Приветствую вас, друзья! Как в конце тридцатых годов забабахать танк с противоснарядным бронированием и вооружить его только пулеметом? Обратитесь как англичанам - они умеют в такое.
В 1929 году, британский имперский генеральный штаб объявил о масштабном пересмотре организации британской армии, с учетом недавнего опыта использования механизации в войсках. В качестве первых "подопытных" была выбраны пехота Его Величества. В порядке эксперимента были проведены учения для которых были выделены две бригады, каждая из которых поддерживалась батальоном "легких танков", роль которых играли пулеметные танкетки Carden-Loyd Mark VI.
В ходе этих маневров танкетки, вооруженные одним пулеметом и имевшие лишь частичное противопульное бронирование, показали себя неподходящими для выполнения поставленных перед ними задач. Пехота хотела, чтобы танки были авангардом наступления, прорывали оборонительные рубежи противника, медленно продвигались вперед, позволяя солдатам следовать за ними, прикрываясь их броней от огня противника. К 1934 году все выводы указывали на необходимость создания танка, специально предназначенного для выполнения этой задачи. Инспектор Королевского танкового корпуса генерал-майор Перси К. С. Хобарт после ряда консультаций сформулировал два возможных варианта будущего пехотного танка:
- небольшой, массовый и недорогой, но достаточно хорошо бронированный танк с пулеметным вооружением, чтобы подавить оборону противника численностью, или...
- большой, вооруженный пушкой и имеющий прочную броню, достаточно прочную, чтобы противостоять вражеской полевой артиллерии.
За разработку концепции пехотного танка в первую очередь отвечали два человека: сэр Хью Джеймисон Эллес, генерал-майор артиллерии (M.G.O.), и генерал-майор А. Э. Дэвидсон, директор по механизации (D.o.M.). Оба не понаслышке знали, что такое позиционная война и, думая о будущих конфликтах, ни один из них не хотел повторения самоубийственных атак беззащитной пехоты на вражеские окопы и пулеметные гнезда, типичных для Первой мировой войны.
Окончательное решение оставалось за главнокомандующим артиллерией, генералом сэром Хью Джеймисоном Эллесом, командовавшим танковым корпусом во Франции во время Первой мировой войны. Под влиянием собственного опыта Эллес решительно поддержал концепцию пехотных танков и, вынужденный экономией мирного времени, дал добро на разработку меньшего по размеру и более дешевого типа в качестве первоочередной задачи.
В октябре 1935 года в Военном министерстве состоялась встреча главы отдела проектирования танков фирмы Vickers-Armstrongs Ltd. сэра Джона Кардена с заместителем директора по механизации (A.D.o.M. ) полковником М. А. Стаддом по поводу нового пехотного танка. Стадд от лица военного ведомства выдвинул два основных условия к новой боевой машине: она должна быть готова в течение шести месяцев, и должна быть дешевой - не более 5000 фунтов стерлингов. Карден предложил создать небольшой двухместный танк, вооруженный одним пулеметом и сразу же набросал эскиз его внешнего вида. Проект получил кодовое наименование "Матильда" и технический номер Генерального штаба А.11.
В декабре 1935 года Джон Карден погибает в авиакатастрофе и дальнейшую работу над проектом возглавляет его "правая рука" инженер Лесли Литтл. С некоторым запозданием опытный образец, изготовленный из мягкой неброневой стали, обозначенный как A.11E1 (WD (номер военного министерства T 1724), был готов к испытаниям в Экспериментальном институте механизации (MEE) в сентябре 1936 года.
Конструктивно танк был выполнен по классической схеме с размещением отделения управления в передней части корпуса моторного отсека в корме и вооружения во вращающейся башне.
Низкий и узкий корпус танка из катаных листов броневой стали марки Vibrac 45, производства (Vickers) English Steel Corporation, соединенных друг с другом при помощи реек и заклепок, а также болтов. В передней части корпуса располагалось сиденье механика-водителя и органы управления машиной.
Люк механика-водителя располагался в лобовом листе корпуса и откидывался вверх, поэтому попасть на свое место или покинуть танк он мог только тогда, когда башня была развернута пулеметом назад. Для наблюдения во время боя водитель мог использовать узкую смотровую щель в люке.
