Дало семечко плод. Но не сразу. Сразу оно в плотном пакете дремало. И вдруг смоченный поцелуем палец залез в пакет. Семечко первым среди братьев-близнецов сумело использовать свой шанс. Со всем старанием к нему припало, так хотелось наружу к светлой свободной жизни, полной влаги и всяких чувств…
Но не судьба. Спасительный палец, выставленный с ним обратно на свет, вдруг упёрся в землю и оставил там. Вот уж это-то в планы семени никак не входило. Только что покинул склеп, и тут же опять похоронили!
Семя полностью пробудилось, рассердилось и напряглось. Так напряглось, что все червячки, готовившиеся поживиться свалившимся к ним лакомством, кинулись врассыпную от предчувствия землетрясения.
А что? Многих такое негодование на очень великие дела сподвигло!
Вот и семечко, чтобы как-то самостоятельно выбраться к солнышку, начало бурную деятельность… Пришлось спешно растить ручки-ножки, раскапывать грунт, упираться что есть мочи… Даже, если бы над ним был бетон…
Не было никакого бетона, открылся яркий свет. Солнышко. Только странное какое-то. Двойное с чёрным ободком и дрыгало оно, смещаясь то вверх, то вниз… Это был глаз, внимательно наблюдавший за зелёным росточком через лупу:
-А вот ты какой, Мазарини!
Семечко очень удивилось, что, оказывается, у него есть имя. И довольно красивое.
А Лупоглазый тем временем зажёг рядом с ним маленькое окошечко и начал читать вслух:
-Мазарини….Это, друг мой, - французский кардинал…Такой, как Ришелье. Во какой у тебя предок! Так что по сортовым качествам ты должен быть выше всех! Порода, парень. Её, как ни крути, в мусор не стряхнёшь!
Потом он пошевелил длинным весёлым усом, как таракан, и замурлыкал песенку:
-Пока, пока покачивая
Перьями на шляпах,
Судьбе не раз шепнём:
Мерси боку…
Он стал пригребать землю к росточку, приговаривая:
-Если ты – Мазарини, то я, небось, точно– Д Артаньян!
Семечку показалось, что Лупоглазый его опять замурует. Но он под конец прикапывания облил Мазарини какой-то вонючей жидкостью и поставил над ним лампу:
-Наслаждайся жизнью, кардинал!
… И жизнь пошла буйная, как в «Трёх мушкетёрах», и совсем не безоблачная. Каждый день закалка, обливания… Мазарини за считанные дни вытянулся окреп. Теперь он радовался тёплому весеннему солнышку на подоконнике. Он стал богатырём... Но это смотря для кого. Ночью к нему запрыгнуло чудовище, мяукнуло и оттяпало огромными лапищами половину веток… Оказывается, раньше подоконник всецело принадлежал этому бандиту для наслаждения солнцем и тут вдруг - какой-то Мазарини... Извини – подвинься.
Даже Лупоглазому стало жаль питомца. Он два раза ткнул веником, как шпагой, это пристроившееся рядом грозное Мяукало. Потом сказал Мазарини:
-Не переживай, ещё есть время выздороветь и опять облил какой-то вонючкой и опять присыпал земли.
Чего переживать? О каком времени говорит Лупоглазый? Пока Мазарини лишь понимал, что его обозвали так в честь какого-то кардинала. А кто он, что он в этой жизни по своей собственной сути? – ему было невдомёк.
Тут на его ветках внезапно начали распускаться жёлтенькие цветочки. Стало совсем тепло. И Лупоглазый вынес Мазарини в какой-то прозрачный дворец. -Ну вот это как раз подходит для твоей важной особы», - вслух объяснил он свои действия.
Жёлтые цветы сразу же начали атаковать мухи, и опять зашёл в дверь, открытую жарким днём, ненавистный Мяукало. Он, как видно, чувствовал себя тут хозяином. И не прочь был свести старые счёты с кардиналом.
Как так и надо, повалил Мазарини всеми цветами на грунт, облил вонючей жидкостью и начал припорашивать землёй...
Бедный Мазарини приготовился к своей кончине. Сейчас выдерет лапищами с корнем. Но откуда-то опять появился Лупоглазый, теперь в его руках шпагой был черешок от грабелек. После короткого поединка Мяукало понял: нельзя обижать кардинала, которому служит мушкетёр! Путь в прозрачный дворец ему заказан надолго – надо было лечить рёбра!
А Лупоглазый надел петлю верёвки на голову Мазарини и подвесил её вместе с туловищем, привязав за крюк, свисавший с крыши.
-Ну вот и конец, - подумал кардинал – Вздёрнули! Не гильотина, так виселица. У французов с этим скоро: сегодня - кардинал, завтра - пропал!
…Но это был не конец, а начало. Мазарини вдруг почувствовал необычную силу, как тогда, закопанным в земле. Он пополз, цепляясь за верёвку вверх, одновременно наращивая мышцы. Цветы превратились в какие-то зелёные яблоки. Потом эти яблоки стали набираться солнца – желтеть. И наконец – на ветке покраснел огромный плод.
-Так вот ты какой Мазарини! - опять сказал Лупоглазый, заглянув однажды в прозрачный дворец. – Разреши попробовать на вкус.
Не дожидаясь ответа, он сорвал тяжёлый плод, понюхал своими усами, в которых затаился нос, и впился в вязкую красную мякоть…
Мазарини не почувствовал жалости к своему отнятому дитяте. Наоборот, ему стало легче. Другие чада на ветках ждали его соков, чтобы налиться и вызреть.
Он чувствовал, что чем-то должен отблагодарить своего Д Артаньяна, за спасение. И вот отблагодарил…
-Хорош! - похвалил Лупоглазый, утирая пальцами усы. - Надо тебя с моей Констанцией познакомить.
-Попаду я с тобой опять в какой-то переплёт. Сперва Мяукало чуть не угробил, теперь Констанции сдать хочет... - погрустнел Мазарини.
Но Лупоглазый не заметил его грусти:
-Только всё никак в толк не возьму: почему всё же ты называешься - Мазарини, а? – спросил он у растения. Мазарини молчал, как всякий овощ.
Лупоглазый Д Артаньян улыбнулся и сказал:
-Пойду в интернете ещё посмотрю: чем же ты похож на этого кардинала или он – на тебя? Может, характером. Потом расскажу. Договорились?
Мазарини лишь утвердительно кивнул головой. Овощи тоже всё понимают, но сказать ничего не могут. И люди об этом (в том числе и я) очень часто не догадываются.