— А с чего ты взял, что я должна это делать? Ты мой муж, но ты правда думаешь, что ради тебя я продам свою квартиру? — с недоумением смотрела жена на Диму.
Он замер с приоткрытым ртом, как будто собирался что-то сказать, но слова застряли где-то на полпути. Вера стояла, скрестив руки на груди, прищурившись, словно пыталась разглядеть в его лице ответ на вопрос, который давно мучил: когда именно их отношения превратились в торговую сделку?
— Это не просто квартира, Дим. Это единственное, что у меня осталось от родителей, — она говорила тихо, но каждое слово, как острая игла, впивалось в сознание мужа.
Дмитрий Воронцов, тридцатитрехлетний коммерческий директор строительной компании, устало опустился на диван. Его высокий лоб прочертили глубокие морщины. Квартира Веры могла стать спасением в этой чёртовой ситуации, но теперь он понимал, что зашел слишком далеко.
— Вера, послушай, я не это имел в виду, — начал он, растирая виски. — Просто фирма на грани банкротства. Если мы не найдем деньги в ближайшие две недели, я потеряю всё. Всё, понимаешь? И тогда нам обоим придется начинать с нуля.
— Нам? — Вера усмехнулась. — С каких пор твои проблемы стали нашими? Когда ты подписывал тот кредитный договор, ты со мной советовался? Когда ты переводил деньги этому, как его... Ринату? Ты меня спрашивал?
Дима поморщился, услышав имя своего "делового партнера". Он и сам уже сто раз проклял тот день, когда поверил в грандиозный проект быстрого обогащения.
— Я хотел как лучше, — пробормотал он.
— Для кого, Дим? Для кого лучше? — Вера нервно заходила по комнате. Её голос звенел, но она держалась. — У нас с тобой был нормальный, средний достаток. Мы жили, как живут миллионы людей. Но тебе всё было мало, тебе хотелось большего! И вместо того, чтобы просто работать, ты искал какие-то сомнительные схемы, сделки, проекты.
Квартира, доставшаяся Вере от родителей, была её спасательным кругом. Небольшая двушка на окраине Москвы стала последним аргументом в споре с жизнью, с обстоятельствами, с непомерными амбициями мужа.
— Ты ведь мог сто раз пойти на нормальную работу, — сказала она тише. — Тех же менеджеров везде берут. С твоим-то опытом.
Дима резко встал.
— Я не хочу быть как все, понимаешь? — его глаза блеснули. — Я не рождён для того, чтобы сидеть в офисе с девяти до шести и радоваться премии в конце года. У меня большие планы, и да, я облажался сейчас, но это временно!
Раньше Вера восхищалась этой его уверенностью, этим напором. Сейчас это выглядело жалко.
— Ты даже не понимаешь, о чём просишь, — она покачала головой. — Это не просто стены и крыша. Это память. Здесь жили мои родители. Здесь я росла. Ты хочешь, чтобы я продала память ради твоих фантазий?
В дверь позвонили. Резкий, настойчивый звонок.
Вера вздрогнула:
— Ты кого-то ждёшь?
Лицо Димы исказилось.
— Никого я не жду. Может, соседи?
Звонок повторился, на этот раз дольше и настойчивее.
— Открывай, Воронцов! Знаю, что ты дома, машина твоя во дворе! — раздался грубый мужской голос.
Дима побледнел.
— Это Глеб, — прошептал он. — Не открывай.
— Кто такой Глеб? — Вера не узнавала собственного голоса. — Это ещё один твой "партнёр"?
— Вроде того, — Дима судорожно схватил телефон. — Я займу у кого-нибудь, отдам ему часть. Попрошу отсрочку...
Звонок сменился мощным ударом в дверь.
— Если не откроешь сейчас же, будет хуже, — голос за дверью звучал почти спокойно, и от этого спокойствия становилось жутко.
