Алексей Белов родился в небольшом городе под Омском. С малых лет он показывал выдающиеся результаты в лёгкой атлетике — особенно в беге на средние дистанции. В 17 лет его заметили тренеры, и вскоре он оказался в спортивной школе олимпийского резерва в Москве. Советская система вкладывалась в талантливых спортсменов — питание, проживание, экипировка, поездки. Всё ради победы. Но была и другая сторона.
Алексей был тихим парнем. Не лез в политику, не кричал лозунги, но и не писал доносы, не вступал в комсомольскую активность, как того ожидали. Он не вписывался. А ещё у него был брат, эмигрировавший в Германию в 1974 году — пятно на биографии.
В 1980-м Алексей был в отличной форме, его прочили в сборную на Олимпиаду в Москве. Он показывал результаты лучше, чем официальные претенденты. Но вдруг, за месяц до Игр, его отстранили. Причина — “травма”, которую никто не подтвердил, а врачи только пожимали плечами. Его место отдали сыну партийного деятеля, который, к слову, не прошёл даже в финал.
После Олимпиады Белов пытался вернуться в спорт, но ему “не находилось места”. Его не брали ни в сборную, ни на международные турниры. В конце концов, его уволили из спортшколы — “за дисциплинарные нарушения”, которых не было.
Он устроился тренером в деревенскую школу, где жил безвестно. Иногда его бывшие товарищи по сборной приезжали к нему: кто-то стал чиновником, кто-то спился. Но почти все помнили, что именно Белов должен был бежать ту самую дистанцию. И, может быть, именно он мог взять то золото, которое СССР так хотел, но не получил.
Алексей умер в 2001 году от инфаркта. В его доме нашли старую вырезку из газеты с заголовком: “Белов — надежда советского спорта”. И на обороте — наброски письма, так и не отправленного:
“Может, вы и забрали у меня старт, но финиш — мой.”