Сергей сказал, что подумает, простить ли меня.
Это «подумаю» висело в воздухе, как туча перед дождём. Я цеплялась за него, как за соломинку, хотя знала: ничего не вернуть.
Но все свои сомнения и желания я теперь прятала глубоко внутри. Кому важно, что я чувствую? Главное попытаться сохранить семью ради дочери.. И ради "красивой картинки" перед родителями, друзьями.
Я знала, что получу только один негатив. Что в глазах всех я буду мразью и тварью, которая разрушила такую семью... Обидела такого мужчину.....
Хватит. Больше не буду ничего решать, выбирать.. Буду плыть по течению.
К тому же жизнь сама к этому подталкивала. Через неделю у Лизы был день рождения — семь лет.
Врать про папину «командировку» больше не получалось. Надо было праздновать. А какой праздник без отца?
Я пекла торт до полуночи, клеила гирлянды, улыбалась дочке, а внутри всё разрывалось: "Как быть дальше?"
Сергей согласился прийти ради Лизы. Мы оба притворялись — счастливая мама, заботливый папа. Но я так хотела верить, что это не маски. Что мы ещё можем быть семьёй.
Квартира гудела от смеха. Шарики, пицца, мой кривоватый торт с розовой глазурью и единорогами.
Дети носились, Лиза сияла, распаковывая подарки. Я надела платье, заколола волосы, улыбалась, пока скулы не заболели. Сергей был рядом — в рубашке, которую я утром погладила.
— Мам, смотри, какая кукла! — Лиза подбежала, глаза горели. Я присела, обняла её.
— Красота, солнышко. Нравится?
— Очень! — она повернулась к Сергею, сидевшему на диване. — Пап, а ты видел?
Он кивнул, улыбнулся — почти искренне.
— Видел, Лизок. Классная.
Дети завизжали, кто-то разлил сок. Я кинулась вытирать, Сергей встал помогать. Наши руки соприкоснулись, и я замерла, глядя на него.
Скажи что-нибудь.... Пожалуйста..... Но он отвернулся, ушёл к детям.
Когда Лиза задувала свечи, все хлопали, пели. Она загадала желание, а потом бросилась к Сергею, обняла его за шею:
— Пап, ты же не уедешь больше в командировку?
Комната затихла. Я затаила дыхание. Он посмотрел на неё и выдавил.
— Не уеду, солнышко, — чуть кашлянул. — Обещаю.
Лиза засияла, а я поймала его взгляд. Точно останешься? Он тут же отвёл глаза.
Праздник катился дальше. Я разрезала торт, разливала лимонад, фотографировала Лизу с подружками. Всё было как раньше — шумно, весело, тепло. Как будто не было измены. Как будто мы — снова семья.
— Мам, это лучший день! — Лиза обняла меня, засыпая среди подарков. Я погладила её, пряча слёзы.
Но вечером, когда гости ушли, а Лиза уснула, Сергей встал, потирая шею.
— Это ради неё, Ань, — сказал он тихо. — Не думай, что я забыл.
Я кивнула, ком в горле душил.
— Я знаю, — шепнула я. — Но я попытаюсь всё исправить, Серёж. Правда.
Он посмотрел на меня — долго, тяжело.
— Хорошо, — буркнул он и ушёл в гостиную.
********
Три месяца мы жили «как раньше». Я готовила завтраки, он отвозил Лизу в сад.
Я вернулась к клиентам, вела практику, старалась вести себя, как будто ничего не случилось.
Сергей приходил с работы, ужинал, смотрел новости. Но каждый вечер он уходил в гостиную, и я чувствовала: это не жизнь. Это затишье перед штормом...
Макса я заблокировала везде — телефон, соцсети, почту. Он пару раз писал с новых аккаунтов: «Ань, ты где? Скучаю». Я блокировала и их.
Хватит. Я хотела быть «примерной женой». Не из любви — из страха, что если всё раскроется я останусь без работы, без поддержки близких. Кто я такая без картинки "идеальной семьи"?
Но муж не был прежним. Молчание стало его бронёй. Иногда я ловила его взгляд — холодный, далёкий.
— Серёж, давай поговорим? — решилась я как-то вечером, стоя у двери гостиной.
Он поднял глаза от телефона, нахмурился.
— О чём, Ань? Всё сказано.
— Я хочу, чтобы у нас было как раньше, — голос дрожал. — Я виновата, знаю. Но так жить просто невыносимо. У нас дома такое напряжение, что скоро все лампочки перегорят. Ты думаешь Лиза этого не замечает?
