После революции 1917 г. многие Романовы были расстреляны, другие бежали за границу. Но были и такие представители царской фамилии, которые остались в советской России. Подобным образом по непонятным причинам поступила, к примеру, правнучка Николая I герцогиня Дарья Евгеньевна Лейхтенбергская.
Дарья Лейхтенбергская родилась в 1870 году во дворце своей скандально известной бабушки – великой княгини Марии Николаевны. Мария Николаевна была второй и любимой дочерью императора Николая I. На свое 16-летие она попросила отца не выдавать ее замуж за иностранного принца и оставить в России.
Скандально известная бабушка
Император обещал это дочери и вскоре подыскал ей подходящего жениха. На Марии Николаевне с тем условием, что он навсегда останется в Российской империи, согласился жениться герцог Максимилиан Лейхтенбергский. Максимилиан был родным сыном Жозефины Богарне и пасынком Наполеона.
В Баварии, где проживал Максимилиан, местная знать принимала его за своего, но при этом относилась к нему очень высокомерно. Европейские аристократы считали происхождение Максимилиана все же достаточно низким. Поэтому герцог был рад переехать в Россию, где его тепло встретил, да еще предложил жениться на его дочери, сам император.
Самой Марии Николаевне Максимилиан понравился, и свадьба состоялась. Брак дедушки и бабушки Дарьи Лейхтенбергской однако долго не продлился. Максимилиан Лейхтенбергский был большим кутилой и бабником и изменял своей супруге. Бабушка Мария Николаевна в свою очередь в долгу не оставалось.
Несмотря на то, что она была дочерью самого царя, Мария Николаевна постоянно шокировала свет эксцентричными поступками – любила грубые шутки, флиртовала с мужчинами и заводила романы. Дедушка Дарьи Лейхтенбергской, к сожалению, скончался в молодом возрасте. После этого Мария Николаевна вышла замуж за одного из своих воздыхателей – графа Строганова.
Это был морганатический, совершенно недопустимый для царской дочери брак. Брак был настолько невозможным, что Марии Николаевне пришлось скрыть его от отца. Если бы Николай I узнал, что любимая дочь вышла замуж за обычного графа, он бы расторг брак и отправил бы Марию Николаевну в монастырь. Взошедший на престол Александр II узаконил брак сестры, но запретил ей появляться в обществе с новым мужем.
В результате Мария Николаевна была вынуждена жить с супругом за границей. Брак ее со Строгановым также вскоре распался. После этого Мария Николаевна «пустилась во все тяжкие». Под конец жизни она превратилась в исхудавшую, опустившуюся старуху, мало, чем напоминавшую царскую дочь. Такой была судьба высокородной бабушки Дарьи Лейхтенбергской.
Морганатический брак родителей
Отцом Дарьи стал один из сыновей Марии Николаевны и Максимилиана Лейтенбергского – 5-й герцог Лейхтенбергский Евгений. Как и его мать, Евгений рос свободолюбивым молодым человеком и в молодом возрасте заключил морганатический брак с симпатичной фрейлиной Дарьей Опочининой, правнучкой Кутузова.
Родителям Дарьи повезло. Император Александр II был человеком увлекающимся и любвеобильным и к морганатическим бракам относился лояльно. Как известно, в последующем он и сам женился подобным образом на княжне Екатерине Долгоруковой. В любом случае наказывать Евгения или гневаться на него Александр не стал. Император признал брак родителей Дарьи и даже даровал ее матери титул графини Богарне.
Брак Дарьи Опачининой и Евгения Лейхтенбергского оказался счастливым. Но счастье молодоженов продлилось недолго. Производя на свет Дарью, ее мать скончалась. Таким образом, едва родившись, несчастная девочка осталась практически сиротой.
На попечении бабушки и теток
Поскольку отец Дарьи был человеком военным и занятым, ее воспитанием занялась ее бабушка – Мария Николаевна. Мария Николаевна тогда уже развелась со своим вторым морганатическим супругом и жила в Европе, куда и забрала внучку. В Европе Дарья сначала жила в Париже, а затем окончила гимназию в Германии.
Обучение в гимназии Дарье, видимо, уже оплачивал отец или кто-то из ее многочисленных тетушек. Мария Николаевна скончалась, когда Дарье исполнилось всего 6 лет.
После окончания гимназии Дарья вернулась в Россию и поселилась в том же Мариинском дворце своей бабушки, в котором и родилась. Позднее, когда дворец забрали в казну, она жила в особняке на Английской набережной. К тому времени Дарья, или Долли, как ее звали знакомые, превратилась уже в симпатичную девушку с таким же эксцентричным характером, как у ее бабушки и отца.
