Он превратил кролика в символ сексуальной революции, бросил вызов пуританской Америке и построил империю, где эротика стала искусством. Но за шелковыми пижамами, вечеринками в особняке Playboy и скандальной славой скрывался человек, чья жизнь была полна парадоксов. Кем на самом деле был Хью Хефнер — гениальным провокатором, циничным бизнесменом или мечтателем, искавшим любовь в объятиях иллюзий?
Сын пуритан: Как скромный мальчик из Чикаго стал иконой свободы
Хью Марстон Хефнер родился 9 апреля 1926 года в консервативной методистской семье. Его родители, Гленн и Грейс, воспитывали детей в строгости: никакого алкоголя, танцев и даже голливудских фильмов. Юный Хью находил спасение в рисовании комиксов и мечтах о славе. Уже тогда в нем проснулся бунтарский дух: в школе он издавал подпольную газету с карикатурами на учителей, а в 16 лет написал эссе о сексуальном просвещении, шокировавшее родителей.
После службы в армии (где он рисовал плакаты для военной пропаганды) Хефнер работал копирайтером, но ненавидел рутину. В 1953 году, заложив мебель за $600, он рискнул всем, чтобы выпустить первый номер *Playboy*. На обложке не было ни названия, ни даты — только фото Мэрилин Монро, купленное у фотографа за $500. Журнал разошелся тиражом 50 000 экземпляров. Так родился миф о «кролике», который изменил Америку.
Playboy: Не только девушки, но и война за права
«Мы не жулики, — говорил Хефнер. — Мы не стыдимся того, что нам нравятся женщины, джаз и коктейли». Вопреки стереотипам, *Playboy* стал платформой для смелых идей. В 1950-х, когда США охотились за «коммунистами», Хефнер опубликовал антиутопию Рэя Брэдбери «451° по Фаренгейту», а в 1960-х поддержал движение за гражданские права. Когда клубы Playboy в южных штатах отказались обслуживать темнокожих, Хефнер лично закрыл их, заявив: «Расизм — это не по-джентльменски».
Журнал дал трибуну Мартину Лютеру Кингу, Джеймсу Болдуину и даже Владимиру Набокову. Интервью с Фиделем Кастро, футуристические эссе Айзека Азимова, рассказы Стивена Кинга — *Playboy* удивлял глубиной. «Секс продает, но интеллект удерживает аудиторию», — признавался Хефнер.
Дворец грехов или крепость одиночества? Тайная жизнь Хефа
Особняк Playboy в Лос-Анджелесе стал символом гедонизма: бассейны, гроты, зоопарк с обезьянами и легендарные вечеринки, где гостили Мадонна, Элтон Джон и Стив Маккуин. Но сам Хефнер, облаченный в алый халат, часто наблюдал за этим со стороны. «Я застенчивый человек, — признавался он. — Мне проще общаться через журнал».
Его личная жизнь напоминала сценарий сериала: четыре брака, сотни романов и «подружек», живших в особняке по строгим правилам (никаких наркотиков, обязательные медосмотры). Но в интервью 2017 года его младшая дочь Кристина шокировала публику: «Он был одинок. Все эти девушки — лишь декорации. Он боялся настоящей близости».
Темные пятна: Цена славы
Хефнера называли феминистом за поддержку абортов и сексуальной свободы, но многие обвиняли его в эксплуатации. Бывшие «девушки месяца» жаловались на контроль и унижения. Дороти Страттен, ставшая лицом Playboy, погибла от руки мужа-тирана, что вдохновило фильм «Звезда родилась». Сам Хефнер отрицал злоупотребления: «Я давал женщинам возможность стать звездами».
Его отношения с семьей тоже были трагичны. Старший сын Марстон отказался от наследства, назвав империю отца «пустотой». А Кристина после смерти Хефа в 2017 году заявила: «Он умер, так и не познав любви».
Последний спектакль: Похороны по сценарию
Хефнер до конца контролировал свой образ. Он купил место в склепе рядом с Мэрилин Монро за $75 000, назвав это «отличным пиаром». На похоронах играл джаз, а гости получили персональные «правила поведения» от самого Хефа. Даже смерть он превратил в шоу.
Наследие: Кролик, который выжил
Playboy сегодня — уже не культурный феномен, но след Хефнера остался. Он разрушил табу, смешал высокое и низкое, заставил говорить о сексе без стыда. Его жизнь — зеркало противоречий эпохи: между свободой и эксплуатацией, одиночеством и славой.
«Я создал мир, в котором хотел жить, — сказал он перед смертью. — Возможно, это была всего лишь сказка. Но разве не в этом волшебство?»
Как бы ни судили Хефнера, ясно одно: он навсегда изменил правила игры — и в журналистике, и в нашей голове.
P.S. Если вам понравилась статья поставьте лайк 👍 и подпишитесь на канал 🤞