Последний день нашего пребывания в Минске посвятили вольному шатанию по исторической части города. Я уже разобрался с планом столицы и расстояниями, поэтому пошли в Верхний город пешком сразу после завтрака. То, что рядом с гостиницей в парке поначалу принял за канал, оказалось речкой Свислочь, вдоль неё и пошли. Хотя был воскресный день, но горожан в прибрежных парках почти не было, если не считать бегунов и велосипедистов, которые периодически попадались нам на тротуарах. Местами на берегах встречались виды дикой природы, если не оглядываться на парк с аттракционами, а дикие утки на воде только усиливали это впечатление. И уж совсем меня порадовала встреча с двумя рыбаками, один из которых сидел в кустах с удочкой на другом берегу, а второй забрасывал спиннинг на нашей стороне. Мне удалось переброситься со спиннингистом несколькими словами на ходу — человек охотился на щуку. Чудный город! Если бы мне пришлось жить в городе, то хотел бы выживать в таком, где можно в центре уединиться на берегу речки с удочкой.
Попытка запечатлеть виды вдоль Свислочи оказалась разочарованием: сел аккумулятор фотоаппарата. Я, конечно, уже видел, что заряда осталось мало, но зарядное устройство с собой в эту поездку не взял, поправить дело было нечем. Пришлось таскать кофр с фотоаппаратом вхолостую.
Мы прошлись по Троицкому предместью, обошли Свислочь мимо памятника Пушкину к Дворцу спорта, а потом двинулись по улице Немига, намереваясь посетить несколько торговых центров. Это тема супруги, впрочем, и я хотел посмотреть электронику и прицениться к фотоаппарату Pentax – моей давней мечте.
Магазины показались мне намного скромнее, чем в нашем областном центре. А выбор фотоаппаратов оказался очень ограниченным, и цены такие же, как и у нас. Моей мечты в магазине не было. На полке увидел такой же аппарат, который лежал и у меня в кофре бездыханный.
Когда супруга нацелилась на торговый центр, где мне пришлось бы скучать, я вернулся в магазин фототоваров, сославшись на необходимость зарядить свой Nikon. Отдел фототоваров был пуст, за прилавком скучал молодой парень в возрасте моего сына. Когда объяснил продавцу свою ситуацию, он без лишних слов нашёл зарядное устройство и подключил его к сети с аккумулятором моего фотоаппарата, категорически отказавшись от оплаты услуги зарядки. Отзывчивые люди в Минске, но, как мне показалось, не любят вести разговоры о своём бытье с чужаками. Сразу настораживаются, если задашь невинный вопрос: «Как вам тут живётся?» Уходят от ответа или отделываются общими отговорками. Надо к людям подход искать, да и у самих времени на остановку нет, торопимся, бежим, чтобы побольше увидеть. А поговорить мне хотелось, да и зарядка аккумулятора — не минутное дело. Решил воспользоваться вынужденной паузой в экскурсионных забегах и вызвать парня на откровенность.
Рассказал парню откуда приехали, как живём, что видели в Беларуси, чем понравился город. Заметил, что настороженность у продавца к клиенту исчезла, понял, что я не засланный казачок, сам к нему пришёл, и вскоре он начал делиться со мной наболевшим. Я услышал старые песни о главном: хорошую работу получить трудно, на этой платят мало, жильё снимают, а это дорого, о своей квартире только мечтать приходится, на жизнь едва хватает, приходится крутиться. Не забыл он и том, что за границей живут лучше, но им путь туда заказан.
Ох уж эта заграница, которая непременно нам поможет! Знакомые иллюзии. Кому-то помогла…
В нашем областном центре плюнуть некуда — попадёшь в вывеску с латинскими буквами. Даже в нашем райцентре построили магазин, в названии которого появилось слово «Сити». Слава Богу, хоть по-русски написали. Но — Сити! Где наша гордость великороссов? Так и хочется задать гоголевский вопрос, да некому ответить правду. И мне нечего сказать белорусскому парню. Молодёжь считает нас — поколение отцов — отсталыми и ничего в новой жизни не понимающими. Не без того. Мы и сами в своё время были с усами, а толку…
Душевно пообщались с продавцом, но вышел я из магазина в растрёпанных чувствах: вблизи Батькино царство не такое благополучное, как казалось из моего двора. А хотелось, чтобы хоть одна из бывших советских республик показала образец светлого настоящего. Куда качнётся наш нынешний союзник, когда его припрёт нужда или зависть? Или всё вместе. А векторы уже обозначились.
Вернулись в Троицкое предместье, чтобы пообедать в тамошнем ресторане, а потом двинулись в каретный музей. Мы уже две попытки делали, чтобы его посетить, но каждый раз натыкались на закрытые двери. А именно их оформление обещало нечто невиданное в экспозиции. Этот раз нам повезло — музей был открыт.
Музей оказался в одно небольшое помещение, где стояли старинные гужевые транспортные средства. Хотя… Если учесть, что большую часть этих деревянных повозок я застал и даже пользовался ими, то старинными их можно назвать условно. Сам ты, Толя, - старина замшелая, а музейные экспонаты выглядят свежо. Новодел! Всё видано, не считая кареты и выездной коляски с откидным верхом. Были в нашем совхозе выездные одноконные коляски, но без верха и на одной оси. Бедаркой народ звал эту коляску.
Однако, старина замшелая взволновался при виде знакомых предметов далёкого детства и стал фотографировать экспонаты в общем виде и подробностями. И вычитывать на стендах забытые названия частей лошадиной сбруи. Сразу вспомнилось как трудно было мне, пацану, запрячь в отцовскую бричку пару лошадей: и роста не хватало, и силы было маловато, чтобы накинуть на шею лошади тяжёлый хомут. А лошади задирали головы, не желая впрягаться. С отцом они такого себе не позволяли, а над пацаном можно поизгаляться. Приходилось изощряться, чтобы самостоятельно справиться с лошадьми. Если отец доверил запрячь их в бричку, значит считает, что я дорос до этого поручения. Забирался в кузов брички и уже оттуда накидывал хомут на лошадей, которые теперь норовили отойти от брички. Лентяи, чтоб вас!
По дороге в гостиницу завернули к бронзовой губернаторской коляске, у которой мы уже фотографировались. Рядом с ней протянулась дуга ларьков с белорусскими сувенирами, жена что-то купила на память, а я увидел в парке местных мастеров со своими изделиями ручной работы. Были там и художники, к ним я и направился. Удалось поболтать с дамой, продававшей свои акварели с изображением букетов. Купить мы у неё ничего не купили, но беседой на рисовальную тему остались довольны и я, и художница.
Надо было и с продавцом фототехники про мегапиксели поговорить, а не за жизнь. И разошлись бы без эмоций, как в море корабли, а то тебе жалко парня стало. Береги спокойствие души, Толя!
Вот и закончилось наше пребывание в Беларуси. Много осталось за кадром. Я даже в музей изобразительного искусства не сходил. Придётся ещё раз приехать. Прощай, Минск! Мира тебе!