «Ты меня очень обидела вчера, не захотела помочь. Я думала, мы подруги… Если хочешь сохранить дружбу, извинись.» Аня перечитывала смс несколько раз, в душе вспыхивало: «А она извинялась, когда мне нужна была она?» Но Рита написала: «Я сейчас в глубокой депрессии, а ты думаешь лишь о себе. Это эгоизм!»
Сердце Ани сжалось: «Опять она обвиняет меня в эгоизме, хотя сама никогда не была рядом, когда мне было больно.» Решила не отвечать сразу. Надо всё обдумать.
Аня села на диван, вспомнила кучу эпизодов: когда Рита плакала из-за экзаменов в универе, Аня сидела с ней ночами, помогала конспектировать. Когда у Риты первый парень бросил, Аня чуть ли не с работы отпрашивалась, чтобы утешить. Когда Рита потеряла работу, Аня давала денег. Но ни разу, когда Аня попадала в беду, Рита не приходила. Мама Ани в больнице? Рита занята. У Ани ссора с родителями? Рита: «Ой, не могу говорить.»
«Действительно, «ты звонишь, когда тебе плохо, а где ты, когда плохо мне?»» – внутренне возопила Аня. И тут она поняла, что не хочет больше играть в эту игру.
Аня вновь на работе поделилась с Максом: «Рита требует извинений. Но я не хочу возвращаться в этот замкнутый круг.» Макс поддержал:
— И правильно. Тебе надо сказать прямо: «Я не могу быть всегда жилеткой, если ты не поддерживаешь меня.»
— Да, – тяжко выдохнула Аня. – Думаю, пришла пора разрывать этот формат «дружбы.»
— Понимаю, – кивнул Макс. – Тебе будет непросто, ведь у вас долгая история, но это уже не дружба, а использование.
Вечером Рита позвонила настойчиво, Аня взяла трубку. Разгорелся скандал:
— Как ты могла не впустить меня, когда я плакала?! – кричала Рита. – Я думала, ты лучший друг…
— А когда мне было плохо, ты где была? – жёстко спросила Аня. – Ты не пришла, даже не звонила!
— Значит, ты мстишь? – взбеленилась Рита. – Какая же ты завистливая, эгоистичная…
— Нет, не мщу, – выдержала паузу Аня, – Просто у меня нет сил постоянно решать твои проблемы. Я осознала: наш «дружеский» контакт – это в одну сторону.
— Глупости! – прокричала Рита. – Ты преувеличиваешь. Я бы тоже помогла, если б могла…
— Только ты всегда занята, – вздохнула Аня, – Мне надоело.
— То есть ты бросаешь меня? Предаёшь? – истерично Рита перешла в обвинения. – Видимо, ты никогда не была мне подругой.
— Я делала всё, что могла, – ответила Аня. – Но да, теперь я выхожу из этого. Прости, я не могу дальше.
Рита швырнула трубку. Аня ощутила опустошение, но и облегчение.
Некоторые общие знакомые, узнав о разрыве, sided with Rita: «Как, Аня? Вы же были лучшими подругами!» Аня поясняла: «Она лишь брала. Я в ответ ничего не получала.» Люди крутили нос: «Разве это повод обрывать многолетнюю дружбу? Может, Аня стала черствой?»
Но Аня оставалась при своём: «Я не осуждаю её за слабости, но и не собираюсь быть вечно жилеткой. Я тоже человек.»
Внутри Аня чувствовала тень вины: «Может, я слишком жестока? Она же несчастна…» Но сразу вспоминала все случаи, когда она была несчастна, а Рита просто игнорировала. И понимала: «Не стоит жить, пожираемая этой дружбой.»
Через неделю Рита попыталась ещё раз манипулировать: прислала сообщение: «Ты бросила меня в самое тяжёлое время, теперь я в депрессии. Если со мной что-то случится, будет на твоей совести!» Аня содрогнулась, но решила: «Это манипуляция. Я не виновна.» И не ответила.
Может, Рита действительно плохо, но пусть найдёт профессионала или другого друга, который готов на взаимность. Аня понимала: «Я не психолог, не обслуга для чужих драм.»
Однажды Аня случайно столкнулась с Ритой возле супермаркета. Та холодно спросила:
— Ну, как тебе живётся без меня? Стала счастливее, да?
Аня спокойно:
— Без такого формата «дружбы» – да, мне легче. Я не хочу быть в отношениях, где только я даю.
Рита насмешливо:
— Ну и ладно. Когда опомнишься, меня уже не найдёшь!
— Хорошо, – кивнула Аня, – Я не ищу. Извини.
Рита развернулась, ушла, бормоча об «эгоизме.» Но Аня чувствовала странную свободу.
Теперь у Ани прибавилось времени и сил для себя. Раньше она тратила вечера на слушание Ритиных жалоб, а сейчас занялась плаваньем, стала больше общаться с другими друзьями, кто готов давать и брать взаимно. С Максом-коллегой они ходили в кино, беседовали о жизни — Аня вдруг поняла, как приятно, когда диалог обоюден.
Глядываясь в зеркало, Аня осознала: «Я по-другому выгляжу, появилось больше энергии.» Ведь раньше она казалась самой себе «разбитой.» Поняла: «Он не звонила (Рита) уже месяц, и я не страдаю, не испытываю чувство вины. Это значит, что я вырвалась из «ловушки».»
Она резюмировала: «Да, когда-то эта дружба была взаимна, в детстве, в школе. Но люди меняются, и теперь… «Ты звонишь, когда тебе плохо, а где ты, когда плохо мне?» – это всё, что нужно сказать.»
Со временем Аня окончательно отстранилась от Риты. Чувство вины растворилось, она поняла: «Мне не нужно разъедающее общение, где я лишь инструмент для решения чужих проблем, а меня не замечают.» Вместо этого она обогатила круг знакомых, улучшила самочувствие.
Если кто-то из старых общих друзей спрашивал, «Почему вы больше не дружите?» – Аня улыбалась: «Это была не дружба, а эмоциональная зависимость. Я освободилась.»
В итоге, этот шаг стал «маленькой» победой: Аня не пошла на конфликт громкий, а просто сняла «наушники» вечного слушателя чужих бед. И это всё изменило: она обрела себя, больше не чувствует истощения, и знает: помогать можно, но только когда это взаимно и с заботой о себе. А когда человек «звонит только когда ему плохо, а меня не слышит» – это уже не дружба.
Таким образом, история завершилась осознанием: «Я не враг, я не эгоист, просто я отказываюсь быть лишь «жилеткой». Пусть Рита найдёт психолога или другого собеседника, а я строю свою счастливую жизнь.» И эта «маленькая» победа — отказаться от токсичной «подруги» — стала крупнейшим шагом для Ани, открыв ей путь к здоровым отношениям и собственному спокойствию.