Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Мои 80-90 - е годы!!!

"Наши люди в булочную на такси не ездят" или как в СССР вы могли лишиться всего: правда о жизни в Совке.

За что в СССР можно было вылететь из партии: невинные шалости советского товарища. Я, конечно, про комсомол мало чего знаю, но вот что рассказывали родители на эту тему. Членство в КПСС было не просто почётной обязанностью, а своего рода эквивалентом современного VIP-доступа: партбилет открывал двери в кабинеты начальства, давал право первым получать дефицит и последним — слушать критику в свой адрес. Но за малейшую провинность этот «золотой билет» могли и отозвать. Давайте разберёмся, за какие «ужасные преступления» товарища могли исключить из партии. 1. Чтение не той литературы Если ты вместо трудов Ленина увлекался Солженицыным или, не дай бог, «буржуазными» авторами вроде Хемингуэя, это был верный путь к разбору на партсобрании. Особо опасными считались: - Самиздат (рукописные книжки, передаваемые тайком) — за это могли не только из партии выгнать, но и предложить бесплатную путёвку в Сибирь. - Иностранные газеты — если тебя ловили с «The New York Times», сразу ясно: шпион! Или, на

За что в СССР можно было вылететь из партии: невинные шалости советского товарища.

Я, конечно, про комсомол мало чего знаю, но вот что рассказывали родители на эту тему.

Членство в КПСС было не просто почётной обязанностью, а своего рода эквивалентом современного VIP-доступа: партбилет открывал двери в кабинеты начальства, давал право первым получать дефицит и последним — слушать критику в свой адрес. Но за малейшую провинность этот «золотой билет» могли и отозвать. Давайте разберёмся, за какие «ужасные преступления» товарища могли исключить из партии.

1. Чтение не той литературы

Если ты вместо трудов Ленина увлекался Солженицыным или, не дай бог, «буржуазными» авторами вроде Хемингуэя, это был верный путь к разбору на партсобрании. Особо опасными считались:

- Самиздат (рукописные книжки, передаваемые тайком) — за это могли не только из партии выгнать, но и предложить бесплатную путёвку в Сибирь.

- Иностранные газеты — если тебя ловили с «The New York Times», сразу ясно: шпион! Или, на худой конец, «идеологически неустойчивый элемент».

2. Слишком модная одежда

Джинсы? Галстук с заграничным лейблом? Причёска «под битлов»? Всё это признаки «морального разложения» и «низкопоклонства перед Западом». Особо бдительные товарищи могли написать донос:

«Товарищ Петров носит узкие брюки, что свидетельствует о его упаднических настроениях и склонности к буржуазному образу жизни».

3. Шутки про партию

Анекдоты про Брежнева, Сталина или партийных бюрократов были под запретом. Если кто-то из «сознательных граждан» докладывал, что ты пошутил вроде:

«Что такое советский рай? Это когда во всём изобилие, но ничего нет» — считай, партбилет уже не твой.

4. Религиозные пережитки

Крестик на шее? Посещение церкви? Упоминание Бога всуе? Всё это пережитки «мракобесия». Даже если бабушка тайком крестила тебя в детстве, лучше об этом молчать. Иначе — «товарищ, вы недооцениваете научный атеизм!» и прощай, карьера.

5. Пьянство (если слишком публичное)

Пить водку в рабочее время — в целом норма, но если тебя увидят валяющимся у райкома с бутылкой «Столичной», могут и исключить. Особенно если при этом ты орал: «Да здравствует коммунизм!» — это уже «дискредитация идеалов партии».

6. Флирт с идеологически непроверенными особами

Роман с иностранкой? Знакомство с диссидентом? Жена — дочь репрессированного? Всё это могло стать причиной для «проработки» и исключения. Любовь — любовью, но партия важнее!

7. Неправильное празднование 7 ноября

Если вместо торжественного шествия с портретами членов Политбюро ты решил отметить Октябрьскую революцию дома за столом, это уже «проявление аполитичности». А если ещё и не явился на субботник — вообще моветон.

Вывод

Быть членом КПСС — это как ходить по канату над пропастью: одно неловкое движение, и ты уже летишь вниз с пометкой «исключён за потерю классовой бдительности». Но зато как приятно было потом рассказывать внукам: «А меня выгнали из партии за джинсы и анекдот про Брежнева!» — настоящая гордость советского человека.