– Приведите невесту, – темный владыка Оорон Всевластный расправил плечи и поправил мантию.
В величественных, начищенных до зеркального блеска колоннах из черного мрамора отражались силуэты, сгрудившейся в томительном ожидании нечисти. Демоны с уродливыми изогнутыми рогами, гаргульи с черными кожистыми крыльями, пышущие жаром драконы, двухголовые химеры, домовые, лешие, сирены – кого здесь только не было. Весь мир темных существ замер в предвкушении брачного таинства императора, властителя подземного мира, хранителя порядка и одного из самых могущественных существ по эту сторону света. Свет не проникал в царство мрака, он лишь маячил слабой границей где-то вдалеке бесконечного сумрака.
За прошедшие тысячи лет владыка почти не изменился. Волосы его были черней самой глубокой ночи, тонкие черты лица, почти не тронутые временем. Взгляд оставался острым и цепким, как любимый кинжал, с которым владыка не расставался ни на минуту. И лишь глубокая складка между бровей выдавала смутную, растущую день ото дня тревогу.
Тяжелые кованые двери с причудливым орнаментом открылись, и на пороге под руку с Борисом, правой рукой владыки, показалась невеста, старейшая из всех, кто когда-либо носил этот титул. Абсолютно седые волосы были распущены и струились по плечам, бледное морщинистое лицо было обтянуто почти прозрачной кожей, сухие жилистые руки слегка тряслись в такт мелким шаркающим шагам – все выдавало очень солидный возраст.
– Смотрите, она же совсем старуха!
– А родить-то сможет?
Со всех сторон послышались перешептывания, где-то даже смешки. Император поднял руку. Зал затих. Невеста с трудом поднялась по высоким ступеням к пышному брачному ложу, скинула тяжелую черную мантию и осталась в одной сорочке. Испуганный взгляд отразился гримасой боли на лице темного владыки.
– Не бойся, сначала будет немного страшно. Но ничего плохого я с тобой не сделаю. Располагайся, – Оорон жестом пригласил невесту на роскошное ложе.
Лицо женщины сморщилось еще сильнее, теперь уже в благодарной улыбке. Она легла, утонув седой головой в пышных перинах. Владыка навис над ней, собираясь с силами. Нечисть загудела на разные лады, точно обезумевший хор. Незаметным жестом Борис зажег черные свечи – они были везде: на стенах, холодном мраморе пола, огромных изогнутых люстрах. Гигантским змеем обвил властитель подземного мира тело невесты и в такт общему гомону стал раскачиваться в неистовом брачном танце.
Невеста вдруг задрожала и стала хватать ртом воздух! Глаза ее округлились, готовые вот-вот выскочить из орбит. Она стала сипеть, тело дрожало в агонии. Через минуту старуха была мертва.
– Да, что же это такое! – темный владыка скатился с ложа и жестом велел демонам выметаться из покоев.
– Не выдержало сердце, – печально констатировал подоспевший Борис.
– Помоложе не могли найти?
– Ваше темнейшество, так требования больно высоки. Мы и так почти сотню лет искали, чтобы и родилась ночью полной луны в день, который бывает раз в четыре года, да еще была бы совершеннолетняя и невинная и…
– Ни жива, и ни мертва, темной свадьбы ждет она, – закончил за него Оорон, – понимаю, что вам непросто. Но с годами я слабею, без наследника темная вселенная будет продолжать разрушаться, пока совсем не исчезнет. А если исчезнет темная вселенная, то мировой баланс нарушится. А это грозит погибелью и светлому миру по ту сторону тоже. Я сам найду новую невесту, подайте мои одежды.
Борис услужливо закивал и засуетился вокруг господина.
***
Хлоя, куратор Лондонской галереи искусств, расставляла картины вдоль стен, планируя предстоящую выставку. Хлоя пришла работать сюда сразу после окончания университета и за несколько лет выросла до куратора. Эта выставка была ее первым серьезным проектом, на который были приглашены меценаты и спонсоры галереи. Девушка очень волновалась.
Темные волосы были собраны в тугой пучок, черная шелковая блузка дополняла такую же черную юбку и туфли-лодочки на небольшом каблуке также черного цвета. Все это оттеняло бледную кожу с большими, будто нарисованными на холсте лица глазами с темными кругами от постоянного недосыпа.