Литая башня имела цилиндрическую форму. В верхней ее части был круглый люк, половина которого открывалась двумя сегментными частями. В другой половине находился единственный командирский перископ.
В башне размещался 7,7-мм пулемет Vickers и командир танка, который одновременно являлся и стрелком. Помимо стрельбы командир еще и работал с радиостанцией. Поскольку в башне не было места, то ее разместили в правой части корпуса и командиру, чтобы использовать рацию, приходилось пригибаться и лежать почти ничком.
Ходовая часть, сконструированная Карденом, была заимствована от артиллерийского тягача Vickers Mk IV Dragon, созданного на базе 6-тонного танка Vickers. Применительно к одному борту она состояла из восьми опорных катков малого диаметра, сблокированных попарно в две балансирные тележки, подвешенные на четвертьэллиптических рессорах.
К кронштейнам тележек крепились поддерживающие ролики. Ведущие колеса заднего расположения. Направляющие колеса были расположены в передней части корпуса, на прототипе они имели зубчатые венцы, впоследствии их заменили стальными бандажами. Как колеса, так и узлы подвески были полностью открыты.
В кормовой части танка находились бензиновый карбюраторный двигатель Ford V8 мощностью 70 л.с. при 3300 об/мин, четырехскоростная коробка передач Fordson, а также заимствованные у легких танков фирмы Vickers Mk VIs бортовые фрикционы и тормоза. Двигатель питался бензином из двух топливных баков суммарной емкостью 195,5 литров.
Во время испытаний прототип A.11. E.1 смог развить максимальную скорость 17,5 км/ч по шоссе и 9,3 км/ч в условиях бездорожья. Серийные танки при массе в 11 тонн развивали максимальную скорость около 13 км/ч, что считалось приемлемым для того, чтобы идти в ногу с пехотой.
Вооружение танка состояло из одного расположенного в башне пулемета "Виккерс" Mark IVA калибра 7,7 мм. Это была британская версия пулемета системы Максима. Как и у оригинала ее автоматика работала на использовании энергии отдачи при коротком ходе ствола. Охлаждение ствола водяное. Боевая скорострельность составляет 250—300 выстрелов в минуту. На части машин была установлена крупнокалиберная модификация пулемета - Vickers .50 Mark V под патрон 12,7×81 мм, имевшая скорострельность 500-600 выстрелов в минуту. Боекомплект в количестве 4000 патронов размещался в ящиках по бортам боевого отделения.
На серийных машинах на башне по бокам были установлены две мортирки для стрельбы дымовыми гранатами.
Прототип A.11E1 – использовался в испытаниях т.н. "минного плуга" Фаулера. Это трал, разработанный фирмой John Fowler & Co, занимавшейся производством сельхозтехники, по конструкции и принципу действия напоминающий плуг. Двигаясь впереди танка, он буквально вырывал вражеские противотанковые мины из земли перед гусеницами и отбрасывал их в стороны. Если какие-то при этом взрывалась, то на достаточном расстоянии от днища танка. Рама "плуга" крепилась к корпусу машины и поднималась и опускалась при помощи цепного привода приводимого в действие редуктором, отбиравшим часть мощности двигателя. Испытания конструкции были признаны успешными и в последующих партиях A.11 были добавлены точки крепления для этого минного плуга.
Изначально по проекту танк не предусматривали оборудовать радиостанцией. Решение о радиофикации танков было принято только в 1938 году, в результате чего серийные машины получили радистанцию No 11. Крепление для антенны было установлено на правой задней стороне башни, а также на верхнюю правую сторону корпуса прямо за башней.
Испытания танка выявили ряд обычных для новой конструкции дефектов, худшим из которых был постоянный выход из строя направляющих колес. На раннем этапе это было улучшено за счет замены зубчатых колес на гладкие, а затем в апреле 1937 года, была занижена задняя тележка с каждого борта, что увеличило клиренс звездочки на 130 мм. Еще одной выявленной проблемой стал быстрый износ двух задних комплектов опорных катков с обрезиненными шинами с каждой стороны, которые были заменены на цельностальные. В ходе испытаний танк получил ящики для инструментов в носовой части корпуса и фары в защитных кожухах. Для предохранения крыши моторно-трансмиссионного отделения от забивания грязью, сзади над гусеницами установили брызговики.