— У него пистолет, — едва слышно произнёс Дима. — Я видел у него оружие.
Вера почувствовала, как холод расползается по телу. Это было уже не просто банкротство и кредиты. Это было что-то другое, что-то страшное, из другого мира.
— Сколько ты ему должен? — спросила она.
— Три миллиона.
— Сколько?! — она не могла поверить своим ушам. — Откуда, Дима?
Он молча опустил голову.
— Открывайте, или дверь пойдёт нахрен! — крикнул Глеб и снова ударил.
Вера решительно направилась к двери.
— Ты что делаешь? — Дима попытался остановить её. — Он опасен!
— А ты думаешь, он уйдёт, если мы будем сидеть тихо? — она отстранила руку мужа. — Надо решать проблемы, а не прятаться от них.
Распахнув дверь, Вера увидела крепкого мужчину лет сорока с неожиданно интеллигентным лицом. На нём был дорогой костюм, а в руке — не пистолет, а смартфон.
— Здравствуйте, — растерянно произнёс он, явно не ожидая увидеть женщину. — Я к Дмитрию Воронцову. Меня зовут Глеб Аркадьевич, я представляю интересы компании "СтройИнвест".
— Проходите, — Вера посторонилась. — Дима дома. Он вас ждёт.
Глеб вошёл в прихожую, аккуратно вытирая ноги. От него пахло дорогим парфюмом.
— А где пистолет? — неожиданно для себя спросила Вера.
Глеб удивлённо поднял брови:
— Простите?
В этот момент из комнаты вышел Дима. Его лицо было белым, как полотно.
— Здравствуй, Глеб.
— Здравствуй, Дмитрий Алексеевич, — в голосе Глеба появились стальные нотки. — Ты, я смотрю, решил меня игнорировать? Не отвечаешь на звонки, на сообщения. Прячешься?
— Я собирал деньги, — пробормотал Дима.
— И как, собрал? — спросил Глеб, проходя в гостиную без приглашения.
— Пока нет, но скоро будут...
— "Скоро будут", — передразнил его Глеб. — Это я уже слышал месяц назад. И две недели назад. И неделю назад. А сегодня срок.
Он сел в кресло и закинул ногу на ногу, словно был хозяином в этом доме.
— У тебя было два пути, Дима. Признать, что проект провалился, и цивилизованно объявить фирму банкротом. Или решить всё полюбовно с инвесторами. Ты не сделал ни того, ни другого. Вместо этого ты решил кинуть всех, включая меня.
— Я никого не собирался кидать! — возмутился Дима. — Просто нужно время!
— Время вышло, — отрезал Глеб. — "СтройИнвест" завтра подаёт на вас в суд. А я лично буду счастлив дать показания о том, как ты выводил деньги через своего дружка Рината.
Вера смотрела на этих двоих мужчин и не понимала, как её жизнь превратилась в дешёвый сериал. Ещё недавно она планировала завести ребёнка, купить новую мебель, съездить на море. А теперь стояла посреди собственной квартиры и слушала разговор о каких-то миллионах, махинациях и судах.
— Подождите, — она подняла руку, останавливая спор. — Я ничего не понимаю. Дима, объясни мне нормально, что происходит.
Дима тяжело опустился на диван.
— Я взял кредит на развитие фирмы. Привлёк инвесторов, в том числе "СтройИнвест", где работает Глеб. Мы с партнёром Ринатом разработали схему быстрого строительства коттеджных посёлков по новой технологии. Всё было хорошо, но потом оказалось, что технология не работает как надо. А Ринат... — он запнулся.
— Ринат взял деньги и свалил, — закончил за него Глеб. — Но не только Ринат. Твоя подпись, Дмитрий Алексеевич, стоит на всех документах о переводе средств на левые счета.
— Я не знал! Ринат сказал, что это для оптимизации налогов!
