Мы уже говорили, что восстановить события прошлого помогают архивные документы, публикации в старых газетах, чудом сохранившиеся до наших дней. Три номера подряд в январе 1902 года Амурская газета писала о болезни жены помощника брандмейстера.
Первая публикация, вызывающая опасение обывателей за собственное здоровье, под шокирующим заголовком «Отравление лекарством» была опубликована 25 января в №11 Амурской газеты.
«23 января, в 1 час дня, жена помощника Брандмейстера в пожарном обозе при полиции г-жа Бориско приняла лекарство, прописанное ей врачем Файнбергом и почувствовала себя худо. Тотчас-же было послано за врачем г. Бенедиктовичем. Больную пришлось отпаивать молоком. Боли ея усилились тотчас-же после приема лекарства и, хотя после молока и магнезии стало лучше, но положение ея весьма серьезно.
Чем объяснить подобный факт: перепутала-ли рецепт д-ра Файнберга аптека, или была ошибка в рецепте, или рецепт по обыкновению докторов был написан настолько неразборчиво, что даже и посвященные не всегда могут быть уверены в том, что правильно его прочли, - как-бы то ни было, но факт подобный вышеприведённому, не может не свидетельствовать, о том насколько небрежно относятся у нас к интересам пациентов».
Но как выяснилось, дело обстояло совершенно иначе, в погоне за сенсацией автор не удосужился собрать точную информацию. Редакция внесла ясность в воскресном номере за 27 января. Как оказалось жена брандмейстера страдала послеродовым малокровием, доктор прописал больной лекарство, какое обычно назначали женщинам в аналогичной ситуации. Аптека приготовила раствор строго по рецепту.
«Лекарство это в том виде, как оно прописано, даже принятое в гораздо большей дозе, не может вызвать отравления, а лишь легкое раздражение желудка, могущее проявиться рвотой. Таким образом в данном случае не могло быть и речи об отравлении, а болезненныя явления у больной по объяснению врача Файнберга были обусловлены совсем другой причиной».
Как оказалось, после приема препарата больная, захотела есть и скушала лишнего. У ослабленной родами женщины закружилась голова, она потеряла сознание.
«Тогда по телефону был вызван к больной доктор Файнберг, но так как он в то время делал операцию в больнице и не мог отлучиться, то был приглашен д-р Бенедиктович, который очевидно не разобрав дела, вывел заключение, что больная отравлена, составил в присутствии брандмейстера Сигулина и его помощника Бориско протокол и взял лекарство, заявив, что имеет его представить во врачебное управление».
Доктор Бенедиктович дал больной магнезию и молоко, а не общепринятое и обязательное противоядие (антидот). Женщина же вскоре оправилась от обморока, несмотря на то, что ей не назначили противоядие. А на другой день госпожа Бориско, по информации редакции, явилась к д-ру Файнбергу, выразив желание продолжать лечение тем же лекарством.
«Не входя в дальнейший разбор этого инцидента, мы должны выразить сожаление, что невольно впали в ошибку, полагаясь на заявление врача Бенедиктовича у постели больной о ея отравления и огласили этот случай в печати», - писала газета, признавая свою ошибку. Чем руководствовался доктор Бенедиктович, обвиняя коллегу в отравлении пациентки, можно только предполагать, но исключить конкуренцию за каждого потенциального клиента никак нельзя.
А спустя несколько дней, 1 февраля, в рубрике «Письмо в редакцию» было опубликовано письмо помощника брандмейстера такого содержания: «Милостивый Государь. Господин Редактор! В № 13 "Амур. газеты" в заметке под заглавием "пояснение к случаю мнимаго отравления г-жи Бориско" между прочим сказано, что она "на другой день явилась к г-ну Файнбергу выразить желание продолжить лечение тем-же лекарством". В видах восстановления истины принужден разъяснить, что ни я, ни моя жена к доктору Файнбергу после случившегося не обращались. Помощник брандмейстера Семён Федорович Бориско».
Вполне житейская история, которая могла произойти в любой благовещенской семье, ставшая достоянием общественности и попавшая на страницы газеты, спустя 120 лет стала настоящим кладом для собирателей истории пожарной охраны Амурской области! Столько важной информации поведала газета. Прежде всего, о том, что Семен Федорович Бориско, пришедший на службу в пожарную охрану Благовещенска в 1895 году в 18 лет (родился 15 апреля 1877 года), в январе 1902 года, когда ему было 25 лет, уже был помощником брандмейстера. Надо полагать, что служба его складывалась весьма успешно, и в пожарном деле он нашел свое призвание, кстати, доказательств этому предостаточно.
Семья помощника брандмейстера, как было принято в то время, жила «в пожарном обозе при полиции». Здание пожарного обоза в Благовещенске стоит на том же самом месте, на улице Пионерской, 47. Сейчас здесь располагается специализированная пожарно-спасательная часть Главного управления МЧС России по Амурской области.
И еще один немаловажный факт из жизни семьи Бориско: в январе у них родился второй ребенок, не исключено, что это был сын Василий, который в 1923 году нес службу в пожарной команде Благовещенска пожарным служителем.