По результатам испытаний на серийных танках была изменена также схема размещения поддерживающих роликов - они больше не крепились на направляющих непосредственно к тележкам опорных катков, а устанавливались в специальных кронштейнах на корпусе.
На серийных машинах в крышке люка механика-водителя появился перископический прибор наблюдения в дополнение к смотровой щели в лобовом листе корпуса. Изменился и защитный кожух-маска пулемета.
Башня серийных танков также была упрощена: она отличалась от прототипа отсутствием округлого выступа (т.н. "губы") в верхней части, расположением командирского наблюдательного перископа, а также креплениями для дымовых гранатометов по бокам.
Сам корпус несколько изменился по сравнению с A.11.E.1. На прототипе боковая часть корпуса была изготовлена в виде простой конструкции из двух частей со смещенной вертикальной линией заклепок примерно посередине длины. На серийных A.11 этот шов был сохранен, но крайняя задняя панель теперь также была разделена из одной панели на две, и их также приходилось скреплять клепками. Это немного увеличило вес машины, но упростило производство.
Носовая часть танка также была упрощена при изготовлении. Многосекционная лобовая деталь, которая образовывала нос и кронштейны направляющих колес. на серийных машинах была заменена цельной деталью, которая также крепилась болтами к корпусу. Также наклонный бронелист (т.н."гласис") с внешними краями, срезанными под углом 90 градусов, на серийных танках она был заменен новым со скошенными внешними краями.
В конце апреля 1938 года фирме Vickers-Armstrong выдали заказ на 60 машин, получивших официальное название Infantry Tank Mk.l "Matilda", а спустя десять дней — еще на 60 единиц. Предполагалось, что этого будет достаточно для полного укомплектования двух батальонов. Последний заказ на 19 боевых машин этого типа поступил в январе 1939 года. До приказа Военного министерства в июне 1940 года о прекращении производства, было выпущено 139 танков А.11.
К 1 февраля 1939 года была поставлена первая партия из 37 машин. Новые танки передали трем батальонам Королевского танкового корпуса (R.T.C.), в частности, 4-му, 7-му и 8-му батальонам. 4-й батальон R.T.C. в то время находился в Фарнборо, 7-й батальон - в лагере Каттерик, а 8-й батальон - в Перхэм-Дауне.
Каждый батальон состоял из трех рот, в каждой из которых было пять отделений по 3 танка в каждом. Кроме того, в каждом батальоне имелась командная рота с двумя действующими танками и двумя в резерве. Таким образом, штатная численность батальона составляла 45 танков плюс 2 командирских танка и 2 танка в резерве, что составляло в общей сложности 49 машин, хотя предполагалось, что их будет 50 с дополнительным ‘запасом’. Фактическое развертывание было несколько иным: только один A.11 был выделен в командную роту, в то время как остальные были переданы линейным ротам. Вторым танком в командной роте был одиночный легкий танк Mk.VI.
Интересно, что, несмотря на то, что этот танк был принят на вооружение и уже направлялся на войну, первые поставки танков A.11 в учебные подразделения состоялись только в июле 1939 года, через несколько месяцев после того, как первые танки прибыли в строевые части. Правда танк A.11.E1 использовался на бригадных учениях в 1938 году 1-м батальоном Королевского Беркширского полка.
4 апреля 1939 года эти батальоны R.T.C. были переименованы в батальоны Королевского танкового полка (R.T.R.). Учитывая серьезную напряженность в континентальной Европе и потенциальную возможность новой войны с Германией в ближайшем будущем, британская армия начала готовить силы для боевых действий на континенте. После объявления войны Германии 1 сентября 1939 года 4-й, и 7-й батальоны были сведены в 1-ю армейскую танковую бригаду. К началу войны в ее составе было всего 66 A.11. Бригада должна была использоваться для усиления Британских экспедиционных сил (Br.E.F.) под командованием генерала Джона Горта.
