Лена в тот злополучный день была дома одна: варила курицу на суп и убиралась в квартире. Выходной же.
Её дочь Рената (на тот момент ей было 13 лет) ушла на день Рождения к подружке, в кафе, в ближайший торговый центр. Сказала, будет только вечером.
И тут звонок по телефону. Мужской голос, папа именинницы.
- Лена? Тут ваша Рената обожглась...
Лена не поняла:
- Как обожглась? Чем? Кипяток на себя пролила?
- Нет... Огонь...Разжигали...В кустах... Сейчас приехала скорая... - голос был странный, какой-то глухой, проваленный внутрь. Лена вообще никак не могла понять, что он говорит.
- В каких кустах???? Какая скорая??? Она в кафе, с подружками... Это какая-то ошибка. Алло! Алло!
...Рената и правда в полдень пошла на день Рождения к подруге, однокласснице. Праздник должен был быть в кафе, но уже на месте выяснилось, что бюджета на кафе не хватило, решили праздник перенести в лесопарковую зону - сходить на шашлыки.
На дворе июль, 2020 год, лето, после дождей, наконец, установилась хорошая погода. Все одеты по-летнему: легкие маечки, юбочки, топики, платьишки.
Дети стояли у мангала, смотрели, как отчим именинницы занимался костром. Точнее пытался развести огонь. До этого дня погода стояла дождливая, угли впитали сырость, никак не разгорались, слабенький такой был огонек, даже сосиски не пожарить. И тогда он решил подлить туда жидкость для розжига. В слабо горящие угли.
Вот здесь очень важно.
!!!! ПОМНИТЕ, друзья!!! Розжиг можно лить только на сухие холодные угли, без пламени. Ни в коем случае нельзя лить его на огонь и даже на тлеющие угли.
А этот мужчина то ли не знал, то ли забылся.
И плеснул эту жидкость, считайте, на открытое пламя. Огонь, естественно, пошел по струе, бутылка загорелась в его руке, и он рефлекторно отшвырнул эту бутылку с розжигом в сторону. И попал в Ренату.
Потом на суде он скажет, что отшвырнул бутылку не в девочку, а в дерево, а она от дерева просто отрикошетит. Даже если бы и так (хотя были свидетели, что всё было иначе), то что это меняет?
Рената поняла, что горит. В самом прямом смысле. Одежда, лицо, тело, руки, волосы - всё в огне. Она не кричала.
Во-первых, шок.
Во-вторых, задыхалась огнем, прямо вдыхала его (в трахее тоже были потом ожоги).
Рената упала, каталась по земле, пытаясь сама себя потушить.
И в этот момент виновник трагедии, желая помочь девочке, плеснул в нее водой, чем сделал только хуже.
!!! Друзья, ПОМНИТЕ!!! Жидкости вроде бензина/масла нельзя тушить водой!!! Потому что такая жидкость легче воды и всплывает на ее поверхности, что по сути увеличивает площадь горения. А капля воды, попадая в масло или бензин погружается вниз (потому что она тяжелее), мгновенно нагревается и превращается в пар, и этот водяной пар выбрасывает масло/бензин вверх огненным фонтаном, многократно увеличивая площадь горения.
То есть этот человек второй раз нарушил правила безопасности и усугубил ситуацию.
Тут прибежал родной папа именинницы и накинул на Ренату плащ. Таким образом он перекрыл доступ кислорода, и огонь погас.
Рената не кричала, но истово кричала мама именинницы, остальные гости растерянно молчали, находясь в шоке.
"Вызовите скорую", - прошептала Рената.
Скорую вызвали на ближайшую детскую площадку - в лес же она не доедет. К площадке Ренату несли на руках, она к тому моменту почти потеряла сознание.
Скорая приехала быстро, бригада попалась очень толковая. Врачи дали девочке адреналин и обезболивающее, и в автомобиль попросили войти самой. Оказывается, это они сделали специально, чтобы она не теряла сознание от боли. Задача была - довезти ее до больницы в сознании.
В этот момент дома Лена деловито и экстренно собиралась в больницу. Выключила курицу, вызвала такси, схватила документы, одежду, книжку, планшет и кружку. Она вообще не понимала масштабов произошедшего, поэтому внутреннюю панику вполне успешно регулировала.
