Комбинат в короткий срок освоил выпуск востребованной фронтом продукции
23 июля 1941 года сталевар Дмитрий Жуков и мастер Егор Сазонов на третьей мартеновской печи Магнитогорского металлургического комбината сварили первую плавку броневой стали. Она была остро нужна фронту. ИА «Первое областное» приводит интересные факты из книги «Флагман отечественной индустрии» Ивана Галигузова и Михаила Чурилина.
В день начала Великой Отечественной войны, 22 июня, комбинат получил задание от правительства СССР организовать производство заготовок для снарядов и изучить возможность выпуска брони для танков. В начале июля Государственный комитет обороны потребовал от металлургов немедленно начать создание броневых листов для танкостроительной промышленности.
«Для того, чтобы выполнить этот необычайной сложности заказ, необходимо было коренным образом перестроить производство. Мировая теория и практика металлургии не знали иных способов выплавки броневой стали, кроме одного — в малотоннажных мартенах с „кислым“ подом. Этот способ был малопроизводителен, но другого тогда вообще не существовало. Приспосабливать печи для такой технологии пришлось и магнитогорским металлургам. Мартеновцы на ходу начали перестраивать производство на военный лад. Наступила трудная пора поисков и экспериментов»,
— указывается в книге.
В Магнитогорск приехали специалисты и ученые из Ленинграда, было создано бронебюро. Решили в одной печи получать расплав, а затем в специальной «кислой» доводить металл до нужного качества. Первую и третью мартеновские печи начали переделывать под новые потребности. Большой и ответственной работой занимались почти 20 человек под руководством директора ММК Григория Носова.
«Упорно и настойчиво шли мартеновцы к поставленной цели. Железная воля помогала преодолевать трудности и побеждать»,
— отмечается в издании «Флагман отечественной индустрии».
На третьей мартеновской печи 23 июля сварили первую плавку броневой стали. Параллельно с освоением этой технологии налаживали производство броневого листа. Выпуск готовили на эвакуированном из Мариуполя толстолистовом броневом прокатном стане. Его называли самым мощным в СССР.
«Первая военная задача заводу сводилась к следующему: в кратчайший срок смонтировать эвакуированный с Юга броневой стан и начать катать броню. Весь технический персонал был мобилизован»,
— вспоминал Григорий Носов.
Заместитель главного механика Николай Рыженко предложил катать броневые листы на блюминге — мощном агрегате, который обычно использовался для обжатия стальных слитков и превращения их в заготовки. Новаторскую идею поддержало бюро Челябинского обкома ВКП(б), принявшее решение «Об организации прокатки броневого листа на блюминге Магнитогорского комбината». За считаные дни агрегат немного изменили.
«Рыженко все это время не покидал блюминга. Похудевший, с красными от бессонницы глазами, он обходил все участки, тщательно проверяя качество монтажа»,
— гласит история.
Испытания провели сначала с мягкой сталью, а потом с броневой. За процессом наблюдали все причастные к делу. Не с первого раза из-за поломки мотора, но эксперимент удался.
«Слитки мягкой стали прошли отлично, приспособления Рыженко работали безотказно. На стеллаже лежал первый в мире стальной лист, прокатанный на блюминге. <…> Слиток броневой стали идет к валкам. Теперь его не остановить. На карте блюминг, на карте честь завода! Оператор работает тонко, осторожно. <…> Блюминг выдержал. Винты целы, мощности хватило. Мы стоим у броневого листа, прокатанного на блюминге в Магнитогорске»,
— вспоминал Григорий Носов.
Танкостроительные заводы СССР получили магнитогорскую броню на полтора месяца раньше срока, который устанавливало правительство страны. Металлурги запустили также производство бронеколпаков для дотов и артиллерийских полукапониров (укреплений), а затем и отливку бронированных башен для челябинских танков КВ.
В сентябре комбинат отработал новую технологию выплавки броневой стали в больших мартеновских печах с основным подом. Это было настоящим переворотом в отрасли. В тот же месяц первые бронелисты принял построенный почти за полтора месяца цех для термической обработки брони.
Чуть ранее, в середине августа, на ММК доставили из Мариуполя оборудование броневого стана 4500. Его разместили на части склада готовой продукции. Уже 15 октября стан запустили в работу. Броневые листы стали делать большей толщины, чем на блюминге. В октябре выпуск этих изделий по сравнению с августом вырос в три раза, а в декабре — уже в семь.
За разработку новой марки броневой стали и процесса ее производства в апреле 1942 года Государственную премию СССР второй степени присудили Г. И. Носову, Н. А. Рыженко, В. А. Смирнову, Е. И Левину, С. И. Сахнину и другим работникам ММК.