(…из пояснений участника экспедиции)
Предыдущую главу можно было бы закончить, так: "…уставшие, но довольные, они вернулись из лесу с полными лукошками таежной ягоды и грибов…". Мы действительно очень сильно устали, но также остались довольны. Нужно было продолжать. Нас заждалось Карымское озеро. На этом этапе экспедиции к нам "подключились" сотрудники Института Вулканологии ДВО РАН.
И вот мы опять в стальном чреве вертолета. Загружены лодки и баллоны, снаряжение и палатки, провизия и много еще чего… Но сначала мы летим на Узон. Нам нужен отдых.
(…из книги мастера спорта по туризму В. И. Семенова "По вулканам и горячим источникам Камчатки")
Кальдера вулкана Узон размером 9 х 12 км расположена на вулканическом плато, к северу от массива Большого Семячика. Восточная часть кальдеры несколько приподнята над западной и имеет холмистый рельеф. В ней располагается большая воронка взрыва диаметром 1,65 км, занятая озером Дальним. Западная часть кальдеры имеет ровное, заболоченное дно. В ней несколько озер, из которых самым крупным является озеро Центральное, куда собираются стоки со всей кальдеры. Кальдера с западной и северной сторон окружена скалистым хребтом. С запада он подымается над дном кальдеры на 700 – 800 м, а его вершина – пик Бараний над уровнем моря – на 1540 м. Гидротермальная деятельность сосредоточена в западной части кальдеры. Она проявляется множеством бурлящих и кипящих воронок, многочисленными грязевыми котлами, грязевыми вулканчиками, парящими и нагретыми площадками с выходами воды, пара и газов. Насчитывается около 100 источников, а отдельных проявлений – более 500. Особенностью здешних термальных проявлений являются кратерообразные воронки глубиной до 25 – 40 м и диаметром 25 – 150 м, занятые горячими озерами. Одно из них – Большое озеро является основной купальней для всего сезонного населения Узона. Многочисленные проявления кальдеры разбросаны на большой площади. Чтобы охватить их все одним взглядом, надо подняться на одну из высоких точек кальдерного хребта или на сопку Белую. Ранним утром, когда еще прохладно и подымающийся пар гуще, открывается удивительная панорама кальдеры с сотнями столбов пара, желтыми фумарольными площадками, зелеными рощицами, буроватыми тундрами, голубыми озерами и возвышающимся над всем хребтом. Своими огромными выносами подземного тепла Узон давно привлекал внимание ученых. Но выяснилось, что вместе с парами и горячими водами из недр подымаются многие химические элементы и их соединения и откладываются у поверхности земли. Прямо на глазах происходит процесс рудообразования. Его изучение дает возможность установить закономерности этого процесса и облегчить прогнозирование размещения руд в земной коре. Этим систематически занимаются ученые Института вулканологии и других научных институтов.
(…из ненаучных размышлений участника экспедиции)
Пока ученые "расщепляли атомы", мы с удовольствием искупались в радоновых ваннах, где в свое время купался первый президент России, понимаешь… Долго купаться в радоновых ваннах вредно, поэтому мы перебрались в источники с целебной грязью (дайвер грязь всегда найдет). До сих пор не верится. После изнурительных путешествий по морю в течение трех суток (вернулись вечером, приготовления к следующему перелету – согласования, состыковки и т. д., а утром вылет) несколько минут купания в чудо-источниках и усталости как не бывало. Мало того, мы получили такой заряд энергии, что на нас можно было еще суток трое пахать и не кормить (слава Богу, до этого не дошло). Единственная сложность пребывания на Узоне – это невозможность отклонения от тропы, если она кому-нибудь известна. Без проводника там нечего делать. Помните Зону в "Сталкере" у Стругацких? Вот что-то очень похожее. Того и гляди, обваришься в кипятке, засосет в грязевой котел, или залезешь в какую-нибудь кислоту. Еще поражает, конечно, обилие непуганых животных. А животных, например медведей, поражает количество вкусных людей (до этого, слава Богу, тоже не дошло).
Вновь посадка в вертолет, полчаса в небе и снова выгрузка оборудования на твердую землю, теперь уже на берег Карымского озера, прозванного нами "Карым – дайвер".
(…из книги мастера спорта по туризму В. И. Семенова "По вулканам и горячим источникам Камчатки")
Южнее старого вулкана Двор когда-то подымался его ровесник, такой же конический вулкан – Академии Наук. В какое-то время у него начались крупные взрывные явления и последовало опускание северной части. Этот процесс проходил в два этапа. Сначала южной границей образующейся кальдеры стал современный хребет Однобокий. Затем граница опускания передвинулась севернее и образовалась современная кальдера, как бы вложенная в первоначальную. Современная кальдера окаймлена с юга хребтом, как и весь вулкан, называемый именем Академии Наук. Абсолютная высота его, как и Однобокого, равна 1100 м. Дно кальдеры занято Карымским озером около 3,5 км в поперечнике и глубиной до 70 м. Его южный берег, образованный трехсотметровым обрывом, завален окатанными валунами и сорвавшимися угловатыми глыбами. Много участков, где надводный обрыв переходит сразу в такой же крутой подводный. Окруженное высокими берегами озеро очень живописно. Со стороны истока реки Карымской, откуда открывается панорама хребта Академии Наук, его куполообразная, с торчащими скалами вершина, симметрично понижающаяся в обе стороны, напоминает распростершую крылья летучую мышь. Красив вид и с противоположного берега в сторону дымящегося Карымского вулкана.
(…из рассказа скучающего участника экспедиции)
То ли к этому времени нам уже приелись все земные и неземные (подводные) красоты, то ли не обнаружили мы ничего будоражащего сознание, но пребывание на берегах этого озера нас впечатлило не сильно. Пока ученая братия расщепляла наверху атомы, которые мы достали со дна кислотного озера, дайверская команда обследовала внутреннюю часть подводного кратера. Ученые тщательно скрывали от нас, какой в этом озере pH. Явно не 5,5. Под водой (или под кислотой) ничего достойного не обнаружили. Правда, потом, ходили слухи, что водоросли, которые растут на внутренних стенках кратера, якобы, способны то ли расщеплять, то ли нейтрализовать уран (!). Точно не разобрались, но за науку стало гордо.
Наука оживилась.
Ну и ладно. Нам пора дальше.
2000 г.