Он фыркнул, покачал головой.
— О Лизе вспомнила? Ты серьёзно? — голос резкий. — Ты мне сердце вырвала, а теперь хочешь, чтобы я притворялся? Извини, я не могу. Я ради дочери тут.
— А ради себя? — я шагнула ближе, слёзы жгли. — Ты же тоже хочешь счастливую семью?
— Хочу, — он встал, глаза сверкнули. — Но не с тобой! Я не могу тебе верить, Ань! Каждый день думаю — а вдруг ты опять? Вдруг ты опять с ним?! Я не могу тебя видеть. Я ....
— Не будет никакого «опять»! — я закричала. — Макса нет! Я его вычеркнула! Только ты теперь, Серёж!
— А я не верю. НЕ ВЕРЮ! — он шагнул ко мне, голос дрожал от ярости. — Я на работе целый день в офисе, откуда я знаю, что ты дома делаешь "на удаленке". Я, блин, стал параноиком. Ты меня превратила в монстра!
Я не могла сдержать слёз. Он прав. Но что я могу сейчас сделать?
— Прости, — шептала я, хватая его за руку. — Ну как мне всё исправить? Ну, давай! Ударь меня, если тебе легче станет. Ну что ты хочешь от меня?
Он выдернул руку, потёр лицо, будто хотел стереть боль.
— Не знаю, Ань, — сказал он тише. — Пока не знаю, что ещё тебе сказать. Лучше закончим сейчас разговор.
Я кивнула, глотая слёзы.
— Я буду ждать, — прошептала я. — Сколько нужно.
Он ничего не ответил, ушёл в гостиную. Дверь закрылась. Снова.
*********
Недели тянулись. Я старалась ещё сильнее. Пекла Лизе блины, водила на танцы, улыбалась клиентам.
Но каждый вечер, когда Сергей молча уходил спать, я сидела на кухне и думала: "Это конец? Или ещё можно что-то спасти? А есть ли, что спасать?"
Однажды Лиза прибежала из школы, бросила рюкзак:
— Мам, папа сказал, что в субботу пойдём в зоопарк! Ты тоже пойдёшь?
Я замерла, сердце сжалось.
— Конечно, солнышко, — улыбнулась я. — Мы все пойдём.
В зоопарке Лиза носилась от жирафов к пингвинам, а мы с Сергеем шли рядом, молчали.
— Она счастлива, — сказала я тихо, глядя на дочку.
— Да, — буркнул он. — Ради этого и живём.
— Серёж, — я остановилась, голос дрожал. — Я знаю, что ты ещё злишься. Но я правда хочу знать, есть ли у нас шанс всё вернуть... Мне очень сложно так.
Он посмотрел на меня — долго, устало.
— Я не злюсь уже, Ань, — сказал он наконец. — Я просто… не чувствую ничего. Ты меня сломала. Давай позже поговорим.
Опять позже? Когда же все это закончится?
***********
А потом был юбилей родителей Сергея — 40 лет вместе.
Ресторан сиял огнями, столы ломились от еды, гости отдыхали. Свекровь в платье с блёстками поднимала тост за тостом, отец Сергея шутил про их молодость. Все говорили о любви, о семье, о «долгой и счастливой жизни».
— Детям нашим того же желаю! — свекровь посмотрела на нас, глаза сияли. — Сорок лет, как мы с папой душа в душу! Чтобы у вас с Анечкой также было!
Я улыбнулась, сжимая салфетку так, что ногти впились в ладонь. Сергей сидел рядом, молчал, глядя в тарелку.
Гости хлопали, кто-то крикнул: «Горько!» — для родителей. Но воздух густел, как перед грозой.
И вдруг Сергей встал. Поднял бокал. Зал затих.
— Не будет у нас с Аней такого, — голос холодный, твёрдый, как сталь. — Потому что мы разводимся.
Свекровь застыла, бокал выпал из её рук. Отец покраснел, гости зашептались. Я вскочила, сердце заколотилось:
— Серёж, что ты делаешь?! — голос сорвался на сип. — Давай выйдем, поговорим!
Он посмотрел на меня — глаза пустые, чужие.
— О чём говорить, Ань? — сказал он тихо, но все слышали. — Всё кончено.
— Не здесь! — я схватила его за руку, слёзы текли. — Не перед всеми, Серёж! Пожалуйста!
— А что, стыдно? — он выдернул руку, голос стал громче. — Ты хотела от меня решения? Вот оно! Ешь большой ложкой! Я больше не могу притворяться! Ты меня предала, Ань! Изменила мне. И я не хочу жить с этим!
