- Юра, но то, что было и в кошмарном сне не приснится!
- А если скажу, что мне она уже снилась.
- Кто?! – одновременно воскликнули мы с Томой.
- Лялечка!
- Ну, что ты такое несешь?! - я с укором посмотрела на брата.
- Поехали, - позвал он.
- Куда? – снова одновременно переспросили мы с Томой.
Юра ничего не ответил, а молча поднялся со стула. Мы с Томой в полном недоумении последовали за ним. В коридоре брат быстро надел обувь и первым вышел из квартиры.
- Юра, так куда мы едем? – снова спросила я, когда мы садились к нему в машину.
- Я покажу тебе кое – что, и ты все поймешь – сказал брат, заводя мотор.
Ехали мы довольно долго, и в какой-то момент я начала догадываться куда именно Юра нас везет. Наконец, брат остановил машину возле старой пятиэтажки, где когда-то жила наша бабушка. После ее смерти эта квартира много лет стояла пустая.
Поднявшись на второй этаж, Юрка открыл дверь своим ключом, и пропустил нас с Томой вперед. Как же давно я тут не была! Я думала, что за долгое время здесь все покрылось толстым слоем пыли и грязи, однако, к моему удивлению, в квартире пахло свежестью и было прибрано.
Мы прошли в комнату, и Юра тут же полез в шкаф. Оттуда он достал толстую, совсем обветшавшую от старости книгу и положил мне ее на колени.
- Двадцать пятую страницу открой, - тяжело дыша проговорил он.
Я молча открыла книгу и принялась перелистывать страницы, и хотя это было совсем ни ко времени, с интересом разглядывала каждую.
Наконец, я дошла до двадцать пятой страницы. Там лежал сложенный вдвое лист пожелтевшей бумаги.
Развернув его, я начала читать.
«Проклятие рода. В 1871 году на наш род было наложено проклятие. Все началось с того, что Аделаида Петровна, будучи потомственной ведуньей, отказалась вылечить грязную, больную оборванку. Побрезговала. За что та прокляла ее на смертном одре. А в скором времени Аделаиду Петровну стала преследовать череда бед и горестей. Казалось, что даже будучи мертвой, та оборванка портила ей жизнь, пока однажды не извела до смерти. Но только действие проклятия на этом не закончено. Оно переходит из поколения в поколение».
Прочитав это, я посмотрела на брата.
- И что это все значит?
- А ты еще не догадалась?
- Хочешь сказать, что Лялька – это наше проклятье?
- Какое еще проклятье? Вы… о чем говорите? – испугалась Тома.
Я молча протянула ей листок, на который подруга с удивлением уставилась.
- Алена, а зачем мне пустой лист? – спросила она.
- Он не пустой. На нем все написано.
- Там ничего нет!
Я выхватила у Томы листок, взглянула на него…Лист был абсолютно чистым! Как такое вообще возможно??! Ведь буквально пару минут назад я читала на нем про родовое проклятье.
Брат, видя мое замешательство, молча забрал у меня из рук лист и вложил обратно в книгу. А затем поставил ее на прежнее место. После чего, мы вышли из бабушкиной квартиры.
- Юра, я если честно ничего не поняла…
- Я тоже не до конца понял. Но, похоже, эта Лялечка появилась неспроста.
- И что же нам делать?
- Искать выход. Но сперва нужно забрать из Костиной квартиры бабушкину тетрадь.
- Предлагаю поехать к нему прямо сейчас!
Брат взглянул на часы.
- Поехали, но только если совсем быстро. Ждать, пока вы наболтаетесь с Костей у меня времени нет. Меня уже и так Катя совсем заждалась.
- Какая уж там болтовня! Мы туда – и обратно.
- Тогда, хорошо.
На подъезде к дому Кости я стала набирать ему, но к телефону наш приятель не подходил.
А я-то до последнего надеялась, что он вынесет мне тетрадь на улицу. Ведь мне было страшно подниматься к нему в квартиру. Но теперь стало очевидно, что другого выхода нет.
- Тома, Юра, посидите в машине, а я быстро туда и обратно, - сказала я, преодолевая внутренний страх, когда мы остановились возле подъезда.
- Я пойду с тобой, - сказал брат.
- Нет! Не нужно!
- Почему?
- Ну, а смысл всем нам идти туда целой делегацией?
- А что тут такого?
- Ты же сам сказал, что у тебя времени в обрез. А если Костя увидит тебя, то ему возможно захочется с тобой поболтать.
Брат с сомнением посмотрел на меня: - Чего – то ты, сестренка, темнишь!
- В прошлый раз там было дико страшно и творилась настоящая чертовщина. Поэтому Алена просто не хочет рисковать тобой! – вдруг выпалила Тома.
Я зло посмотрела на нее: мол, кто тебя просил говорить это вслух!
- А я не хочу рисковать своей сестрой. Поэтому пойду к Косте один. А вы посидите в машине!
- Нет! – я тут же выскочила на улицу.
Брат выскочил следом.
- Подождите, - закричала нам вслед Томочка, - Я с вами!
Но тут Юрка отрицательно покачал головой: - Нет, ты как раз, побудь здесь. Мало ли что.