— А суду это объяснишь? — ухмыльнулся Глеб. — Или твоей жене объяснишь, почему вместо "оптимизации налогов" деньги ушли на покупку недвижимости на Кипре, оформленной на какую-то левую фирму?
Вера почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она прислонилась к стене, чтобы не упасть.
— Дима, это правда?
— Я не знал про Кипр! — Дима вскочил. — Клянусь тебе, я не знал! Ринат всем занимался, я ему доверял!
— Доверял, — повторил Глеб. — А проверить не пробовал? Элементарную проверку сделать не пытался?
Дима молчал, опустив голову.
— Короче, так, — Глеб поднялся. — Завтра заседание совета директоров "СтройИнвеста". Я могу убедить их дать тебе отсрочку, если ты прямо сейчас покажешь, что у тебя есть хоть что-то. Хоть какие-то активы, которые можно продать, заложить, использовать как гарантию. Иначе — суд, и поверь, из этого дела раздуют показательный процесс.
Вера посмотрела на мужа и вдруг отчётливо поняла: вот оно. Вот почему он заговорил о продаже квартиры. Не чтобы начать всё с начала, а чтобы закрыть очередную дыру, расплатиться с очередными кредиторами. И потом будут новые дыры, новые кредиторы.
— У меня нет ничего, — тихо сказал Дима. — Все активы фирмы заложены.
Глеб покачал головой:
— Плохо, Дмитрий, очень плохо. Ну что ж, тогда до встречи в суде.
Он направился к выходу.
— Подождите, — вдруг сказала Вера. — У меня есть квартира.
Глеб остановился. Дима посмотрел на жену с надеждой.
— Нет, не эта, — уточнила Вера. — У меня есть ещё одна квартира. На Проспекте Мира. Я её сдаю.
— Вера? — Дима не верил своим ушам. — У тебя есть вторая квартира?
— Да. Я купила её три года назад на деньги, которые откладывала с зарплаты, — она не смотрела на мужа. — Эти деньги были на ребёнка. На нашего будущего ребёнка, Дима. Но потом ты начал свои бесконечные проекты, и мне пришлось думать о запасном аэродроме.
Глеб заинтересованно наблюдал за этой сценой.
— И сколько стоит эта квартира? — спросил он.
— Около четырёх миллионов.
Глеб присвистнул:
— А вы полны сюрпризов, Вера... как вас по отчеству?
— Андреевна, — механически ответила она. — Так вот, Глеб Аркадьевич. Я могу заложить эту квартиру. Но не ради Димы. А ради себя. Чтобы избежать скандала, суда, позора. Я не хочу, чтобы моё имя трепали в новостях как жену афериста. Я врач, у меня репутация.
— Врач? — переспросил Глеб, словно что-то припоминая. — Вы не в Центральной клинической работаете?
— Да, в кардиологическом отделении.
Глеб вдруг улыбнулся:
— Так это вы спасли моего отца в прошлом году? Аркадий Петрович Неверов, инфаркт, экстренная операция?
Вера нахмурилась, вспоминая:
— Да, был такой пациент. Сложный случай.
— Надо же, какое совпадение, — Глеб покачал головой. — Отец до сих пор вспоминает вас добрым словом. Говорит, если бы не вы, он бы не выкарабкался.
Вера пожала плечами:
— Я просто делала свою работу.
— Нет, не просто, — Глеб внимательно посмотрел на неё. — Отец рассказывал, что вы сидели с ним всю ночь, хотя ваша смена уже закончилась. Что вы лично звонили в Германию какому-то светиле, консультировались...
Вера смутилась:
— Это был сложный случай.
Глеб достал телефон:
— Я думаю, нам стоит всё обсудить более детально. Дима, ты не оставишь нас на минутку?
Дима непонимающе переводил взгляд с жены на Глеба.
— Ты хочешь поговорить с моей женой наедине?
— Именно, — кивнул Глеб. — Думаю, так будет лучше для всех.
