Лидия Борисовна, забрав из шкафа свою пижаму, направилась к выходу из спальни.
- Лид, ты уходишь? – окликнул её супруг.
Он уже лежал на их широкой кровати под одеялом.
- Да. Посплю в Дашиной комнате. Спокойной ночи, Леш, - взялась она за ручку двери.
- Всё, что ли?
Глава 35
- А ты думал, всё останется по-прежнему? Всё изменилось, Лёш, всё…, - с горечью в голосе ответила она.
- Лид, но…
- Что «но»? Что? – стояла она у двери. – Какое «но» может быть? Нет никакого «но», и быть не может. Вот скажи, что бы ты сделал, если бы я тебе рога наставила? Хотя, так как ты, у меня всё равно бы не получилось, - усмехнулась она.
- Но можно же всё как-то решить…, как-то исправить, - сказал он.
- Решай…, исправляй, я тебе не мешаю. Спокойной ночи, - повторила она, открыла дверь и вышла из спальни.
Алексей Владимирович остался один.
«Если бы, да кабы…, невезуха сплошная. Как будто нарочно кто-то палки в колёса вставляет…, - думал он, комкая в руках подушку супруги. – Всё же было хорошо, пока Дениска не вручил кольцо этой дебилке… - стукнул он ладонью по подушке и откинул её в сторону. – И понеслось… Провал с объединением бизнеса. Ссора с Гужелёвым. Задержка машины с запчастями, - загибал он пальцы. - Машина пришла…, только духом воспрял…, Тимофей попросил выручить Эдика. Выручил на свою голову Гужелёва, и снова без запчастей остался… А теперь ещё и дочь появилась…, что с ней делать? Я же отец, надо как-то решить. Сюда привезти…, так Лидка с ней возиться не будет, сама так сказала, - он вздохнул.- Ну, Белов, почему молчал-то? Что мне теперь делать? Как решить? – задавал он себе эти вопросы уже не в первый раз за этот день. – Может правда, как Лидка говорит, попросить Ингу? Всё равно же со своим сидит. Ну, буду платить ей больше. А чё? Завтра поеду, и прямо с утра так осторожненько намекну ей про ребёнка. Только намекну, просить не буду. Я же не знаю, что Белов скажет. Может у него свои планы. Вот встречусь, тогда и поговорим с Ингой серьёзно…, - поправил он подушку и натянул одеяло до подбородка. Он немного отвлёкся от темы девочки и подумал о видео в телефоне супруги. – Откуда оно у неё? Когда появилось. Ну, ДНК ей Дашка принесла, а видео откуда? – недоумевал Алексей Владимирович. Он попытался вспомнить ту прогулку в парке. – Да, не было там знакомых, я точно помню. Может Гужелёвы? – промелькнула у него мысль. – А что? У Стеллы подруг полно. Она обижена. Подговорила подруг. Проследили. Сняли. Скинули на Лидкин телефон, - строил он свои версии. – Да, нет, как-то не вяжется…, не на Лидкин. На Дашкин? - Он на минуту задумался. – А может, это их малявка со своими подружками снимала и Денису отправила. Обиженка…, - впервые озлобленно подумал Алексей Владимирович о несостоявшейся невестке. Эта версия понравилась ему больше. – Какие мстительные…, - думал он о семействе Гужелёвых. – Ну, погодите…, вы меня ещё не знаете, - сжимал он шёлковый пододеяльник пальцами. А мысли в его голову лезли и лезли. Наконец, он так от них устал, что не заметил, как уснул.
Проснулся он, измученный кошмарным сном, как раз перед рассветом. Снилась ему Анастасия. Что она ему говорила во сне, он не помнил. Но хорошо запомнил, как она грозила ему пальцем с длинным синим ногтем, и смотрела на него своими глазищами.
