Эти сыночки олигархов, неужели нельзя их воспитывать правильно? Нет же, богатенькие родители еще с детства привили им чувство того, что им всё дозволено, привыкли, что им всё можно, и дружбу купить, и от ребенка своего избавиться.
— Странная ты, Валюха, а ведь могли бы еще повстречаться, потусить. Чего тебе не хватало? По ресторанам водил, на моря летали, что же ты все испортила?
— Борь, что ты такое говоришь? Ты шутишь, да? — Боря посмотрел на нее насмешливым взглядом.
— Слушай, вот честное слово, в постели ты намного лучше понимаешь меня, чем в жизни. Ты что, думала, что я на тебя сразу женюсь? Не думал, что будешь специально стараться залететь?
Из глаз Вали побежали слезы.
— Ничего я не старалась, Борь, я правда ничего не собиралась делать специально, но раз Бог дал нам нашего малыша...
Боря тут же перебил ее:
— Но раз Бог тебе дал, то иди к своему Богу, пусть воспитывает и кормит.
Валя почувствовала, как мир, такой радужный и красивый, рушится вокруг нее. Нет, этого просто не могло быть. Она была уверена, Боря ее любит. Он читал ей стихи, такие красивые слова говорил.
— Борь, я не понимаю, ты что, бросаешь меня?
Парень поднял руки вверх.
— Аллилуйя, неужели до тебя дошло? Очень сложно, наверное, жить с таким заторможенным мозгом. Не просто бросаю, а еще хочу донести до тебя, чтобы ты даже не пыталась возникнуть у меня на пути, поняла? Вот тебе совет. Сделай прерывание и не ной. Достало уже. Раньше нужно было думать. Кто ты вообще такая, чтобы я на тебя женился? А ребенок? Ты думаешь, что мне нужен ребенок от такой, как ты?
— От какой? — Валя сказала это едва слышно, но Боря всё равно услышал.
— От серой мыши, как ты. Понимаешь, есть люди, а есть серая масса, которая как жила в болоте, так и всегда там будет жить. Вот ты и есть такая серая масса, еще и в сельском болоте. Тьфу!
Боря кинул ей конверт и ушел в сторону машины. Валя хотела побежать за ним. Наверное, он что-то не так понял, нужно еще раз ему всё объяснить, рассказать, что у него будет ребенок.
Но Боря сел в машину и сразу уехал. Девушка посмотрела на конверт, открыла его, из него посыпались деньги. Нет, всё-таки Боря всё понял правильно. Он даже подготовился к разговору. Она усмехнулась. А ведь мог бы вообще не прийти.
Сколько времени прошло, она не знала.
— Девушка, вам плохо?
Валя подняла глаза. Перед ней стоял симпатичный мужчина. Она не сразу его узнала. А вот он её узнал, кажется.
— Подождите, вы же наша студентка?
— Я вас не узнала, извините, я пойду.
Это был преподаватель. Она не помнила, как его зовут, потому что пришел он в институт только в этом году. А Валя уже увлеклась Борей, и ей совершенно неинтересно было всё остальное. Из отличницы она быстро превратилась в середнячка, потому что времени на занятия не оставалось.
Она вскочила, сделала несколько шагов и чуть не упала. Мужчина успел ее подхватить.
— Нет, так дело не пойдет. Вы где живете?
— В общаге.
— Да это же другой конец города. — Он посмотрел на часы. — Да, метро не работает уже. Вот что, милая девушка, давайте-ка ко мне, я вас чаем напою, вы совсем замерзли.
Честно говоря, у Вали совершенно не было сил сопротивляться, поэтому она послушно оперлась на его руку и вдруг вспомнила, как его зовут.
— Спасибо, Владимир Васильевич.
— Вспомнила, значит, ну и хорошо, тебя-то как зовут?
— Валя.
— Валентина, значит. Ну, пойдем, Валентина. Вон мой дом виднеется.
Валя зашла, осмотрелась. Квартира красивая. Не вычурная, а именно красивая. Всё на своих местах.
Картины, хорошая мебель, тяжелые шторы. Она будто попала в средневековье. Владимир Васильевич смущенно хмыкнул, правильно истолковав ее взгляд.
— Знаете, когда дома уютно, не так сильно чувствуется одиночество? Позвольте мне, пожалуйста, вам рассказать, как это…
После слов об одиночестве слезы у Вали покатились сами по себе. Владимир растерялся. Он понимал, конечно, что у девушки что-то случилось. Скорее всего, неудачная любовь.
Но что еще может произойти в таком возрасте? Ну уж очень горько она плачет, как будто жизнь закончена. У современной молодежи и такая сильная любовь? А если нет? Вдруг девушка и правда кого-то потеряла? Всякое может быть.
Он быстро усадил Валю на стул.
— Давайте пить чай.
Когда Валя сделала несколько глотков, он спросил:
— Валентина, что всё-таки у вас случилось? Вы, если не хотите, можете не говорить, конечно, но знаю по своему опыту, если выговориться, становится намного легче.