Дима хотел было возразить, но под тяжёлым взглядом Глеба молча вышел из комнаты.
— Ваш муж попал в серьёзную передрягу, — сказал Глеб, когда они остались вдвоём. — То, что он натворил вместе со своим дружком Ринатом, тянет на реальный срок.
— Я понимаю, — Вера сжала руки в кулаки. — Поэтому и предлагаю залог. Моя квартира...
— К чёрту квартиру, — перебил её Глеб. — Я не собираюсь забирать жильё у человека, спасшего моего отца.
Вера удивлённо посмотрела на него:
— Но как же ваша компания? Три миллиона...
— Мой отец стоит дороже, — просто сказал Глеб. — Я найду способ уладить это с руководством. Скажу, что ваш муж нашёл инвестора, который закроет долг, но нужно время. Это даст вам передышку месяца на три.
— А что потом? — Вера не могла поверить в такой поворот событий.
— А потом... — Глеб помедлил. — Потом вашему мужу придётся отвечать за свои действия. Может, не в суде, но перед вами — точно. Он должен будет сам разобраться с последствиями своих решений. Я лишь даю вам время.
— Почему вы это делаете?
Глеб усмехнулся:
— Считайте это благодарностью за моего отца. И... — он вдруг стал серьёзным, — я вижу, что вы не заслуживаете того, во что вас втянул муж. Не хочу, чтобы вы страдали из-за его глупости.
Когда Глеб ушёл, пообещав связаться через пару дней с деталями договорённости, Дима вернулся в комнату. Его лицо выражало смесь облегчения и подозрения.
— Что ты ему пообещала? — спросил он. — Что за сделку вы заключили?
Вера устало опустилась в кресло:
— Никакой сделки. Просто иногда добрые дела возвращаются.
— Не верю, — Дима покачал головой. — Такие люди, как Глеб, ничего не делают просто так. Что ты ему предложила?
Вера внимательно посмотрела на мужа. Когда-то она любила его. Его энергию, амбиции, напор. Сейчас перед ней стоял испуганный человек, готовый верить в любой заговор, но не в обычную человеческую благодарность.
— Дима, ты не поверишь, но в мире есть люди, которые поступают правильно просто потому, что это правильно, — сказала она. — Я однажды спасла его отца. Не потому что рассчитывала на благодарность, а потому что это моя работа. И сегодня Глеб просто вернул долг.
— И всё? — Дима не унимался. — Он просто так простил три миллиона?
— Не простил, а отложил решение проблемы, — поправила его Вера. — У тебя есть три месяца, чтобы что-то придумать.
— Нам, — поправил её Дима. — У нас есть три месяца.
Вера покачала головой:
— Нет, Дима. У тебя. Я больше не участвую в твоих схемах. И не собираюсь продавать свою квартиру ради твоих долгов.
— Но у тебя же есть вторая! — воскликнул он. — Ты скрывала её от меня все эти годы! Мы могли бы...
— Нет, — твёрдо сказала Вера. — Эта квартира — мой запасной парашют. И, как оказалось, очень вовремя.
— Что ты имеешь в виду?
Вера долго смотрела на мужа, словно видела его впервые.
— Я ухожу, Дима.
— Что? — он рассмеялся, но в его смехе не было веселья. — Куда ты уходишь? Это твоя квартира.
— Да, моя, — кивнула Вера. — И я хочу, чтобы ты её покинул. Сегодня же.
— Ты шутишь? — Дима не верил своим ушам. — Ты выгоняешь меня в такой момент? Когда мне так нужна твоя поддержка?
— А где была твоя поддержка, когда я хотела ребёнка? — спросила Вера. — Где была твоя поддержка, когда я работала сутками в больнице? Ты даже не знал, что я купила вторую квартиру. Потому что тебя не интересовала моя жизнь, мои мечты, мои планы. Только твои проекты, твои амбиции, твои фантазии.