– Как я люблю это мрачное средневековье, такая детализация. А какие сюжеты! Только посмотри, Кэти, – Хлоя схватила одну из картин. Там был изображен высокий мужчина в темных одеждах, держащий за руку беременную женщину. Мужчина излучал силу и превосходство, в то время как женщина скромно потупила глаза. Полотно называлось «Брачная церемония».
– Ты заметила? – продолжила Хлоя, не дождавшись ответа, – у мужчины на этой картине такие четкие черты лица, а у женщины, совсем стерлись, не могу разобрать. Странно, да?
– Тебя хоть что-нибудь интересует, кроме этих картин? Мне и так скоро предстоит целыми днями про них рассказывать, давай хотя бы сейчас о другом, – подруга пожала плечами и выскользнула из зала.
Хлоя поставила картину и отошла на несколько шагов, пристально разглядывая ее. Мужчина был одет в дорогой меховой палантин поверх старинного камзола из черного бархата, лицо выглядело карикатурным под широкополой черной шляпой. Женщина рядом была юна и скромна. Ее волосы были собраны в высокую прическу, простое платье подчеркивало порядком округлившийся живот. Рука девушки доверчиво лежала в ладони мужчины. Новобрачные стояли рядом с высокой кроватью, украшенной алым балдахином, в огромном овальном зеркале рядом с ложем отражались какие-то неясные тени. Разглядеть, кому они принадлежали, было совершенно невозможно.
Хлоя пристально рассматривала портрет. Вдруг ей показалось, что тяжелый взгляд жениха остановился прямо на ней. По телу пробежала дрожь, рубашка прилипла к спине. Хлоя потрясла головой и еще раз взглянула на картину.
Мужчина в упор смотрел на нее, и в этом взгляде было столько разных оттенков: от глубочайшей тоски и ледяного отчаяния до полыхающего пламени страсти и чего-то еще неуловимо притягивавшего девушку. Чем дольше Хлоя смотрела на картину, тем больше картина вглядывалась в нее.
Из оцепенения девушку вывел звук хлопнувшей в соседнем зале двери. Хлоя вздрогнула, поежилась от колючих мурашек и накинула на картину кусок ткани.
***
– Это точно она. Я ее чувствовал сегодня, я смотрел ей прямо в глаза. Срочно разузнайте мне все об этой девушке, – Оорон развалился в неудобном кованом кресле. Даже незначительные контакты с потусторонним миром его сильно выматывали.
Черти и демоны встрепенулись, повыскакивали с мест и стремительно бросились врассыпную исполнять поручение хозяина.
– Тьма над долиной бесконечности рассеивается, уже проглядывают очертания гор. Мы не хотели говорить вам, но мы рискуем потерять сумрачного змея, который скрывается во мраке, – Борис опустил голову.
– Да, мне уже сообщили. И про то, что сирены сходят с ума и выбрасываются на берег, и про горящие леса, в которых погибают лешие. Наш мир рассыпается на глазах, и я ничего не могу сделать, это так больно! – темный владыка закрыл лицо руками и сгорбил плечи. Сейчас он выглядел на всю свою тысячу лет, а то и старше.
***
– Завтра Грег пригласил меня на романтический ужин в честь моего дня рождения. Я думаю, он предложит переехать к нему, – Хлоя грустно улыбнулась.
– Оу! Празднуешь день в день? – съехидничала подруга.
Хлоя вздохнула, раз в четыре года она получала поздравления именно в день своего рождения, 29 февраля, а не до или после.
– И я, наверное, решусь перейти на новый этап отношений, – она сделала многозначительную паузу, будто ждала одобрения.
– Давно пора! Вы столько лет вместе, не понимаю, как он терпит твое целомудрие. И твой вечный траур, ты уже два года не снимаешь черное. И эта постоянная печаль, пора уже смириться с утратой и жить для себя. Ты же молодая, заведи семью, детей.
– Понимаешь, после той аварии, – Хлоя запнулась и сглотнула, – после смерти родителей я будто не жила вовсе. Все как во сне, жизнь на автомате: дом, работа, Грег. Я пуста внутри, ничего не хочется. Когда родители умерли, для меня как будто свет выключили. Я не знаю, как вернуться. Время не помогает, боль не проходит. Почему я не умерла тогда вместе с ними!
