Что такое мультиформатное жилое пространство? Для чего нужны архитектурные исследования? Кого можно назвать успешным архитектором? Все это мы обсудили с главным архитектором проектов архитектурного бюро Генпро Екатериной Шкулевой.
– Как будет выглядеть типичная городская квартира через 5-10 лет?
– Зависит от спроса, который всегда является продолжением финансовой, политической, территориальной составляющей, задействована масса факторов. Сегодня в Москве мы наблюдаем устойчивый спрос на небольшие квартиры в новостройках средней площадью порядка 40 кв. м. К слову, городские власти настоятельно рекомендуют в строительстве, скажем, коммерческого жилья обращаться к нормам проектирования. А они гласят: площадь однокомнатной квартиры должна быть не менее 28 кв. м, двухкомнатной – не менее 44 кв. м. То есть жить в душных городских клетушках хотят все меньше. Идет пересмотр планировочной структуры студии как «пенала», отказ от апартаментов. Растет спрос на квартиры, представляющие собой не просто место для сна, а мультиформатное пространство, где можно заниматься творчеством, спортом и саморазвитием.
– Open space или компактные жилые ячейки?
– Все перечисленные элементы помещения будут актуальны. Как показывает практика, зачастую нужно планировать вариативность пространства, включать множество опций, наборов сервисов, услуг, приложений, отталкиваясь от пожеланий конкретных групп потребителей, своей целевой аудитории. Возможно, с повышением плотности городской застройки и увеличением высотности будет пересмотрен формат на смарт-жилье с капсульным типом планировки.
– То есть постепенно мы возвращаемся к опыту авторов Дома Наркомфина?
– Скорее, усовершенствуем подходы, используя, в том числе, этот опыт. История циклична, как говорится, нет ничего нового под солнцем. Меняется коэффициент технологического прогресса, но фундаментальные принципы остаются те же самые. Дом Наркомфина, как и другие «дома-коммуны», – наследие и опыт организации нового пространства для жизни, социальный эксперимент в разделении бытовых задач, имеющий как положительные, так и отрицательные стороны. Практика показала, что выносить повседневные бытовые процессы за рамки квартиры – крайне неэффективное решение. Позитивный опыт такого строительства – расширение придомовых функций, например, хранения, питания, работы, развлечений, спорта, и размещение их в шаговой доступности от здания. Такая практика широко используется при строительстве жилых комплексов. Так что будущее, безусловно, за многофункциональными, мультиформатными пространствами, здесь создатели Дома Наркомфина опередили свое время на десятилетия вперед.
– Сегодня строятся такие мультиформатные пространства?
– Конечно. Самый яркий пример – общежитие НИТУ МИСиС, еще одного «дома-коммуны». Его создатели полностью следовали традициям идеологов Дома Наркомфина. После реконструкции и реорганизации, помимо образовательной функции (усовершенствованные в технологическом плане классы и библиотеки), объект получил развитую инфраструктуру: бассейн, спорткомплекс, парикмахерскую, кафе и столовую, автономную котельную и прачечную. Проект, кстати, на протяжении трех лет занимает первое место в конкурсе лучших общежитий Москвы за счет развитой высокотехнологичной инфраструктуры и расположения: аптека, санаторий-профилакторий НИТУ МИСиС, стоматологические кабинеты, продуктовые магазины, парикмахерская, прачечная самообслуживания – все находится на расстоянии вытянутой руки. В коворкинге «Точка кипения – Коммуна» размещен Центр компетенций национальной технологической инициативы по квантовым коммуникациям, осуществляется межвузовское взаимодействие – обмен лучшими образовательными практиками и технологиями.
– Вы специалист по архитектурным исследованиям. Расскажите об этом...
– Архитектурные исследования и аналитика места, необходимой инфраструктуры, социальной составляющей – основа любого эффективного, качественного проекта. Городская инфраструктура, транспорт, организация общественного пространства традиционно считаются областью ответственности муниципальной власти и профессионального сообщества. Очень необычный пример архитектурного исследования – проект “Что хочет Москва” института "Стрелка" и Московского урбанистического форума. Основной смысл в том, что горожане имеют право принимать участие в формировании городской среды. Книга “Что хочет Москва” – это своеобразный атлас идей, предложенных горожанами, и решений, которые в ответ на этот общественный запрос разработали архитекторы.
– Какую роль в градостроительстве сегодня играет социальная инженерия? Может быть, пора вводить ее в программу профильных вузов?
– Уже вводят. Например, в Российском государственном университете им. А.Н. Косыгина есть отдельный Институт социальной инженерии. Там разрабатываются учебно-методические программы с максимально полной междисциплинарной подготовкой, опорой на три гуманитарные специальности – социологию, психологию и социальную антропологию. Дисциплина очень востребована и популярна. К слову, унификацию зрительского потока и планирование расположения зрителей в кинозалах начали изучать еще в начале 60-х годов на кафедре градостроительства МИСИ. Специалисты в области социальной инженерии имеют комплексную подготовку по ряду наук, применяя в своей исследовательской и практической деятельности знания и компетенции в области социологии, социальной психологии, физиологии, психологии, экономики и т.д. Это разносторонние, эрудированные, многопрофильные специалисты, востребованные в самых разных областях строительства, урбанистики, архитектуры.
– Кто из выдающихся архитекторов повлиял на вас?
– Заха Хадид научила меня воспринимать архитектуру как развитие и движение. Здания и сооружения, которые она спроектировала, – это не статичные объекты, а живые организмы, которые дышат, растут, развиваются, гармонично взаимодействуют с окружающей средой. Вдохновляет подход к выбору материалов Фрэнка Ллойда Райта, одного из пионеров органической архитектуры. Он умел находить красоту в естественной текстуре дерева, камня и стекла, создавая здания, гармонирующие с природой, идеально вписывающиеся в естественный ландшафт. Еще назову Рема Колхаса – импонирует его аналитический подход. Он не просто проектировал здания, а изучал контекст, историю и культуру места, чтобы создать нечто уникальное, нестандартное, выразительное и причудливое, одновременно традиционное и авангардное, архаическое и футурологическое.
– Что вы вкладываете в понятие «успешный архитектор»?
– Сегодня успешный архитектор – это не только художник-творец, но и грамотный менеджер, управленец, организатор, умеющий планировать ресурсы, время и бюджет. Важная составляющая успеха – кросс-профессионализм. Современная архитектура – междисциплинарная сфера, требующая взаимодействия с самыми разными профессиями: инженерами, дизайнерами, экологами, урбанистами. Нужно понимать основы смежных профессий, чтобы эффективно взаимодействовать с коллегами, быть открытым к новым идеям и технологиям, уметь интегрировать различные аспекты их деятельности (например, экологический аспект, энергоэффективность) в свои проекты. Еще один компонент успеха – коллектив. Ни один архитектор, каким бы гениальным он ни был, не добьется успеха в одиночку. Сильная и слаженная команда – залог успешной реализации любого, самого сложного и нестандартного проекта.
– Какую роль играет наш вуз в обеспечении отрасли талантливыми архитекторами?
–Вузы – настоящие двигатели прогресса. Конечно, НИУ МГСУ как ведущий центр строительного образования и науки представляет собой образовательный хаб, платформу, где гармонично соседствует наука, практика и образование, предлагаются передовые решения, оказывается значительное влияние на инновации и эволюцию мировой строительной науки.