— Это неправда! — возмутился Дима. — Я всегда думал о нас! Все мои проекты были ради нашего будущего!
— Нет, Дима. Они были ради твоего будущего. В котором я была просто декорацией. Женой успешного бизнесмена, — Вера встала. — Я больше не хочу быть декорацией. Я хочу жить своей жизнью. И начну с того, что перееду в свою вторую квартиру. А ты останешься здесь и будешь решать свои проблемы сам.
— Вера, ты не можешь так поступить, — в голосе Димы звучала паника. — Мы же семья!
— Семья — это когда люди поддерживают друг друга, доверяют друг другу, строят будущее вместе, — Вера направилась в спальню, достала чемодан и начала собирать вещи. — А мы с тобой давно уже не семья. Мы просто два человека, живущих под одной крышей.
Дима наблюдал за сборами жены с нарастающим отчаянием.
— Что мне делать? — наконец спросил он.
Вера застегнула чемодан и повернулась к нему:
— Начать с начала, Дима. По-настоящему. Без схем, без иллюзий, без фантазий. Найти работу, платить по долгам, жить по средствам.
— Я не смогу...
— Сможешь, — она была уверена. — Ты умный, энергичный, у тебя есть опыт. Просто перестань гнаться за миражами.
— А мы? У нас есть шанс?
Вера задумалась. Она не хотела давать ложной надежды, но и не могла сказать, что всё потеряно навсегда.
— Я не знаю, Дима. Сейчас мне нужно время. И тебе тоже. Разберись со своими проблемами, найди себя, докажи себе, что ты можешь жить нормально, без авантюр. А потом... посмотрим.
Когда она вышла из квартиры, на улице уже стемнело. Вера глубоко вдохнула свежий весенний воздух. Впервые за долгое время она чувствовала не страх, не тревогу, а странное спокойствие. Словно наконец-то сбросила с плеч тяжёлый груз.
Её телефон зазвонил. Это был Глеб.
— Вера Андреевна, простите за поздний звонок, — его голос звучал взволнованно. — Я должен вам кое-что сказать. Ринат нашёлся.
— Нашёлся? — переспросила Вера, останавливаясь посреди тротуара. — И что?
— Он на Кипре, как и предполагалось. И готов вернуть часть денег в обмен на гарантии безопасности, — Глеб помолчал. — Я подумал, вам стоит это знать.
— Спасибо, Глеб Аркадьевич. Но я больше не занимаюсь делами мужа.
— Я понимаю, — он снова помолчал. — И ещё кое-что... Я не хотел говорить при вашем муже, но в нашей клинике открывается вакансия главного кардиолога. Хорошие условия, отличная команда. Я замолвил за вас слово перед советом директоров.
Вера удивлённо моргнула:
— Вы предлагаете мне работу?
— Я предлагаю вам шанс, — ответил Глеб. — Шанс начать новую главу в жизни. Если вы, конечно, этого хотите.
Вера посмотрела на ночное небо. Звёзды были яркими и чистыми, как будто кто-то протёр их тряпкой.
— Я подумаю, — сказала она. — Спасибо вам.
Идя по вечерней улице к метро, Вера думала о странных поворотах судьбы. О том, как одно доброе дело может вернуться сторицей. О том, как иногда нужно потерять всё, чтобы найти себя.
Ей предстояло многое переосмыслить, многое решить. Но впервые за долгое время она чувствовала, что управляет своей жизнью. И это было удивительное, пьянящее ощущение свободы.
Телефон снова зазвонил. На экране высветилось имя Димы. Вера помедлила секунду и сбросила вызов. Не сейчас. Сейчас ей нужно было прийти в себя, разобраться в своих чувствах, в своих желаниях.
Будущее было неясным, но одно она знала точно: больше никто не заставит её продать свою квартиру. Ни ради иллюзий, ни ради фантазий, ни ради спасения. Потому что иногда спасение приходит совсем не оттуда, откуда его ждёшь.