Валя посмотрела на него и заговорила. Говорила, говорила и чувствовала, что и правда как будто легче становится, только уставала она всё больше. К концу рассказа уже откровенно клевала носом.
Владимир решительно поднял ее со стула.
— Вот это спальня, располагайтесь, а я в гостиной посплю, а с утра будем решать, как жить дальше. Сегодня вы больше думать не должны, вам нужен хороший крепкий сон, и не только вам.
Валя удивленно посмотрела на него. Надо же, как необычно это слышать. Человек вскользь проявил заботу о ее ребенке, о котором еще и не знает никто. Это было так неожиданно, так приятно…
Она уснула, едва коснулась подушки.
Утром открыла глаза, прежде чем вспомнила, а как вспомнила, резко села в постели.
— Господи, что же делать-то? Еще и Владимир Васильевич…
А из кухни тянуло запахом кофе. Валя быстро встала, поправила волосы и вышла из комнаты.
— О, Валентина, я уже будить вас хотел, думал, что завтрак полностью остынет.
— Спасибо, я не голодна.
— Ну конечно, не голодна она, садитесь и кушайте.
Валя благодарно улыбнулась и присела на краешек стула.
Владимир внимательно посмотрел на нее.
— Я бы хотел с вами серьезно поговорить. Думаю, что мое предложение должно вас заинтересовать.
Прошло уже больше двадцати лет.
— Потерпите, Борис Андреевич, скорая уже близко.
Боря сморщился от боли, а ведь говорил ему доктор, если не сделать вовремя операцию, то всё может закончиться очень плачевно. Не послушал, а теперь… Его личный доктор появился раньше скорой на две минуты.
— Борис Андреевич!
— Ладно, понимаю всё, куда меня?
— Есть только один доктор, который творит чудеса. Она работает в частной клинике, я уже звоню.
Борис откинулся на спинку кресла в своем огромном кабинете. Очень неприятно было осознавать, что сейчас его жизнь будет находиться в руках малоизвестного человека, тем более женщины. Он как-то не очень доверял прекрасному полу после того, как его наилюбимейшая жена пыталась не только от него сбежать, но и прихватить всё, что у него имелось.
И ведь ей это почти удалось. Хорошо его ребята вовремя сработали. Теперь он был один. Нестарый, конечно, богатый, но совершенно одинокий. Он, конечно, старался не показывать, как всё это давит, нужно было соответствовать. Когда были живы родители, как-то проще было.
А потом они поехали отдыхать. Кстати, путевки он им купил. Захотелось им посмотреть на малоразвитые страны, вот и подхватили какую-то лихорадку. Пока доктора разбирались, что к чему, их не стало, это было еще одним поводом избегать докторов. У него язва обнаружилась как-то неожиданно, была, но не настолько критичная, побаливала. Доктор настаивал на обследовании и операции, но он всё откладывал.
Теперь вот ждет скорую и не понимает, вернется когда-нибудь еще в этот кабинет или нет. К тому моменту, когда его привезли в больницу, он уже почти потерял сознание. Его сразу отправили в операционную, благо что его врач со всеми его бумагами приехал с ним. Боря даже попробовал помолиться, но молитв не знал, поэтому просто стал осматриваться. Он видел краем глаза, как рядом сновали белые тени, медперсонал, от которого зависит его жизнь.
В какой-то момент все выстроились вокруг стола, на котором он лежал. Боря почувствовал укол, а потом маску на лице и встретился глазами с доктором, которая подошла. Видимо, про нее ему говорили. Он сразу узнал эти глаза, только и успел прошептать.
— Валя?
И куда-то провалился.
Валентина Вячеславовна удивленно подняла бровь, отошла от стола, взяла бумаги и снова прочла имя.
Фамилии Бори она-то и не знала никогда, но сразу поняла, кто перед ней. Операция прошла успешно.
— Валентина Вячеславовна, вы, как всегда, высший пилотаж!
— Да перестаньте, обычная язва, сколько мы с вами таких перештопали.
— Ну не скажите, сегодня я наблюдал работу какого-то гения. Ни одного лишнего движения или слова. Так скоро мы рекорд с вами поставим на самую быструю и качественную операцию.
Валя улыбнулась.
— Есть сигарета.
Коллега посмотрел на нее огромными глазами.
— Вы же не курите?
— Не курю, но иногда, когда нервы нужно успокоить, балуюсь.
Они вышли на улицу. Мужчина протянул ей сигарету, закурил сам, потом спросил.
— Я правильно понимаю, что человек, которого мы оперировали, ваш знакомый?
— Правильно.
— Знаете, я его не видела много лет.
— Но вам нельзя было его оперировать?
— Нельзя. Да только кто бы это сделал?
— Тоже верно. Вам, наверное, тяжело сейчас. Пойду, не буду мешать. Вроде пока никого к нам не везут.