Первым 13 сентября 1939 года на континент прибыл 4-й батальон, который к ноябрю был полностью укомплектован танками A.11 и A.12, (50 танков A.11 и 23 танка A.12 - он же Matilda II), и был переброшена в Аттиш, расположенный к югу от города Лилль. 30 апреля 1940 года отбыл во Францию и 7-й батальон с 27 A.11 и 23 A.12.
Апрель 1940 года прошел в ожидании немецкого наступления. 7-й батальон направился на подкрепление 4-го, который к 12 мая находилась в районе Пейси. Когда немцы наконец перешли в наступление в направлении Мааса, ожидалось, что их продвижение задержится, но они быстро преодолели этот большой естественный барьер. Когда 10-го числа, немцы двинулись на Бельгию, британцы начали спешно перебрасывать свои танковые части в Бельгию. Танки 4-го батальона были выгружены 14 мая к востоку от города Хал, в то время как 7-й батальон высадился в Берхеме, к югу от города Антверпен.
15-го, на следующий день после прибытия в Берхем, танкам 7-го батальона было приказано занять лес Суань (Foret de Soignes). В связи с быстрым наступлением немцев штаб британского экспедиционного корпуса отдал приказ об общем отходе, чтобы не быть отрезанным, оставив в Эрмите две группы танков A.12 для прикрытия отступления. Перебросить танки по железной дороге не было возможности, поскольку немецкие пикировщики разбомбили станцию Энгиен. Пришлось двигаться своим ходом, поставив пулеметные "матильды" в хвост колонны. К 11.00 17 мая отход был остановлен и танки были развернуты для движения к Халле, чтобы блокировать продвижение немецкой танковой дивизии. Но поскольку немцы так и не появились в Халле, в 15.00 отход возобновился в направлении Орши, что к юго-востоку от Лилля. Здесь 1-я армейская танковая бригада собралась в полном составе. В попытке обнаружить противника была проведена разведка в направлении города Эвин, прежде чем батальоны были снова переброшены – на этот раз в Вими. Там предполагалось использовать эти танки совместно со 151-й пехотной бригадой и 50-й пехотной дивизией в контратаке против наступления немцев. Всего за неделю было танки прошли своим ходом около 200 километров, что привело к тому что накануне битвы при Аррасе численность 1-й отдельной танковой бригады сократилась до 58 A.11, 16 A.12 и дюжины легких танков. Многие из машин уже нуждались в капитальном ремонте, но на это не было времени.
В результате стремительного прорыва немецких танковых дивизий через Арденны британские экспедиционные силы (БЭС) оказались отрезанными от основных французских сил и прижатым к морю на севере Франции, что создало угрозу его полного уничтожения. 20 мая 7-я танковая дивизия под командованием генерала Эрвина Роммеля вышла к Аррасу. Командующий БЭК генерал Горт принял решение отходить к Дюнкерку для дальнейшей эвакуации в Англию. Для обеспечения отхода 21 мая силами двух пехотных дивизий и
1-й армейской бронетанковой бригады англичане решили нанести фланговый контрудар немецкие войска на юге от Арраса. Фактически контратаку
провели один пехотный полк и два танковых батальона.
21 мая 1940 года две колонны (кодовое название Frankforce) в составе 58 пехотных танков А.11 "Матильда I", 16 А.12 "Матильда II" и 14 лёгких танков Виккерс Mk VI при поддержке 2000 солдат продвинулись на юг от Арраса. Для обеспечения внезапности был отдан приказ соблюдать радиомолчание. Первой "под раздачу" попала колонна 6-го мотопехотного полка немцев, которую "матильды" рассеяли и уничтожили. В течение последующего часа британские танки быстро продвигались вперёд, встречая небольшое сопротивление. Тяжелая броня обоих типов британских танков оказалась непробиваемой для 3,7-см противотанкового орудия PaK 36, и атака была остановлена только благодаря спешно сформированной линии из 10,5-см полевых гаубиц leFH 18 и 8,8-см зенитных орудий FlaK 36, которыми руководил лично Роммель. Таким образом, наступление британцев было остановлено ценой тяжёлых потерь немцев: 7-я танковая дивизия лишилась в тот день 37 танков.