Эксцентричная герцогиня
Начав посещать балы и приемы, Дарья быстро втянулась в петербургскую светскую жизнь. Ее молодость, красота и европейский лоск, конечно же, сразу привлекли к ней множество поклонников. Вскоре Дарья встретила и свою судьбу. В возрасте 23 лет она вышла замуж за князя Кочубея, который был на 8 лет старше нее.
Муж Дарьи был человеком небедным и к тому же настоящим красавцем. Но это не оставило эксцентричную и своевольную княгиню, привыкшую жить только по своим правилам. Хорошей супругой и матерью стать Дарье было не суждено. Княгиня родила мужу двоих детей, но после нескольких лет брака бросила семью и уехала во Францию, якобы на лечение.
К тому времени Дарья по какой-то причине уже в пух и прах рассорилась со своим отцом Евгением Лейтенбергским. При этом ссора отца и дочери была настолько серьезной, что Евгений даже лишил Дарью наследства. С чем это было связано доподлинно неизвестно. Но возможно, причина была той же, из-за которой Дарье на самом деле пришлось бежать во Францию.
Неприязнь к императору
В свете поговаривали, что Дарью ожидало не только лишение наследства от отца, но и более серьезное наказание – уже от императора Николая II. Причиной гнева государя на Дарью стал ее невоздержанный язык. Как и ее отец, сама будучи представительницей правящей семьи, Дарья в салонах плохо высказывалась о Николае II и об императрице Александре Федоровне.
Обстановка в России в то время была сложной. Николай II и Александра Федоровна не пользовались популярностью ни в народе, ни среди вельмож, ни даже среди своих родственников. К критике императору и императрице поэтому было не привыкать. Но видимо, в отличие от других недоброжелателей царской семьи, Дарья сделала что-то настолько эксцентричное, что лопнуло даже терпение Николая II.
Во Франции, за границей Дарья однако прожила всего год. В 1912 года она вернулась в Россию и развелась с супругом. Путешествуя обратно из Франции в Россию, Дарья познакомилась с морским офицером бароном Владимиром Гревеницам. Вспыхнувший роман закончился свадьбой, состоявшейся в том же году.
Темная история
По происхождению барон был не парой герцогине Лейтенбергской. Однако Николай II на него гневаться не стал. По легенде, узнав о том, что Владимир женился на Дарье, император сказал: «Зачем его наказывать. Он сам себя наказал». И действительно, уже через два года после свадьбы Дарья и Владимир расстались.
История разрыва отношений между герцогиней и бароном при этом оказалась темной и достаточно мрачной. Владимир Гревениц влюбился в одну из оперных певиц и просто-напросто бросил супругу. Роман с певицей у офицера однако не сложился. Из-за, согласно официальной версии, Владимир свел счеты с жизнью.
Однако в ходе следствия выяснилось, что в день гибели к барону заходила некая дама. При этом выстрелил в себя Владимир почему-то из дамского пистолета. Улики указывали на Дарью, однако под следствие полиции она все же не попала.
Красный флаг над лазаретом
С началом Первой мировой войны Дарья окончила курсы сестер милосердия и отправилась на фронт. Там она и оставалась до самой революции. По воспоминаниям современников, узнав об отречении Николая II, Дарья была необыкновенно рада. Несмотря на то, что она была правнучкой императора, революцию она приняла с огромным энтузиазмом. Известно, что герцогиня даже распорядилась повесить над своим лазаретом в Баварии красный флаг.
В Россию Дарья однако не вернулась. На родине дедушки Максимилиана – в Баварии, ей предоставили баварское гражданство. В 1918 г. же по какой-то причине Дарья изменила решение и все же отправилась в России. Почему она так поступила, доподлинно неизвестно. Но сама Дарья объясняла свой поступок приглашением Ленина. Якобы герцогиня встречалась с вождем в Швейцарии, и тот сказал ей: «После революции обязательно приезжайте в Россию, не пожалеете».
Рыцарь-благодетель
Вернувшись в Петербург, Дарья едва не умерла от голода и холода. Оказалось, что в ее квартиру в столице уже вселились новые жильцы. Когда Дарья постучалась в дверь, ей открыл незнакомый человек и сказал, что она может хоть сейчас забрать свою мебель, но в квартиру он ее не пустит.