Валя была очень благодарна тактичному коллеге. Она почему-то вспомнила, как Владимир сделал ей предложение.
«Валя, мне срочно нужно поехать на работу за границу, такой шанс бывает раз в жизни, но я могу упустить такую возможность, потому что в ту клинику предпочитают брать людей семейных, я предлагаю вам выйти за меня замуж. Вам засчитаем это как практику, вы родите, я дам ребенку всё: заботу, любовь, воспитание, поверьте, я вас не обижу, и у вас будет всё, о чём вы только могли мечтать. Через три года мы вернемся, и тогда вы решите развестись со мной или оставить всё как есть».
Она ожидала чего угодно, но только не такого предложения. Владимир сказал, что на раздумье есть одна неделя, и она нужна им, чтобы хорошенько познакомиться. Они очень много гуляли, общались, сидели в ресторанах, и Валя не понимала, почему такой замечательный человек не женат. А Владимир молился об одном, чтобы она ему не отказала. Его поездка была делом решенным, и женат он или нет, не имело никакого значения.
Настоящими мужем и женой они стали через год. Ни разу, ни одного мгновения Валя не пожалела о своем решении. Через пять лет у них родилась дочка, и сын Вали сразу как-то повзрослел, потому что чувствовал себя в ответе за сестру.
Прошло несколько дней. Валя старалась не появляться в палате Бори, но тут пришлось, потому что больной сам потребовал лечащего врача.
— Вы меня звали? Я слушаю.
— Валя, как долго ты будешь делать вид, что мы не знакомы? Боря улыбнулся и попытался взять ее за руку.
Она мягко отстранилась и спросила.
— Если это все вопросы ко мне, то я пойду.
— Подожди, ну что ты как маленькая, ведь столько лет прошло. Сейчас же всё по-другому, время другое, и мы другие. Скажи, ты замужем?
Валя изумленно на него посмотрела, а ведь он не шутит, на полном серьезе верит, что Вале он до сих пор интересен.
Она улыбнулась.
— Простите, Борис Андреевич, но это не ваше дело.
Она развернулась и пошла к двери. Он даже попытался приподняться с кровати.
— Валь, да пойми ты, я все равно добьюсь того, что мне нужно. Я всегда и всего добиваюсь.
Но она даже не обернулась. Она решила быть в этой ситуации только его доктором, не более.
Каждый день в кабинете у Вали появлялись цветы. Каждый день с завидной регулярностью она выносила их на пост медсестер. Боря всё это видел, но поговорить с Валентиной у него не получалось. Она всё время избегала его. Тогда он решил подкараулить ее на улице, благо, что ходить ему уже разрешили. Он ничего не стал узнавать про нее, всё это не имело никакого значения. Он чувствовал, что сейчас существует только он и она, и больше никого быть не может.
Пока стоял, наблюдал за птицами, которые громко чирикали. Боря подумал: прям как у людей. Но посмотреть до конца сцену ему не удалось. Почти к самому крыльцу подкатил белый «Лексус», и птицы разлетелись. Через минуту вышла Валя.
— Валя! — крикнул он.
Она повернулась к нему.
— Борис, что тебе нужно?
— Валя, поговорить. Удели мне немного твоего внимания.
— У тебя две минуты.
— А ты стала жесткой. Валя, послушай, я когда увидел тебя, понял, что ничего не изменилось. Ты все так же мне нравишься. Я думаю, что нам нужно попробовать еще раз.
Валя рассмеялась.
— А что? Почему ты смеешься?
— Ты мне уже давно не интересен, да и тебе незачем связываться с серой массой.
Боря удивился.
— Но ты же меня так любила, тебе нужно просто вспомнить.
— Боря, оставь меня в покое, я очень надеялась, что никогда в жизни тебя больше не увижу.
Валя хотела уйти, но Боря схватил ее за руку.
— Валя, ты не понимаешь, от чего отказываешься.
Вдруг дверь белого внедорожника хлопнула, и рядом с ним оказался молодой человек. Боря замер и от неожиданности выпустил руку Вали. Перед ним стояла его копия, только в молодости.
— Мам, проблемы?
— Мужчине немного дурно стало, поехали.
— Да, поедем уже. Папа с Миланкой заждались нас в ресторане.
Боря медленно опустился на ступеньку. Что-то подсказывало ему, что ни одна попытка больше не увенчается успехом. Парень усадил мать, а потом вернулся к Боре. Он внимательно смотрел на него. И у Бори поднялась волна надежды, что сейчас парень очень заинтересуется, почему они так похожи.
— Борис Андреевич, так ведь вас зовут? Видите ли, я очень любознателен и поэтому давно знаю, кем вы мне доводитесь. Я вас очень прошу, не приближайтесь к нашей семье, иначе мне придется помешать вам это сделать. Всего доброго.
Машина давно укатила, а Боря всё так же сидел возле входа. Только сейчас он понял, что счастье не только в том, что все карманы забиты деньгами. Но было слишком поздно.