Найти в Дзене
Это мой блог

Афроугнетенным в Америке можно всё. Новое письмо Витька из Окленда

Из рубрики «Нам пишут!» В описании к моему каналу указан адрес электронной почты, на который иногда приходят весьма занимательные письма. Сегодня я снова решил поделиться одним из них. И, конечно же, с согласия автора письма и сохраняя его оригинальный текст. Здорова, брат! У нас тут Америка окончательно пошла в разнос. Я уж думал, после гей-пожарных, лесных фейерверков и латте с флагом Украины — хуже не будет. Ошибался. Представь себе:
Строю я беседку на заднем дворе, в бытовке держу инструменты — болгарку, шуруповёрт, ящик с саморезами и, прости господи, термос с борщом. Утром прихожу — бытовка вскрыта, всё вынесли. Даже черенок от лопаты! Видать, символ белого притеснения. Но Витька не лыком шит — у меня, брат, камера из AliExpress за $12 стоит, ловит всё, даже крыс. Смотрю — трое афроамбиций с мешками наперевес ломанулись через забор, как будто участвуют в «Танцах со звездами», сезон Гопники нового времени. Ну я, по старой сибирской памяти, сел в свой «Форд», дал круг по району. Ч

Из рубрики «Нам пишут!»

В описании к моему каналу указан адрес электронной почты, на который иногда приходят весьма занимательные письма. Сегодня я снова решил поделиться одним из них.

И, конечно же, с согласия автора письма и сохраняя его оригинальный текст.

Здорова, брат!

У нас тут Америка окончательно пошла в разнос. Я уж думал, после гей-пожарных, лесных фейерверков и латте с флагом Украины — хуже не будет. Ошибался.

Представь себе:

Строю я беседку на заднем дворе, в бытовке держу инструменты — болгарку, шуруповёрт, ящик с саморезами и, прости господи, термос с борщом.

Утром прихожу — бытовка вскрыта, всё вынесли. Даже черенок от лопаты! Видать, символ белого притеснения.

Но Витька не лыком шит — у меня, брат, камера из AliExpress за $12 стоит, ловит всё, даже крыс. Смотрю — трое афроамбиций с мешками наперевес ломанулись через забор, как будто участвуют в «Танцах со звездами», сезон Гопники нового времени.

Ну я, по старой сибирской памяти, сел в свой «Форд», дал круг по району. Через пару улиц вижу — один идёт с моей болгаркой, ещё и жрёт мой борщ из термоса!

Я к нему:

— Стой, родной, ты чё, на обеденный перерыв опоздал?

Он — в бега. Я — за ним. Догнал, задержал. Два раза по лицу аккуратно, с педагогическим посылом: «Запомни, с@ка, чужое брать — плохо».

Приезжает полиция. Я думал, сейчас мне грамоту вручат, как гражданину, защитившему честь и борщ.

Ага.

Один коп, рыжий как кетчуп в «Бургер Кинге», говорит:

— Сэр, вы находитесь под следствием по обвинению в насилии на расовой почве.

Я:

— В смысле?! Он жрёт мой борщ и несёт мою болгарку!

А они мне:

— По нашим расчётам, ущерб составил
$499. А по закону кража у нас считается серьёзным преступлением только с $500 и выше.

Я:

— А термос с борщом?!

Они:

— Пища — это дар, не ценность.

Я чуть не поседел. Спрашиваю:

— А как же он вломился? Камера, отпечатки, видео есть!

А коп мне, серьезно, без иронии:

— Не стоит ломать человеку жизнь из-за шуруповёрта и болгарки, сэр. Он мог быть угнетённым.

Я в ответ:

— А я, значит, облагодетельствованный?!

Итог: афроугнетённого отпустили с извинениями и талоном на бесплатную консультацию психолога. А мне — повестка в суд по факту “применения непропорциональной силы при задержании афромолодёжи с нарушенной самооценкой”.

Теперь хожу как в кино «Особое мнение». Вижу тень у забора — думаю, не шевелиться, а то обвинят в «угрозе теневому сообществу».

А самое интересное: один коп потом ко мне подходит и шепчет:

— Сам я тебя понимаю, мужик. Но у нас сейчас всё через одно место. Не мы правила пишем.

Вот такие дела, брат. Слушай, если меня депортируют — встречай в Кургане. Но с термосом.

С борщом.

С любовью, от обозлённого, но не сломленного,

Твой Витька из Окленда