– Да что ты такое говоришь, тебе еще жить да жить!
– Мне все время кажется, что они рядом со мной. Я слышу их голоса, они приходят во сне. Я даже ходила на спиритический сеанс в надежде пообщаться с ними дольше, но все оказалось обманом. Ничего не вышло. И эта ведьма еще обвинила меня том, что «аура плохая».
– Э, подруга, так ты снова скатишься в депрессию. Может быть, тебе сходить к доктору Ньюман? Она в прошлый раз выписала неплохое успокоительное.
– Это все нервы. После выставки схожу, если не отпустит. Грег говорит, что все понимает и готов ждать. Но он все больше давит на меня, постоянно все разговоры вокруг да около. Думаю, завтра все случится, наверное.
– Наверное? Ты не уверена? Ты вообще его любишь?
– Да, конечно... Не знаю, все так сложно. Слишком много решений, я уже едва справляюсь. Сейчас для меня важнее всего собраться с силами и открыть выставку. А с Грегом – как будет. Не хочу загадывать.
***
– Я хочу ее видеть, мне нужен контакт! Готовьте ритуал, – Оорон властно взмахнул рукой. Хвостом следующий повсюду Борис крякнул от неожиданности и испуганно забормотал:
– Но ваше темнейшество, вам нельзя! Контакты с людьми лишают вас сил! Вы нужны темному миру, без вас он погибнет. Да и невесту вы можете напугать своим призрачным обликом.
– А без невесты погибну я! Увы, в образе милого пушистого кролика я не умею выходить на контакт. Если невеста все же станет властительницей темного мира, ей придется привыкнуть к тому, что здесь все не так красиво, как по ту сторону. Черт, мне позарез нужна эта девица, это наш последний шанс! Готовьте ритуал! – взгляд черных глаз пылал так, что даже привычный ко всему Борис отшатнулся и опрометью бросился расставлять свечи и причудливые каменные руны.
Множество чернокрылых крылатых тварей, похожих на огромных летучих мышей, взмыли со стен и закружились вокруг темного правителя в странном танце. Движение становилось все быстрее, пламя свечей плясало, рисуя на стенах уродливые тени. Темный правитель замер в центре этого безумного вихря, закрыл глаза и представил лицо невесты. Тело его ритмично раскачивалось в такт демоническому рою. Воздух внутри круга задвигался и исказился, как в кривом зеркале. Оорон открыл глаза – место зрачков заняла пустота, которая становилась все шире, поглощая постепенно все лицо. Спустя несколько мгновений ритуал был завершен. Обезглавленное тело темного правителя растерянно стояло посреди зала.
Борис посмотрел на часы, через несколько минут ему предстояло повторить ритуал, чтобы вернуть сознание и голову хозяина обратно. Чем дольше темный правитель находился в мире людей, тем губительнее это сказывалось на царстве тьмы.
***
Хлоя ехала к Грегу, полная противоречий и сомнений, но мужчина постарался, чтобы вечер прошел идеально. Он подарил невесте ключи от своей квартиры и ожидаемо предложил переехать к нему. Для пущей убедительности молодой человек приготовил на ужин фирменные стейки, украсил стол двумя высокими свечами и откупорил бутылку дорогого вина, урожай которого был собран в год рождения Хлои.
Негромкая музыка и расслабляющая атмосфера немного успокоили девушку. Молодые люди пересели на диван.
– Все-таки четыре года – достаточно большой срок, чтобы сделать следующий шаг в отношениях. Мы столько пережили вместе, пора бы тебе уже отпустить то, что случилось с твоими родителями, и пожить для себя... для нас, – Грег придвинулся совсем близко.
– Да, хорошо, давай попробуем, – чуть слышно прошептала Хлоя. Грег обнял ее и наклонился для поцелуя. Горячие губы мужчины настойчиво пытались прорваться сквозь броню, выросшую за годы горя.