У Ренаты был сильный ожоговый шок.
Ещё в скорой по пути врачи пытались обработать девочке раны. Говорили Ренате: "Мы дадим лекарство. Ты уснёшь". А уже в больнице её ввели в медикаментозную кому.
Из-за шока у нее отказали все органы, только сердце и мозг работали. Ренату интубировали, и 5 дней она провела в реанимации, на ИВЛ, в медицинской коме.
Всё это Лена узнала, когда приехала в больницу. В реанимацию нельзя. Да и в больницу нельзя: 20-й год, пандемия, ковид бушует.
К Лене вышел врач.
Сказал сухо, без эмоций:
- У пациента 30 процетов ожогов тела.
Лена сжалась. Ее мама работала медсестрой, Лена знала, что раньше даже 20 процентов ожогов тела - это практически смертельная история. А тут - 30.
Врач продолжал перечислять:
- Обе руки, живот, брюшная стенка, шея, лицо, волосы сгорели...
- Перепроверьте, - попросила Лена. - Не может быть, чтобы это с моей дочерью. Вы сказали "пациент", может, это не она?
- Это она.
- Что мне делать?
- Мы боремся.
- У меня тут кружка, планшет...
- Это не нужно. Какая кружка? Она в коме.
- Что мне делать?
- Мы делаем всё, что в наших силах.
- Может, дадите какую-то справку?
- О чем справку?
- Наверное, мне надо идти в полицию?...
- Я врач. Я пытаюсь сделать так, чтобы ваша дочь выжила.
- У меня ребенок теперь инвалид, да? Без лица, шеи и живота, да? Она не будет говорить?
- Давайте она сначала выживет. Не просите у меня ответов и гарантий, их нет. Состояние критически тяжелое, за нее даже дышит аппарат, - ответил врач и вернулся в реанимацию.
Лена вспоминает, что она говорила и действовала вполне прагматично, потому что шок от происходящего блокировал ее чувства. Она даже не плакала, и выглядело со стороны, как будто она даже не переживает. Например, она деловито позвонила коллеге. Предупредила, что не выйдет в понедельник на работу, продиктовала список дел, которые нужно сделать без нее.
- Почему? - спросил коллега. - Что случилось?
- Дочь в реанимации. Не известно, выживет ли, - буднично сообщила Лена.
Она была будто заморожена, внутри всё время билась мысль: "Почему такое случилось с нами? Мы же ничего плохого не сделали!"
Это главная иллюзия, что плохие вещи происходят с плохими людьми. А с хорошими - только хорошие. А мир - это не про справедливость. А про то, как человек справляется с несправедливостью.
Лена сидела в коридоре и гуглила информацию про ожоги.
Узнала, что ожог кипятком наименее травматичный для психики. На втором месте по концентрации шока для организма - огонь. Шкалит адреналин, иногда люди даже не теряют сознание, потому что шок не дает чувствовать боль. На третьем месте - электроожог. Самый лютый и страшный.
Медсестра принесла и отдала Лене пакет.
На нем было написано: "Отходы группы Б". Лена заглянула внутрь: топика нет, блузки нет - сгорели. Брюки, белье, носки, ботинки. Всё мокрое.
"Почему мокрое?" - удивилась Лена. Она не знала, что тот человек, что плеснул в Ренату розжигом, потом тушил ее водой...
Лена рассказывает, что это испытание стало проверкой для людей вокруг. Например, не все близкие оказались близкими. Кто-то говорил: "Я не могу такое", и отказывался помогать. Спасал себя от плохих новостей, ограждал от всего ужасного. А в то же время совсем чужие люди вдруг говорили: "Я тут, рядом. Вот связи, деньги, вот поддержка, вот плечо. Что надо сделать? Поставь задачу".
Лена очень хотела увидеть дочь. Но ковид, реанимация - никак. Плюс она понимала, что сама находится в таком состоянии, что может сделать только хуже.
- Я могу своей паникой, истерикой и отчаянием могу обокрасть ее силы и стремление жить, перетянуть внимание на себя, - говорит Лена. - От меня шел такой нервный фон, что ужас. От меня проблем было бы больше, чем помощи...