Он машинально нащупал выключатель и, включив лампу на прикроватной тумбочке, сел на кровати, спустив ноги на пол, и вытирая со лба рукавом пижамы выступивший пот, прохрипел скрипучим спросонья голосом:
- Чего ты привязалась? Чего тебе надо? Я сказал, решу, значит решу. Отвяжись уже. Хватит. Ходишь тут, спать не даёшь. У меня кроме твоей дочери ещё есть дети, и о них тоже заботиться надо. Иди отсюда. К Костику иди, к родителям, к дочери, - откинул он одеяло и, встав, подошёл к окну. На востоке тонкой полоской брезжил рассвет. Алексей Владимирович распахнул сворку окна. – Кыш, лети отсюда, а то не успеешь, - выгонял он из спальни приснившегося духа…
**** ****
Лидия Борисовна тоже не могла долго уснуть. Она думала, как ей быть, как жить дальше.
«Закрыть на всё глаза и жить, как будто ничего не было, не получится. Дети не поймут. Были бы они маленькие, можно было бы сказать, что не развелась с их отцом ради них, принесла, так сказать, себя в жертву. Но они выросли. Дениска, наверняка, всё знает. Дашка рассказала. Они ждут от меня решения. А что можно решить? Ничего кроме развода, - с содроганием думала она. Развод её пугал. – Кому я буду нужна? Мне не двадцать, не тридцать и даже не сорок… Легко говорить, найдёшь кого-нибудь. Где их найдёшь? Хорошими мужиками не бросаются, - она вздохнула. – Жили столько лет. У него автосервисы, у меня магазины. Всё вместе. А теперь всё делить. Ладно, хоть детей делить не придётся, выросли, самостоятельные. – Со своего развода и пугающего предстоящего одиночества, её мысли унеслись к дочери. – Эх, Дашка, Дашка, я когда ещё тебе говорила, что бежать от Белова надо было. Убежала бы вовремя, одной проблемой меньше было бы. Ну, не для отца…, для тебя…, не так больно было бы. – Лидия Борисовна вздохнула. – Так, ну его нафиг развод, подождёт, не к спеху. – Махнула она рукой. - С Дашкой решить надо. У Белова ей не место…, квартиру ей надо. Можно конечно и снять. Ну, а зачем снимать, когда отец может купить. Вот, пусть и покупает. Разрушил дочке жизнь, пусть исправляет. «Решу…, исправлю…» - всплыли в мыслях Лидии Борисовны слова супруга. – Я завтра же потребую от него квартиру…, и пусть только попробует сказать «нет»…, я ему устрою…»
**** ****
Даша с самого утра складывала свои вещи в чемоданы и сумки. За пять лет их набралось в квартире Белова немало. Сначала она хотела забрать всё, что когда-то покупала. Но быстро отказалась от этой мысли.
«Зачем мне всё это? Каждая вещь мне будет напоминать о нем. А я не хочу…, не хочу. Куплю себе всё новое…, жизнь же у меня будет новой…, - складывала она в чемодан свои платья, костюмы, косметику и прочие личные вещи. Она взяла с комода свою шкатулку с украшениями, высыпала содержимое на кровать. – Так, возьму, только то, что сама покупала, его подарки, оставлю, - перебирала она украшения. – Хм, - хмыкнула она, - не так уж и щедр он ко мне был, - отметила она мысленно. – Ну, его тоже можно понять, он же помогал сестре…, дарил подарки им с Милой, - вспомнила она рассказ девочки в первый день их знакомства.
Два чемодана и большая сумка были собраны и стояли у дверей. Даша ещё раз прошлась по квартире, зашла в ванную комнату, забрала свою зубную щётку. – Пусть знает, что я уже не вернусь к нему никогда…, - посмотрела она на себя в зеркало и помахала рукой. – Прощай, больше не увидимся, - подмигнула она зеркалу и вышла из комнаты.
Сначала она хотела написать записку, но потом подумала, что не стоит. – Оставлю ключи на столе и захлопну дверь, поймёт», - думала Даша, сидя на диване перед уходом.
Так она и сделала. Спустилась на лифте. Погрузила чемоданы и сумку в свою машину и поехала на квартиру Дениса, где её ждала Лена. Она работала сегодня во вторую половину дня…