Был полный штиль, и море отдыхало,
Забыв про бури, волны, и ветра,
Чарующе рябило и блистало
Под ярким солнцем с самого утра. У горизонта тёмной полосою
Сливались две стихии меж собой:
Бездонность неба свежей синевою
С лазурью моря нежно-голубой.
В безветрии малютки-облака
Над горизонтом тихо зависали,
Касались моря краешком, слегка
И таяли в прозрачно-синей дали. Над водной гладью в белом ореоле
Висело солнце в знойной вышине,
Лучилось, ластилось, ласкало море.
А штормы притаились в глубине. Несколько часов в море пролетели незаметно и плодотворно - и природой полюбовались, и воздухом морским подышали, и камбалы вдоволь наловили.
Был полный штиль, и море отдыхало,
Забыв про бури, волны, и ветра,
Чарующе рябило и блистало
Под ярким солнцем с самого утра.
У горизонта тёмной полосою
Сливались две стихии меж собой:
Бездонность неба свежей синевою
С лазурью моря нежно-голубой.
В безветрии малютки-облака
Над горизонтом тихо зависали,
Касались моря краешком, слегка
И таяли в прозрачно-синей дали.
Над водной гладью в белом ореоле
Висело солнце в знойной вышине,
Лучилось, ластилось, ласкало море.
А штормы притаились в глубине.
Несколько часов в море пролетели незаметно и плодотворно - и природой полюбовались, и воздухом морским подышали, и камбалы вдоволь наловили.