В течение суток Дагестан потрясло сразу два трагических известия. В селе Кизилюртовского района в квартире обнаружили тело девочки. Спустя сутки в Кизляре при похожих обстоятельствах был найден труп мальчика-подростка. В обстоятельствах происшествий разбирался dag.aif.ru.
Пароль не найден
Найденную мёртвой девочку пытался реанимировать старший брат, но было поздно. Ребёнок оставил предсмертную записку. Мама, прочитав письмо, упала в обморок.
По данным источника dag.aif.ru в силовых структурах, следствию удалось выяснить, что ребёнок пользовался популярной игровой платформой. Это приложение уже успело заработать дурную репутацию. Особенность платформы заключается в том, что на её основе каждый желающий может создать игру по собственным правилам. Игры часто содержат сексуальный подтекст, нецензурную брань и призывы к насилию. Усугубляется всё тем, что площадка, по словам интернет-комментаторов, стала магнитом для людей с сексуальными отклонениями. В таком случае, ребёнок становится лёгкой мишенью в руках онлайн-кукловода.
Следствию пока не удалось войти в аккаунт приложения на телефоне, следователи ищут пароль - это должно помочь определить причину гибели.
Мать школьницы говорит, что её поведение практически не менялось, разве творчество ребенка стало мрачнее.
На фоне страшной трагедии весть о смерти второго подростка добавила подозрений. Корреспонденту dag.aif.ru удалось пообщаться со знакомым семьи, который утверждал, что мальчик рос хорошим, тихим, послушным и скромным. Учился он на одни пятёрки, со старшими был вежлив и учтив. Ни о каких домашних разногласиях знакомым неизвестно - со стороны семья выглядела благополучной и любящей.
В ходе журналисткого расследования выяснилось, что ещё одна такая же трагедия произошла в Дербенте. Семья похоронила пятнадцатилетнего сына, которому ранее приходили «игровые» приказы умереть. Родители усилили контроль за ребёнком, но не уследили. Мать обнаружила бездыханное тело сына после совместного похода на рынок - всё случилось за считанные минуты, пока она разбирала сумки. Скрины со смертельными приказами из телефона исчезли, будто в режиме автоудаления. Источник dag.aif.ru сообщил, что с начала года при похожих обстоятельствах в Дагестане уже погибли четверо несовершеннолетних.
Террористы поневоле
По словам политолога и эксперта по деструктивному поведению Яны Амелиной, каждый случай суицида нужно рассматривать индивидуально. Нельзя сбрасывать со счетов участие детей в разного рода играх и сообществах.
«Такие "игры" – на самом деле сложные технологии по доведению детей и людей в целом до суицидов и не только», - делится эксперт.
Она утверждает, что площадки с подобным контентом продолжают функционировать в социальных сетях долгие годы.
«Сейчас в соцсетях достаточно много депрессивно-околосуицидальной пропаганды, которая формирует мрачное восприятие мира», - говорит эксперт.
По её словам, довольный своей жизнью человек, уверенный в собственном будущем, не способен на отчаянные действия. Преступники нарочно расшатывают психику ребенка.
Обесценивается и идеология - если в мировоззрении ребенка существует божественный образ, то его низвергают.
«Особенно это актуально в тех регионах, где ещё сохранила влияние традиционная духовная культура, где религия играет большую роль», - уточняет политолог.
Социальные технологии психологического манипулирования хорошо известны. С 2016 года они стали массовыми. Кто-то намеренно собирает целые сообщества с определенными целями, отключая у детей инстинкты самосохранения. Так можно подготовить его к чему угодно, вплоть до совершения терактов.
«Сегодня мы видим многочисленные случаи, когда люди, как зомби, идут поджигать общественные места - банкоматы, заправки и кафе, что влечёт непосредственную угрозу и для посетителей, и для самих "террористов поневоле"», - добавляет Яна Амелина.
Отработка революционных технологий социальной инженерии, по словам эксперта, будет продолжаться, и важно отслеживать действия ребенка, не допуская его регистрации в мессенджерах.
«Там невозможно избежать знакомства с самыми разными деструктивными направлениями и прямой пропагандой запрещённых в России террористических организаций. Подобные каналы насчитывают иной раз по 150-160 тысяч подписчиков. Почему в России продолжает сохраняться такая обстановка, непонятно», - заключает политолог.