На улице стоял мороз и неизвестно, чем бы кончилось дело, если бы замерзшую Дарью не увидел и не спас бы австрийский подданный Виктор Маркезетти. Виктор пожалел несчастную женщину и отвел ее в свою шестикомнатную квартиру. По крайней мере, именно так эту историю рассказывала сама Дарья.
Как могло быть на самом деле
Как бы там ни было, с Маркезетти в последующем Дарья прожила гражданским браком до конца жизни. Некоторые исследователи предполагают, что возвращение Дарьи в Россию не было таким уж непредсказуемым и сумасшедшим поступком, как это выглядело со стороны. Возможно, на самом деле герцогиня познакомилась с Маркезетти и завела с ним роман еще за границей.
Когда Виктор отправился в Россию, Дарья решила последовать за ним. Ведь Маркезетти, помимо всего прочего, был небедным человеком и мог обеспечить герцогине достойную жизнь, в том числе и на родине. В любом случае приезд с Маркезетти в Россию избавлял Дарью от тягот эмигрантских скитаний за границей.
Странная библиотекарша
Помимо жилья, Виктор обеспечил герцогиню и работой. Сам он служил в издательстве «Всемирная литература» Максима Горького, куда вскоре приняли и Дарью. В этом издательстве супруги проработали до 1924 г. После расформирования «Всемирной литературы», они перешли на службу в Публичную библиотеку.
Известно, что другие сотрудники библиотеки несколько побаивались Дарью и Виктора, считая их агентами ОГПУ. И такое мнение о супругах сложилось не без основания. К примеру, в 1924 г, обычная библиотекарша Дарья Лейхтенбергская отправилась в отпуск не куда-нибудь, а в Финляндию. Здесь она целый месяц «отдыхала» в доме генерала Маннергейма.
Странным, по мнению сотрудников библиотеки, было и само поведение герцогини на работе. Дарья постоянно рассказывала другим библиотекаршам о своих высокородных родственниках, называя, из дядюшками, тетушками, кузенами и пр. Также, входящим в библиотеку посетителям она каждый раз протягивала руку для поцелуя. Зачем она так делала, никто не знает. Ведь руку ей все равно никто никогда не целовал.
Донос
Почти целых 10 лет после революции, таким образом, Дарья прожила в советской России вполне обеспеченно и спокойно. Первые проблемы у правнучки Николая I начались в 1927 г. В этом году Дарья получила советское гражданство, а через некоторое время в «Красной газете» вышла разгромная статья про нее и ее супруга Виктора. Эта статья напоминала стандартный донос, которые в то время не были редкостью.
Вся Публичная библиотека охает по поводу тех безобразий, какие творятся заведующим иностранным отделом гражданином Маркезетти и герцогиней Дарьей Лейхтенберг – правнучкой Николая Палкина. В то время, когда библиотека за отсутствием средств не может выписать научную литературу, Маркезетти бросает на ветер сотни рублей, чтобы выписать то, что нравится его жене, в том числе журналы мод «Фетина» .
Герцогиня, полная антисемитского негодования, говорит, что три «жидовские морды» думают о ней написать в стенгазету. У начальствующей супружеской четы большая квартира, блестяще обставленная награбленным государственным добром. Всех безобразий герцогини не перечесть. Но самое удивительное в этом деле то, что правнучке Николая Первого какая-то бабушка ворожит.
После выхода заметки, шестикомнатную квартиру Дарьи и Виктора уплотнили. Супругам оставили только две комнаты. Также Дарью уволили с работы. Три года герцогиня оставалась безработной. Но затем ее вновь приняли в Публичную библиотеку. На этот раз Дарью поставили заведовать спецхраном. То есть закрытым отделом библиотеки, куда обычным советским гражданам вход был заказан.
Повторила судьбу прадеда
Проработали Дарья и Виктор в Публичной библиотеке в последующем еще 6 лет. В 1937 г. их однако арестовали. Дарью обвинили в сокрытии происхождения, и одновременно с Виктором – в работе на австрийские спецслужбы. На допросе 67-летняя уже Дарья подписала документ со всеми предъявленными ей обвинениями.
Через некоторое время «красная» герцогиня была расстреляна. Таким образом Дарья повторила судьбу своего прадеда – виконта Александра Богарне. Виконт принял Французскую революцию одним из первых среди дворян и стал сотрудничать с новыми властями. Однако в разгар террора он был гильотинирован.
Виктора Маркезетти продержали под арестом еще месяц, вынуждая принять советское гражданство. Когда Виктор сделал это, его также расстреляли.