Плюс это же реанимация, там не только Рената, а во времена ковида входить туда - это риск огромный для всех. Поэтому Лена вымолила хотя бы фото.
И то фото... самое страшное фото в ее жизни. Обгоревшее тело дочери. И подпись: "Ожог 3Б-4. Некроз тканей". Лену трясло. Дико хотелось реветь в голос, кричать по-звериному, но... "Я не могу себе позволить уйти в ранимость. Я нужна своей дочери сильной и пробивной".
Вживую Лена увидела дочь спустя неделю. Её везли на операцию. Она выглядела как мумия. Вся в бинтах, вся на аппаратах, и всё такое огромное - руки, ноги - потому что отеки.
Лицо перебинтовано, видны только веки - и те обгорели до пузырей. Лена даже не поняла, что это Рената. В жизни она такая хрупкая, маленькая дюймовочка. А здесь и отеки и бинты добавили такой нереальный объём, что Лена охнула. Спросила пересохшими губами:
- Ей больно?
- Она на обезболивании...
- Наркотическом?
Ей не ответили. Лена понимала, что когда дочь выживет, им предстоит решить множество проблем, в том числе отвыкание от этого обезболивания, без которого сейчас никак. Иначе - адская боль.
И вот дальше борьба за жизнь и бесконечные трансплантации кожи. 5 лет уже они в этом живут. Профессионализм врачей и сила характера Ренаты сделали своё дело - она выжила.
Первая операция случилась на третий день после реанимации. Сняли кожу с бедра ноги и этой кожи хватило на руки и брюшную полость. Лучше всего приживается своя кожа. Хотя и она часто отторгается. И вот теперь жизнь Ренаты - это бесконечные пересадки.
Когда я спросила у Ренаты про мечту, она ответила устало:
- Жить просто жизнь. А не от операции до операции. Хочу, чтобы все медицинские дела отвалились. Просто жить без справок, инвалидности, операций по трансплантации, сложных реабилитаций, без бинтов, компресионного белья , без ожидания новых операций...
- Когда примерно это станет возможным, Рената?
- Пока не знаю. Я уже не верю, что смогу жить в отрыве от больниц. Я так хочу работать и учиться, а не болеть и лечиться...
Мы встречались в кафе. Меня предупредили, что я Ренату сразу узнаю. По повязке на лице и на шее. Но Слава Богу, на лице ожоги почти незаметны уже, если не приглядываться.
"Да, лицо почти спасли", - кивнула Лена.
А вот ниже... Рената показала шею и тело. Боже, нет слов. Я такие фото разместить не могу. Это будет манипуляция. Просто сразу очевидно, насколько сложно пришлось этой девочке.
Ренате сейчас 18 лет.
Она в свободное время между операциями подрабатывает бариста, и очень любит свою работу. На работе, если правильно одеться, незаметно. Она просто красивая девушка, которая делает капучино и улыбается.
Лена, ее мама, на вопрос про мечты ответила так:
- Хочу отремонтировать Ренату, а потом - свою щитовидку. Хочу, чтобы в моем ежедневнике были "маникюр", "бассейн", "встреча с подружками", а не справки, врачи и операции...
Но пока никуда не деться от справок, врачей и операций. Этот путь длиться уже 5 лет и еще не закочен. Опять нужны операции и реабилитации. Не всё это возможно по ОМС.
#АрмияВолшебников, Рената - такая красивая, такая хрупкая, такая нежная девочка. Настрадалссь так, что страшно представить. Но держится молодцом, все 5 лет. А мама вообще - умница, не представляю, как она продержалась на этом пути: от той обожженой фотографии из реанимации до вот этой улыбчивой девушки-красавицы с двумя косичками в кафе. Они классная команда, и у них общая цель - восстановление здоровье Ренаты.
- Рената, почти всё интервью говорила твоя мама. Ты молчала. Скажи, если бы мы были вдвоём, ты бы иначе рассказала эту историю?
- Я бы рассказала её медленнее. И вместо ответов, ревела бы. Поэтому хорошо, что есть мама...
Волшебники, ВОТ ТУТ можно обнять девчонок деньгами.