Вдох, выдох, вдох, выдох. Девушка пыталась подавить панику, представить уютный дом с бегающими во дворе детишками, большую смешную собаку, грядку с розами, которые так любила ее мать. Ласки Грега становились все смелей, Хлоя позволяла, терпела.
Вдруг перед ее мысленным взором возник отчетливый образ мужчины с портрета. Глубокий внимательный взгляд прожигал сознание. Хлоя вздрогнула и открыла глаза, видение не исчезло. Напротив, оно проявлялось все сильнее и обретало уже не карикатурные, а вполне человеческие черты. Призрачный мужчина смотрел в разверзшуюся пропасть женских глаз так, словно пытался увидеть там отклик на его мольбу. В приоткрытое окно комнаты ворвался ветер, рот призрака исказился, и Хлоя услышала или скорее почувствовала, как он шепчет:
– Не надо, остановись. Будь моей! Ты предназначена мне!
Воздух в легких резко закончился. Тело жениха стало неимоверно тяжелым, жадные руки вдруг показались шершавыми, точно наждачная бумага, а губы отвратительно влажными. Хлоя извивалась, пытаясь вырваться из душных объятий.
– Пусти, Грег, не могу!
Мужчина, не понимая, не отпускал. Хлоя уперлась сжатыми в кулаки руками в его грудь и отчаянно ткнула коленом в живот. Грег отпрянул. Девушка, бледнея и краснея, пыталась отдышаться. Призрак исчез.
– Опять паническая атака?
– Прости, не могу, Грег. Наверное, еще не время. Можешь, пожалуйста, отвезти меня домой.
– Ты точно в порядке?
– Да, я просто хочу побыть одна.
Мужчина тяжело вздохнул, выключил музыку и задул слабо мерцавшие свечи.
***
Темный властитель без сил упал на пышное ложе. Тело ломило, голова налилась свинцовым туманом, в горле встал противный ком. Так плохо ему еще не было. Демоны во главе с верным Борисом суетились не в силах помочь. Из углов и щелей то и дело выползали, вылетали и выскакивали разные твари с донесениями о новых и новых пробоинах в темной вселенной. Тьма рассеивалась и погибала вместе со своим хозяином. Один из гонцов взорвался около кровати разу после сообщения.
– Господин, вам больше туда нельзя, – Борис с трудом подбирал слова.
– Но я не могу ее там оставить, я должен… Я нужен ей, а она – мне! Ты бы видел этот взгляд, в нем столько тьмы и боли, что хватит на всех!
– Я попробую помочь, если позволите. Стряхну пыль с книги заклинаний, попробуете пообщаться с невестой во сне. Это кажется более безопасным.
– А она не сойдет с ума?
– Гарантий нет, но, если вы еще хоть раз туда сунетесь, темный мир не выдержит. Уже ходят слухи, что к нам стали просачиваться люди.
Оорону было слишком плохо, чтобы спорить. Он устало закрыл глаза и провалился в пустоту забытья.
***
– Ты отказала ему? – взвизгнула Кэти на весь зал.
– Тише ты! Посетителей распугаешь! Я сказала, что еще не готова. В тот вечер у меня было очень странное и пугающее видение, не к добру это.
– Грег звонил?
– Нет, обиделся, молчит. Да и я не хочу его видеть, сейчас для меня важнее всего выставка, потом что-нибудь придумаю.
Хлоя перевела разговор на другую тему. Видение не давало ей покоя. Она изучила всю имевшуюся в сети информацию о картине, художнике и легендах происхождения сюжета, но ничего, что могло бы помочь, не нашлось.
Картина пугала. Мужчина с портрета занимал все мысли девушки. Его взгляд постоянно следил за ней и притягивал. Хлоя повесила картину в дальнем углу выставочного зала, чтобы лишний раз не проходить мимо.
Однако это не помогло. Девушке снились кошмары. Мужчина с тяжелым взглядом тянул к ней огромные руки, обнимал, и она вместе с ним летела в глубокую бесконечную пропасть мимо ужасных чудищ, уродливых существ и рогатых демонов. Временами Хлоя с криком проспалась, а иногда вдруг страх отступал, и казалось, что в этом хаотичном скоплении мрака ей тоже может найтись место.
– Это все нервы, – рассказывала она подруге, – я из-за выставки почти не сплю.
