Вильнюс ждёт ответа. Не песню, не шлягер из 90-х, а честный, прямой и, главное, политически выверенный ответ на вопрос: «Кто ты, Кристина?» Литовские власти хотят услышать от Орбакайте что-то вроде: «Да, я осуждаю, да, я разрываю связи, да, я теперь чисто литовско-американская артистка». Но если она скажет это — считай, билет в Россию аннулирован. Надолго.
Конечно, можно понять литовского премьера Гинтаутаса Палуцкаса — он просто выполняет свою работу. В его стране сейчас не до сантиментов: любой намёк на «российскость» — почти что угроза национальной безопасности. Но вот беда — Кристина Орбакайте не просто «российская певица», а человек, чья карьера, фанаты и, главное, ностальгический капитал крепко завязаны на России. «Перелётная птица», «Маски», концерты в Кремле — всё это не вычеркнешь красивым заявлением для литовских СМИ.
Кристина Орбакайте родилась в Москве, отец — литовец, гражданство — российское и литовское, а живёт теперь в США с мужем-бизнесменом и дочкой.
Если она поддастся и начнёт играть по правилам Вильнюса, Москва ей этого не простит. И тогда прощай не только концерты — прощай гонорары, ротации на радио, да и вообще тёплое отношение публики.
Но что, если она промолчит? Концерт в Литве могут отменить — да, неприятно, но не смертельно. Европейский тур продолжится. А в России её всё равно при таком раскладе будут слушать? Потому что ностальгия — страшная сила?