Ехал я как-то в маршрутке на дачу, за город. Дорога знакомая — мимо полей, лесков, да сёл, где время будто остановилось. Солнце пекло, окна в салоне открыты, пахло бензином и пылью. И тут, на пустой трассе, увидел его .
Старик стоял на обочине, согнувшись под тяжестью лет. В руке — потёртая палка, на плече — рваный рюкзак. Он едва держался на ногах, но всё равно тянул руку вверх, пытаясь остановить нашу маршрутку. Водитель глянул в зеркало, хмыкнул, и… прибавил газу. Машина пролетела мимо, будто старик был призраком.
Мне стало тошно. В груди защемило, как будто сам виноват. Вспомнился дед — он тоже ходил с палкой после инсульта. Если бы он остался один на такой дороге… Сжал кулаки. Водитель тем временем включил музыку погромче, будто хотел заглушить совесть.
— Почему не остановились? — спросил я, стараясь не дрожать.
— Не положено, — буркнул он. — Остановки нет — значит, прав нет.
Такие истории часто заканчиваются плохо. Но тут вдруг маршрутка резко затормозила. Оказалось, старик всё-таки успел выбежать на дорогу, прямо под колёса. Водитель выругался, дверь открылась, и старик, задыхаясь, ввалился внутрь.
— До села довези, сынок… — прошептал он. — Там автобус сломался… Дети ждут…
Никто не шелохнулся. Только женщина в платке сжала рюкзак старика, будто защищая. А он, не дожидаясь жалости, начал рассказывать. Оказалось, он возвращался из больницы, где лежал с воспалением лёгких. Дети в селе остались одни — внучка с температурой, а аптека за 15 км.
— Я бы и сам дошёл, да ноги… — он кивнул на палку. — А такси тут не ловят.
Водитель молчал. Но когда мы доехали до села, он не стал брать с старика деньги. Просто кивнул и уехал.
С тех пор я всегда останавливаюсь, если вижу человека на дороге. Даже если это «не положено». Потому что каждый раз, закрывая глаза на чужую боль, мы умираем сами. А старик… Его больше нет. Но в селе теперь говорят, что он дожил до зимы. И внучка его выздоровела.