Ночные видения тем временем становились все разнообразнее, будто темный мир приоткрывал перед девушкой дверь и звал заглянуть. Хлоя была так измотана, что с трудом отличала реальность от сна. Иногда ей казалось, что монстры смотрят на нее в метро, на улицах, в галерее – словно невидимая граница стиралась, перемешивая сюжеты.
***
– Никого не хочу видеть. Оставьте меня одного.
– Но повелитель, этот гонец рвется особенно настойчиво. Если вы не примете его, меня сожрут, – голова Бориса торчала в дверях, а руками и ногами он яростно молотил воздух, пытаясь удержать гигантского мохнатого орка. Орк рычал, кусался, брызгал слюной и просил аудиенции повелителя.
– Ты слышал, что сказал господин, он влюблён и печалится. Невеста игнорирует знаки и избегает картины, через которую до нее можно было бы докричаться, – рявкнул Борис на чудовище. Он широко расставил ноги и руки, пытаясь устоять, но орк все-таки оказался сильнее, вышиб дверь и распластался у ног повелителя. Оорон нехотя приподнялся на ложе.
– Они прорвались, темнейший! Кладоискатели прорвались в каньон мрака и устроили охоту на бедного сумрачного змея. Нам еле удалось отбить его. А домового обнаружил и побил двухлетний ребенок, он притащил его за шкирку к маме, как какого-то котенка, и пытался нарядить в кукольное платье. И домовой не мог исчезнуть, он лишился всех своих сил. Гаргульи на Нотр Дам де Пари не ожили вчера ночью, так и остались стоять каменными изваяниями. Если в темный мир проникнет солнце, то демоны начнут лопаться, как мыльные пузыри. Посмотрите, даже я весь полинял, – орк поднял когтистую лапу, обнажив сморщенный кожистый зад. Темный владыка поморщился.
– Что ты хочешь от меня?
– Мы все просим, нет, умоляем – выйдите еще на один контакт с невестой. Вдруг получится? Мы готовы погибнуть за вас и за спасение темного мира.
– Да ты, что, туша! – набросился на орка Борис, – это гораздо быстрее нас всех погубит.
– Раньше или позже, какая уже разница? Так хоть попытаемся, вдруг она все же согласится? – огрызнулся монстр.
Темный владыка тяжело вздохнул и встал с кровати.
– Готовьте ритуал и дайте мне время соединиться с ее мыслями. Может быть, получится достучаться.
***
Хлоя не помнила, какой это по счету стакан кофе за сегодня. Выставка открылась накануне. Это был оглушительный успех! Посетители выстраивались в очереди за билетами, экскурсоводы, сменяя друг друга, без устали рассказывали о загадочных мирах и непростых судьбах талантливых художников.
Поздравления сыпались как из рога изобилия, а спонсоры уже предлагали обсудить следующие проекты. Девушка была счастлива и опустошена.
Очередной рабочий день подходил к концу. Кто-то окликнул ее по имени. Девушка оглянулась, но рядом никого не было. А голос тем временем продолжал настойчиво повторять:
– Хлоя, Хлоя, услышь меня…
Холодок пробежал по спине. Перед Хлоей висела злополучная картина, образы с которой не давали спать. Картина звала ее.
– Что же, надо принять свой страх лицом к лицу, – девушка подошла ближе, подняла взгляд и уставилась прямо в глаза мужчине на картине. Взгляд завораживал бездонным отражением тьмы!
Хлоя вспомнила, что взгляд Грега никогда не вызывал в ней таких эмоций. Девушка усмехнулась от мысли, что можно влюбиться в нарисованный на холсте портрет. Все страхи последних дней вдруг показались такими далекими, как будто здесь, перед картиной, она обрела свое место.
– Я здесь, – тихо сказала девушка, – я тебя слышу.
– Подойди ближе, не бойся.
– Скорее, готовьте, ритуал, – Борис носился вокруг замершего, словно статуя, господина, – владыка вошел в контакт. Портал может понадобиться в любую минуту.
Из темных углов вновь вспорхнули вверх и закружились в странном хороводе темные крылатые твари, ярко вспыхнули черные свечи, магические символы заняли свои места на холодном мраморе пола. Нечисть замерла в ожидании.