Сказав это, он поспешил к подъезду. Наперегонки с ним мы стали подниматься по ступенькам. Что – то тяжелое и недоброе витало в воздухе. И чем выше мы поднимались, тем сильнее меня охватывал ужас.
Наконец мы поднялись на нужный этаж. Но тут заметили, что дверь в квартиру Кости приоткрыта.
Юрка вошел первым, я за ним следом. В квартире стоял затхлый, тяжелый запах, и слабо горел свет.
Войдя в комнату, мы увидели жуткую картину: весь в синяках и кровоподтеках на кровати лежал Костя, а его рука буквально почернела до плеча, она была вся раздутая и горячая.
- Костя! Костя! – закричала я, бросившись к приятелю, - Кто же тебя так?
Тут Костя посмотрел на меня мутным взглядом.
- Ты о чем? – прохрипел он.
- Кто тебя избил, я спрашиваю?
- Никто не избивал, - едва слышно ответил он.
- Костя, говори правду! Что с тобой случилось после того, как ты ушел от нас?
- Ничего не случилось! Я пришел и лег спать, - ответил Костя.
- Ты себя в зеркало видел? – спросил Юра.
Приятель отрицательно покачал головой, а затем попытался подняться, но тут же снова повалился на кровать.
- Так что же произошло, все – таки? – нетерпеливо спросила я.
- Говорю же, ничего не было. Я спал.
- А Лялька к тебе приходила?
Тут Костя сделал вид, что не слышит вопроса, и отвел взгляд в сторону.
- Лялька приходила? – громко повторил мой вопрос брат.
- Я был один, - упрямо проговорил Костя.
- И сам себя так разукрасил?
- Я не знаю, о чем вы говорите.
- Ты весь побитый. Да, и с рукой у тебя просто беда. Так и до ампутации недалеко.
Костя снова посмотрел на нас каким – то безумным взглядом.
- Она приходила ко мне во сне, - наконец признался он.
- Лялька? – уточнила я.
- Да. Мы занимались любовью!
- Костя, ты в своем уме? – выкликнула я.
Но тут глаза приятеля стали недобрыми: - Или ты забыла, что наяву я уже ни с кем не могу?
- Ладно, сейчас не время для разговоров, надо срочно действовать, - сказал Юрка, а затем перевел взгляд на меня – Поможешь мне Костю полечить?
Я с удивлением уставилась на брата.
- Нетрадиционным способом?
- Ну, а каким еще? В больнице-то ему руку ампутируют. Там уже гниёт все!
- Не знала, что ты умеешь лечить, - поразилась я.
Но брат ничего не ответил. Он зажег свечи, и принялся читать незнакомый мне заговор, который я стала повторять за ним. Юрка водил руками над Костей. Он изо всех сил старался помочь моему приятелю. Свечи сильно чадили, и трещали. В доме накалилась такая атмосфера, что у меня стало ломить виски.
Наши с братом силы стремительно уходили. И спустя минут пять я уже была как выжитый лимон.
Юрка тоже безумно устал, и в какой – то момент, стерев со лба пот, устало опустился в кресло, а затем затушил свечи.
- С тобой нужно работать и работать, но только не здесь! Тут сперва всю квартиру нужно чистить. А сейчас мы, считай, оказали тебе только первую помощь.
Однако, результат в прямом смысле был на лицо: синяки на теле Кости чуть побледнели, и рука уже была не настолько горячей, как тогда, когда мы только пришли.
- Костя, ты должен поехать с нами! - сказал ему Юра, - И еще: больше никогда не подпускай к себе эту Лялю. Ни под каким предлогом! Тем более, любовью с ней заниматься не вздумай! Даже во сне!
Костя кивнул в знак согласия.
- А где тетрадь Алены? – спросил Юра.
Костя пожал плечами.
- Я думал, что она ее забрала.
- Я не забирала.
- По крайней мере, я эту тетрадь больше здесь не видел, - Костя с трудом дышал, и говорить ему было тяжело.
Поэтому, оставив его в покое, мы с братом принялись искать по всему дому бабушкину тетрадь, однако ее нигде не было.
Наконец, сильно расстроившись, мы бросили свои бесполезные поиски, помогли Косте одеться, и поддерживая его с двух сторон, вышли из квартиры. Костя с трудом шел, постанывая от боли.
- Потерпи немного, сейчас в машину сядем, к Алене поедем. Там мы с ней тебя получше подлечим, - стал подбадривать Костю Юрка.
Выйдя из подъезда, мы подошли к машине. Тамара лежала, откинувшись на заднем сиденье. Я дернула ручку двери, чтобы посадить к ней Костю. Но дверь не открывалась. Тогда я постучала по стеклу, желая разбудить Тому. Однако подруга не реагировала.
Мы с Юркой тут же принялись по очереди дергать все четыре дверцы. Но они не поддавались. Все это было очень странно, потому что, уходя, Юра не закрыл машину, чтобы Тома могла выйти в любой момент.
Я снова принялась изо всех сил стучать в стекло. Но Тома по – прежнему лежала в той же позе и не реагировала.
- А если она мертва?! – вдруг промелькнула у меня в голове ужасная мысль, от которой меня бросило в дрожь.