Из революционного прошлого Тулы. Газета «Тульская молва», изд. год IV, № 737 от 28 марта (10 апреля) 1910 г. Тула и революция — это сопоставление звучит странно. Во все времена Тула считалась надёжнейшим оплотом старого строя; массу тульских рабочих, как состоящую не из чистых «пролетариев», а из мелких собственников, многие a priori признавали неспособной воспринимать революционные идеи, и в прошлом, когда революционное движение не выходило из размеров кружковщины, у Тулы с этим движением, казалось, не могло быть ничего общего. И мало кому, вероятно, известно, что знакомые нам ещё по гимназическим учебникам революционные кружки 70-х годов пробовали основать свою деятельность и в Туле. Конечно, в высшей степени неудачно…
Так, весною 1875 года, когда члены так называемого «московского кружка» разъехались по провинции, в Туле играла видную роль известная революционерка Ольга Любатович. Однако, дело пропаганды шло здесь неважно, и в письме одного революционера от 19-го июня 1875 г. мы ч
Из революционного прошлого Тулы.
Газета «Тульская молва», изд. год IV, № 737 от 28 марта (10 апреля) 1910 г.
Тула и революция — это сопоставление звучит странно. Во все времена Тула считалась надёжнейшим оплотом старого строя; массу тульских рабочих, как состоящую не из чистых «пролетариев», а из мелких собственников, многие a priori признавали неспособной воспринимать революционные идеи, и в прошлом, когда революционное движение не выходило из размеров кружковщины, у Тулы с этим движением, казалось, не могло быть ничего общего. И мало кому, вероятно, известно, что знакомые нам ещё по гимназическим учебникам революционные кружки 70-х годов пробовали основать свою деятельность и в Туле. Конечно, в высшей степени неудачно…
Так, весною 1875 года, когда члены так называемого «московского кружка» разъехались по провинции, в Туле играла видную роль известная революционерка Ольга Любатович. Однако, дело пропаганды шло здесь неважно, и в письме одного революционера от 19-го июня 1875 г. мы читаем:
«Тульские ведут себя преступно. Огромное у них знакомство между рабочими, и еще ни одно революционной книги не читали…»
Далее в письме говорится:
«Если только почему-нибудь Ольге нельзя будет ехать в Тулу, то придётся отнять человека от вас в виду того, что там огромное знакомство и прелестная почва; нужно только подталкивание»…
Из этих строк видно, через какие увеличительные стекла смотрели тогда революционеры на действительность…
Другой факт еще более интересен. Когда организация «Народной Воли» окончательно распалась, была сделана попытка возродить её в Туле. Здесь известный народоволец и литератор Н. Богораз поставил тайную типографию, отпечатав в ней номера «Листка Народной Воли», много брошюр для рабочих и пр.
Ни к каким результатам попытка Богораза, разумеется, не повела: тульское существование «Народной Воли» было последней агонией её, после которой эта организация уже ничем и нигде себя не проявляла.
* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.