– Кто ты?
– Оорон Всевластный, император царства вечного мрака, куда не проникает солнечный свет.
– Зачем ты зовёшь меня?
– Я молю тебя стать моей невестой, родить наследника и спасти мой темный мир, да и твой тоже, что уж там.
– Почему именно я?
– Не знаю, но наши судьбы будто связаны. Я слышу твою печаль, чувствую твою боль, как свою. Долгие годы искал я себе невесту. Многих приводили, но ни одна не выдержала этой ноши.
– А я выдержу?
– Ты другая. Ты соткана из печали и тоски. Это не дает тебе радоваться свету, поэтому я предлагаю спрятать боль во тьме. Мраку, поселившемуся в твоей душе, одиноко среди людей. Здесь, в подземном мире ты будешь своей, обретешь дом и...
– Любовь?
– Надо мной уже даже орки смеются по углам. Не пристало темному повелителю вести себя, как влюблённому мальчишке. Я рискнул всем ради одного разговора с тобой. Просто поверил, что мое столь не подобающее статусу чувство взаимно.
Лицо Хлои пылало, в голове роился миллион вопросов. Неужели это все происходит с ней? Или это липкое болото безумия засасывает так, что она уже разговаривает с картинами. Оорон угадал ее мысли.
– Ты не сошла с ума. Темный мир рушится, свет и тьма просачиваются друг в друга. Но благодаря беде я смог докричаться до тебя. Увы, у меня очень мало времени, я слабею с каждой минутой.
– А как же моя жизнь здесь?
– Разве это жизнь? Парень, который тебе противен, горе, разрушающее тебя изнутри день за днем. И картины как единственное утешение. Я предлагаю тебе целый мир! Да он уродлив и неприветлив, он темен, но без него не будет и света.
Очередной вдох превратился в хриплый кашель, Хлоя поперхнулась застрявшим в горле вопросом. Но собравшись с силами, со свистом выпалила:
– Два года назад мои родители погибли в автокатастрофе. Скажи, есть шанс найти их в твоем мире и увидеться с ними хотя бы еще один раз?
– Неприкаянные души безвременно умерших иногда застревают во мраке. Я не могу обещать, что мы точно найдем их, но обязательно попытаемся… вместе.
Хлоя не могла оторвать взгляда. Властный бархатный голос темного владыки окутывал, как мягкий плед. Девушку чувствовала абсолютно сумасшедшее и противоестественное желание.
– Невеста готова, – раздался где-то глубине картины голос Бориса.
– У меня есть выбор?
– Ты вольна отказаться. В таком случае я тебя больше не побеспокою. Насильно я невест не похищаю. Обычай таков, что ты должна произнести вслух согласие на брачную церемонию. Без этого я не смогу тебя забрать.
Ноги девушки стали ватными. Комната расплывалась перед глазами. Она снова летела в черную пропасть, как в недавнем ночном кошмаре, но страха не было. Веки отяжелели, а губы почти беззвучно прошептали:
– Я согласна, повелитель. Я хочу быть с тобой.
Темнота. Бесчувственное тело Хлои закрутилось в воздушном водовороте и исчезло в глубине нарисованного на холсте огромного, в человеческий рост, овального зеркала. В выставочном зале стало тихо.
***
Коллеги и друзья тщетно разыскивали главного куратора выставки. Даже обращались в полицию, но девушка, как сквозь землю провалилась.
А через две недели в музей пришло странное письмо без обратного адреса. Хлоя сообщала, что с ней все хорошо, и просила не беспокоиться:
– Просто решила уехать: найти себя и сменить обстановку. Я очень вас всех люблю и буду ужасно скучать.
И долго еще, пока шла выставка, экскурсоводы рассказывали изумленным посетителям удивительную легенду о картине, на которой высокий господин в старинном черном камзоле заботливо держит за руку молодую беременную жену.
– Обратите внимание на лицо женщины. Когда мы открывали выставку, оно было едва различимо. А теперь черты проявились и подозрительно напоминают нашего бывшего музейного куратора. Хотите, верьте, хотите – нет.
---------------------
Рассказ - победитель конкурса литературного сообщества "Писательство" в номинации "Все покорно любви". Жанр - темное фентези