Как будут следить за нецензурно выражающимися гражданами в общественных местах?
В ближайшее время штрафы за употребление мата в общественном месте вырастут в десять раз. То есть за одну неосторожно брошенную фразу можно вполне заплатить десять тысяч рублей. Справится ли русский человек без мата, тем более если есть песни, из которых слов и не выкинешь, в этом разбирался корреспондент «Известий» Павел Матвеев.
Кто постарше, помнят этот легендарный вопль после победы сборной России над Уэльсом — наши тогда вышли на чемпионат Европы. Кто еще постарше — и вот это помнит. А кто еще постарше — помнит даже это.
Вот телевидение. Допустим, мы делаем с коллегами вот этот самый репортаж. И за две минуты до эфира выясняется, что кто-то что-то сделал не так. Как, на каком языке объяснить человеку очень быстро, что что-то не так?
Милостивый государь, не соблаговолите ли вы переделать то, что вы сделали плохо, немедля? Это все хорошо, конечно, но сколько времени на это надо?
Да что там телевидение, давайте на стройку заглянем.
— Возможно ли в вашей работе без мата работать?
— Возможно, конечно (сказали строители с иронией. — Прим. ред.)
Заявить о нарушении может любой. В общественном месте — в метро, подъезде, во дворе. Везде, где есть посторонние. Это может сделать полицейский, просто составив протокол. Бдительные граждане тоже могут, но предъявив доказательства. Видеозаписи, к примеру.
В Интернете этим займется Роскомнадзор. А вот на стройке, как уверяют юристы, с точки зрения закона все же материться можно. Проступок это или нет — будет решать начальник.
Артистам и организаторам концертов с матюками придется совсем несладко: организаторы раскошелятся на 500–700 тысяч рублей — раньше, по словам авторов законопроекта, они вообще уходили от ответственности, перекладывая все на исполнителей. Теперь не получится. Артистов же будут штрафовать на 100–150 тысяч. Многие из них, впрочем, инициативу приветствуют.
«Я вижу школьников и студентов, в основном девочек, которые говорят девятиэтажным матом в торговых центрах. Даже замечания делать по этому поводу уже стало как-то не комильфо, потому что тебя самого еще обложат сверху донизу», — говорит лидер группы «Пилот» Илья «Черт» Кнабенгоф.
Но вот, например, есть школы мата, мол, «я им не ругаюсь, я им разговариваю». Там якобы учат верно материться. Бранные слова, как нам говорят, можно возвести в категорию искусства.
«Прорабатывается правильно, как говорить, в каких контекстах уместно говорить, где неуместно. Затем наполнять это слово энергией, чтобы донести суть и мысль, потому что это же можно говорить так, что оно не будет звучать вкусно и филигранно», — говорит специалист по коммуникациям Дмитрий Мезенцев.
И не смотрите, что гуру предстал пред наши очи в халате: о вкусах не спорят, дурное это дело.
«Есть некие правила поведения в обществе. И вот когда мы находимся в обществе, это некие самоограничения. Когда мы где-то в пустыне, в горах, в лесу живем, никого нет вокруг — хочешь в трусах ходи», — говорит доцент РУДН Владимир Пинаев.
В пустынях меж тем большинство из нас бывает редко. И чаще всего вокруг нас, допустим, дети. Или те, кому просто неприятен языковой мусор. Об этом нас и призывают задуматься. Хотя, возвращаясь к творчеству главных хулиганов русского рока, приходится признать, что…
Но только теперь, если закон примут, эта жизнь и эта смерть обойдутся в десять раз дороже. Наверное, это хорошо. Может, угроза штрафа кого-то остановит, когда захочется сказать: «Да как же вы все…».