— Я же просила прощения! — я кричала, не замечая гостей. — Я старалась всё исправить! Ради Лизы, ради тебя!
— Ради Лизы я останусь её отцом, — он шагнул к выходу. — А тебя я больше видеть не могу.
— Серёж, подожди! — я бросилась за ним, но он уже шёл к двери.
Свекровь вскочила, она явно не понимала, что происходит:
— Серёжа, сынок, что ты такое говоришь?!
Он остановился, обернулся.
— Прости, мам. Я не хотел ваш праздник портить. Так.... получилось... — он чмокнул её в щёку, пожал руку отцу. — Поздравляю, вы у меня крутые.
И ушёл, оставив родителей в недоумении. Впрочем, свекровь быстро взяла себя в руки и подключила главный козырь, чтобы отвлечь гостей: "пьяное караоке".
А я уже бежала к такси, не веря, что Сережа так поступил со мной. Это уже перебор. Да пусть катится теперь. Я еще стелилась перед ним!
******
Дома муж молча собирал вещи. Лиза спала. Я стояла в дверях, зло глядя на него.
— Серёж, ты перегнул, — сказала я. — Зачем надо было устраивать этот цирк? Родителям праздник испортил.
Он застегнул чемодан, посмотрел на меня.
— Ничего, извинюсь еще раз, — сказал он твёрдо. — Вот так я решил. Понравилось? Надеюсь, что да. Запомнишь это надолго.
— Ну ты и.... козёл, — я презрительно хмыкнула. — А я, дура, думала, что мы можем что-то вернуть. Почему честно не поговорил со мной? Не ушёл? Так нет же! Шоу ему захотелось! Скотина! Ну и вали теперь. Теперь я с тобой развожусь!!! Слышишь, ты???
— Ну и отлично. Теперь мы с тобой на одной волне. Наконец-то, — он шагнул к двери, остановился у Лизиной комнаты. Зашёл, погладил её по голове. — Я тебя люблю, солнышко. Всё у нас будет как раньше.
И ушёл. Как оказалось, он уже давно снял квартиру, чтобы туда съехать.
Развод прошёл быстро. Сергей, юрист до мозга костей, оформил всё чётко: квартиру, машину — оставил нам с Лизой. Мужской поступок, спасибо ему за это.
Но особенно чутко он следил, чтобы соблюдался их график общения с дочкой. Встречи у них были два раза в неделю по будням. А также — каждые вторые выходные месяца.
Лиза трудно переживала наш развод, но я отвела её к знакомому психологу. Мы с Серёжей очень трепетно относились к её состоянию. После встреч с папой она возвращалась счастливая. И это было главным.
А я?
Я сидела в нашей — теперь моей — квартире. На столе — уже привычный бокал вина и сыр. Подруги звонили, звали «встряхнуться». Я отказывалась. Хотелось побыть одной, прислушаться к себе, переосмыслить всё.
Счастлива ли я? Не знаю. Но точно знаю, что я теперь свободна. Я больше не жена нелюбимого мужа. Хотя бы дышать стало легче.
Но что мне делать дальше?
Мои размышления прервал звонок в дверь. Лиза сегодня у папы. Подруг я послала. Кто бы это мог быть?
Открыла. На пороге стоял Макс. Улыбался, как голливудский актер. Смотрел на меня смело, уверенно, как будто мы только вчера встретились в баре и закрутили роман.
— Слышал, ты развелась, — голос его был чуть хриплым, наглым. — Ну что, Ань, теперь ты готова впустить меня... в свою жизнь?
— Снова предлагаешь мне роль любовницы?
Он не ответил, просто в ожидании смотрел на меня.
А я смотрела на него. Сердце снова заколотилось в груди. Как бешеное. Мысли начали путаться: ночь с Максом, попытки вернуть Сергея, ужасный поступок бывшего мужа...
Да, чёрт возьми, не я одна в этой истории тварь. Все хороши.
И почему только я расплачиваюсь за свои ошибки? Да, возможно, я сейчас совершу ещё одну... Но жена Макса (рано или поздно) всё узнает.. Посмотрим тогда, как он запоёт... И что будет делать...
— Заходи, — сказала я тихо и широко распахнула дверь.
Рассказ целиком (4 главы) читайте в этой подборке)
Также, сейчас на Дзене появилась возможность отблагодарить автора через донат (если нравятся и цепляют истории): dzen.ru/id/6501e9bc93d00151fc65ba1a?donate=true