На следующий день оба батальона насчитывали исправными только восемь легких, 18 танков Matilda I и два танка Matilda II.
23 мая танки 7-го батальона вели арьергардный бой у Суше, прежде чем присоединиться к общему отходу в направлении Дюнкерка. Уцелевшие танки обоих батальонов были сформированы в сводное подразделение, которое предприняло еще одну контратаку у Ла-Бассе. Только два танка достигли Дюнкерка на заключительном этапе операции "Динамо".
Южнее, во Франции, пять танков Matilda I и еще несколько танков, находившихся на различных складах или прибывших в качестве запоздалого подкрепления, образовали танковую роту дивизии Бомана - импровизированное формирование, спешно созданное для защиты британских баз материально-технического обеспечения в Руане и Дьеппе. К 3 июня в этом небольшом подразделении было в общей сложности 10 танков: пять А.11 и столько же А.12.
8 июня танки оказали поддержку своей пехоте, в их безуспешной обороне рек Андель и Бетюн. Впоследствии дивизия была эвакуирована из Шербура. В ходе этой эвакуации было возвращено 22 танка различных типов, но среди них не было ни одного пехотного танка.
Попавшие в руки немцев "Матильды I" были основательно изучены специалистами по бронетехнике. Один из танков был подвергнут испытанию обстрелом из различных артсистем. В целом большого интереса данная машина у немцев не вызвала. Данные об их судьбе разнятся: по одним они все были отправлены в переплавку, по другим часть захваченных немцами "Матильд I", получивших обозначение Infanterie Panzerkampfwagen Mk I 747(e) использовались в тыловых частях.
После того как большая часть развернутых танков Matilda I была брошена во Франции, 77 машин, оставшихся в Соединенном Королевстве, были переведены в учебные части.
Для конца тридцатых годов попытка реинкарнации идеи Рено ФТ-17 в погоне за дешевизной изделия была явным моветоном. Англичане проигнорировали не только свежий опыт гражданской войны в Испании, который показал, что чисто пулеметного вооружения для танка уже не достаточно, поскольку на поле боя встречаются многочисленные защищенные цели, которые невозможно подавить пулеметным огнем, но и набитые еще в прошлую мировую войну свои "шишки", когда в первых танковых боях пулеметные машины оказались практически беспомощными.
Да и в техническом плане получившаяся машина не была особо удачной - помимо слабого вооружения ее отличали теснота башни и отделения управления, плохая эргономика и недостаточный обзор для водителя в бою. И если водителю было просто тесно и неудобно, то командиру танка было и тесно и неудобно и при этом еще и приходилось работать и стрелком и радистом.
Вот с броней был порядок - тут прям вопросов нет. На 1939-40 год мало кто мог похвастаться такой защищенностью. Так при Аррасе один танк 4-го батальона получил 38 попаданий из немецких противотанковых и танковых пушек, ни одно из которых не нанесло машине урона. Некоторые из этих попаданий были получены с расстояния до 137 метров. Но увы одной "толстокожести" для долгой жизни танка оказалось маловато - немцы быстро нашли на нее "дырокол", калибра "восемь-восемь". Поэтому А.11, он же пехотный танк Mk.I, он же "Матильда 1" остался в истории танком звездный час которого пришелся на единственное сражение - контрудар под Аррасом.
Источники: D. Fletcher "Matilda Infantry Tank 1938–45", Janusz Ledwoch "Matilda Tank Power vol.XLII", C. Foss "The Vickers Tanks From Landships to Challenger", D. Fletcher "British Battle Tanks: British-made Tanks of World War II", "История второй мировой войны 1939–1945 гг." Том 3. материалы в открытом доступе в сети Интернет
Друзья! Если понравилась статья - ставьте палец вверх, оставляйте комментарии! Делитесь нашими публикациями в соцсетях! Буду очень рад. Не забывайте подписываться на канал и смотрите также прошлые публикации. И до новых встреч на "Историческом броневичке"!